Дива попала под “Харлей”

21 августа 2004 в 00:00, просмотров: 210

Две медсестры плакали, а их мужья-рабочие смахивали скупую мужскую слезу, сидя перед экранами телевизоров. Одни — в провинциальном Далласе, другие — в Белгороде. У первых дочь Карли золотым олимпийским ключом открыла двери в большую гимнастику, у вторых Света — серебряным — закрыла эпоху в мировой гимнастике. Эпоху Светланы Хоркиной.


Хоркину в Америке зовут — Дива. Паттерсон — “Харлей Дэвидсон”: за взрывную, неуемную энергию. Хрупкая Дива попала под мощный “Харлей”, которому судьи всегда давали зеленый.

Они начинали дуэль с опорного прыжка. Хоркина встала намертво. Судьи застыли в раздумьях. Две минуты тридцать девять секунд они не выставляли оценку, разрывая натянутые нервы Хоркиной. 159 ударов отсчитала взбухшая вена на ее виске, а в глазах во весь огромный экран презрение потеснило удивление: она осознала — судьи на другой стороне земного шара. Они поставили ей всего 9.462, оставив зазор для Паттерсон. Но она в него не уместилась. Хоркина впереди.

Следующий снаряд — брусья. Ее коронка. И она получает королевские 9.725. Высшая оценка дня. Паттерсон после брусьев чуть ближе к Хоркиной, но все еще в роли догоняющей. На минуту она теряет самообладание и рыдает.

“Посмотри мне в глаза и запомни мои слова: бревно — твой шанс. И слабое звено Хоркиной. Если ты сейчас вытрешь слезы и поверишь мне и в победу, ты получишь ее”, — сказал Паттерсон ее тренер, пятикратный чемпион мира по спортивной акробатике Евгений Марченко. А Борис Пилкин молча стоял за спиной своей ученицы. Они ощущают друг друга чувствами. И они знали, что по бревну, как по мостику, Хоркина или взойдет на высшую ступень пьедестала, или...

Паттерсон вняла внушениям Марченко: она “прошла” по бревну как по ровному широкому фривею (“Карли на бревне как кошка — пластичная, грациозная и, самое главное, цепкая. Хоркина — высокая, и ей работать на нем тяжелее”, — сказал Марченко). А Хоркина дважды покачнулась, потеряв равновесие. Она спустилась с помоста, Пилкин ее поцеловал и отвернулся от табло. Он уже знал, что Паттерсон их обошла.

“Вы думаете, все решилось на бревне? Нет! Судьи расставили нас по местам еще до начала соревнований. Хотя, конечно, мы на бревне как саперы — если чуть дрогнул, ошибся, то все...” — призналась Света.

Вольные Хоркина отработала чисто — 9.562. Но Паттерсон выходила на ковер последней. Марченко помассировал ей плечи, зарядив энергией, как бензином, “Харлей Дэвидсон” газанула и на ураганной скорости пронеслась по помосту. Она еще даже не затормозила, но все уже знали, что Хоркина — вторая.

Сначала Света плакала от счастья: “Я прошла долгий путь длиною в 20 гимнастических лет. Это первая награда в многоборье на Олимпийских играх. Мне кажется, что я, как воздушный шарик, переполненный радостью, — взлечу в небо и полечу над Афинами, крича, что я счастлива”.

Через полчаса она плакала, осознав потерю: “Это всегда так бывает. Ты надеешься, и кажется, что вот-вот свершится то, чего ты так долго ждала и хотела. И в первое мгновение, когда это не происходит, тебе кажется, что ты можешь взять стрелки часов, передвинуть их на два часа назад и начать все сначала. И вдруг осознаешь, что все — время тебе неподвластно...”



    Партнеры