30 процентов женственности

2 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 403

Женщинам дали зеленый свет. Во вторник член ЦИК Елена Дубровина предложила, чтобы партии, формируя избирательные списки, включали туда не менее 30% женщин. Остальные члены Центризбиркома ее поддержали. Однако идея эта не нова. Несколько лет назад подобное предложение уже выносилось на обсуждение Думы. Речь шла о том, чтобы в списках партий было не больше 70% лиц одного пола. Понятно, что под этими 70% подразумевались наши мужчины. Но мужская часть Госдумы подавляющим большинством голосов предложение зарубила. Не факт, конечно, что оно будет принято и сейчас. Ну а вдруг?


“Как вы оцениваете это предложение?” — спросили мы наших женщин-политиков.

Елена ДРАПЕКО, депутат Госдумы (КПРФ):

— Я абсолютно “за”. Проблема нахождения женщин в списках действительно существует, она реальна (кстати, в Скандинавии за свои права борются мужчины). Психологи говорят, что на выборах женщины голосуют за мужчин, то есть у женщин развито такое соперничество на подсознательном уровне. А исследования ученых показывают: чтобы добиться успеха, женщинам нужно приложить гораздо больше усилий, чем мужчинам. Мне не раз приходилось сталкиваться с проявлением недоверия со стороны мужского пола. Однажды возле моего предвыборного плаката остановился дядя — в ондатровой шапке, ростом под 1,90. И говорит: “О, баба, артистка... Вот и сидела бы на сцене”.

Ирина ХАКАМАДА:

— Оцениваю позитивно. Я в политике больше 10 лет и могу с уверенностью заявить, что профессионалки не присутствуют в списках только в силу дискриминации — мужчины отодвигают их по субъективным причинам. Женщине меньше доверяют, ее место, как считается, на кухне, ей не дают денег на выборы. Это очень тяжело. Я не люблю квотирования, но что еще остается делать?

Если предложение о квотировании мест в списках для женщин будет принято Думой, как это отразится на вашей партии? Нашли бы вы 30% дам для своего списка? Эти вопросы мы задали мужчинам-политикам.

Сергей МИТРОХИН, зампред партии “Яблоко”:

— Не думаю, что как-то отразится — в наших списках присутствовало чуть менее 20% женщин. Найти еще 10%, я думаю, не проблема. А данная норма, считаю, будет полезной. Но есть и другая сторона вопроса: существует очень серьезный недостаток избирательного законодательства, который не позволяет быть представленной в парламенте огромной части населения. Этот недостаток — 7%-ный барьер. Многие женщины не попадут в Думу именно из-за этого барьера.

Иван МЕЛЬНИКОВ, первый зампред ЦК КПРФ:

— Что касается предложения о включении в списки не менее 30% женщин, то я считаю, что этот вопрос не следует решать административными мерами, придумывать какие-то квоты. Действительно, в Госдуме должно быть больше женщин, это очевидно. Но пути решения этой проблемы нужно искать иные, более естественные. Мой опыт работы в Парламентской ассамблее Совета Европы показывает, что женщины лучше представлены в органах власти в тех странах, где выше уровень жизни. Думаю, и нам надо сначала задуматься именно об этом. Но если вдруг такая норма будет введена, мы ее выполним. На выборах в 2003 г. процент женщин, которые шли по спискам КПРФ и в одномандатных округах, составил 12.

Возможно ли, что эта идея — всего-навсего дымовая завеса, которая была устроена для того, чтобы отвлечь общество от других, гораздо более глобальных изменений избирательного законодательства?

Борис МАКАРЕНКО, Центр политических технологий:

— Общественное мнение к избирательной системе, к сожалению, безразлично. Если кого и отвлекать, то экспертов и журналистов. И это возможно — вчера в эфире на тему “женских квот” дискутировали активней, чем на главную — о переходе на пропорциональную систему. Новаций много, но кто-то отвлекается на частности, вроде единой даты выборов.




    Партнеры