Адреса беды

17 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 504

— Мы очень хотим помочь семьям бывших заложников. Не безликим фондам, а конкретным людям. Вы же там были, подскажите адрес или телефон!

В “МК” звонят москвичи, казанцы, питерцы. Прорываются Америка, Новая Зеландия, Израиль.

Помощь Беслану вроде бы стекается со всех сторон. Но до конкретных людей, тех, кому элементарно сейчас нечего кушать, она почему-то не доходит.

— Мы все скидывались, скидывались — то на похороны, то на поминки. А теперь и дать больше нечего, — говорят в Беслане те, у кого никто не пострадал, не погиб.

И они не врут. Им просто очень обидно, что власти помощь пока только обещают, а какие-то подонки на горе их близких уже греют руки...

Перед вами — конкретные истории конкретных людей с конкретными адресами.

Мы можем им помочь.

И они действительно в нас очень-очень нуждаются...

“Но ведь жива!..”

— А Аминочка наша осталась без глаза, — грустно сказал ее брат Алан. И тут же поправился. — Но ведь выжила, и мы все так рады!..

Амина Качмазова пошла в третий класс, а через трое суток оказалась в больнице. Сейчас она в Москве, вместе с мамой в Морозовской больнице.

— У нас еще две девочки, но они в другой школе учатся. А Аминочка... — замолкает ее мама Рита. — Меня с нею не было, разве я могу хотя бы представить, через что ей пришлось пройти?.. Ей сейчас тяжело, она плохо спит, но я не сомневаюсь — она поправится, все у нас будет хорошо.

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Коцоева, 10/3, Качмазовой А.

“Лысый, бородатый, со злыми-злыми глазами...”

— Они были с отцом и двоюродной сестрой, два родных брата, Алан и Аслан. Аланчик вообще не собирался в этот день в школу — у родной тети день рождения. Подошел к бабушке, говорит: “Хочу поехать во Владикавказ, за подарком для Эллы”, — рассказывает тетя мальчиков Альбина. — Но из села вернулся их отец и сам отвел их в школу, на праздник. Всех троих — Зарину, Алана и Аслана.

Руслана Бетрозова расстреляли в первые минуты, в спортзале, на глазах у сыновей. Он был под два метра ростом, все пытался успокоить детей, разговаривал с ними на осетинском. Сзади подскочил боевик и начал орать: “Что ты говоришь на осетинском?!” И тут же выстрелил в затылок.

Десятиклассник Алан посмотрел в глаза боевику:

— Я тебя запомню. Я тебе отомщу за отца.

— Заткнись, щенок, а то и тебя расстреляю.

В тот момент он его не убил.

Все три дня Алан не отходил от братика с сестренкой. Все просил за Зарину: “Дайте ей воды, — приставал он к террористам. — Отпустите в туалет”.

А дальше — штурм и неразбериха.

Зарина выскочила с первой партией побежавших. Неслась босиком, по осколкам, не оглядываясь. Алан разбудил Аслана. Вроде бы они одновременно выскочили... Но когда Алан почти добежал до гаражей, за школой, то повернулся — и не увидел брата. Он кинулся назад.

— Мы нашли его в морге, Алана. У него были прострелены ноги и несмертельная рана в живот. Он умер не сразу. С него сняли дорогие туфли, а там белые носки — он в них прятал 1600 рублей, на подарок Элле. Все боялся, что боевики деньги отнимут...

Аслана так и не нашли. Только туфлю — гораздо позже, в разгромленной школе. Бабушка все ее целует, прижимает к сердцу.

— Алан ходил в музыкальную школу, играл на гармошке. Говорили, у него хорошие способности. И коммерческая жилка — мальчишки сами занимались бизнесом, у них был свой пивной бар. С 14 лет сам себя содержал. Все мечтал открыть в Беслане “Макдоналдс” или хорошую пиццерию. И никто не сомневался: он — откроет... Алан очень любил детей и не выносил, когда они плакали. Как ему тяжело было в зале!.. — говорит Альбина. — А Аслик занимался вольной борьбой. Как любой осетин, мечтал стать чемпионом, выигрывал соревнования, тренеры его очень хвалили...

Зарина постоянно рисует боевиков. Замкнулась, ни с кем не разговаривает. Нарисует и приметы пишет. “Лысый, бородатый такой, со злыми-злыми глазами”, — помечает она на рисунке. А потом — рвет их или сжигает. Но одного боевика она сжигать не захотела. Говорила, что он добрый был.

— Как он может быть добрым? — не верила Альбина.

— Он ходил грустный. И один раз отпустил меня в туалет, — сказала Зариночка. — Разрешил мне умыться и “не заметил”, что я пью воду. А за воду нам всем обещали расстрел.

Фотография Зарины висела на школьной доске почета среди отличников. И боевики, узнав ее, называли по фамилии. Все эти дни девочка все спрашивала: не нашли ли Аслана. Она верит, что он живой. Хотя скорее всего мальчик в морге. Но без ДНК опознать его невозможно...

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Коминтерна, 100. Бетрозовой-Тагаевой Э.Л., матери мальчиков и вдове Руслана.

“На поминки скидывались всем селом...”

В доме Цогоевых — пять гробов. Погибли мать Залина и четверо ее детей, мал мала меньше: Джульетта, Витюша, Аланчик и Асланчик.

Особого достатка у Цогоевых никогда не было — с мужем Залина была в разводе. Конечно, он помогал, но какие доходы у водителя? Сама же Залина, воспитательница детского сада, и вовсе месяцами не получала зарплату.

...После первых двух взрывов Залина успела вынести чужую малышку — девочку, случайно оказавшуюся у нее на руках. И назад, за своими, побежала. Секунда — и третий взрыв, когда рухнула часть стены. Они все остались под обломками. Сильно обгорели, особенно Залина.

На похороны к Цогоевым в село Хумалаг, где живут сестры и мать Залины, приехали сотни людей. На поминки скидывались всем селом. Родные до сих пор не могут оправиться...

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, с. Хумалаг, ул. Сталина, д. 25. Цогоевым.

“B ее класс записывались аж с ноября”

В захваченной школе учитель начальных классов Галина Ватаева оказалась со своей 14-летней дочкой Агундой. Никаких подробностей, как мать и дочь провели эти три дня, родственники не знают. Агунда до сих пор лежит в реанимации, а Галина погибла.

— Через два часа после освобождения школы мы узнали, что племянница и сестра живы, — вспоминает брат учительницы Нурмухамед Умаров. — Гале вторым взрывом оторвало ногу... Мы верили, что это не смертельно... Но живой мы ее так и не увидели. Галина истекла кровью и умерла. И ничего поделать было нельзя...

Нурмухамед едва сдерживает слезы и, чтобы не расплакаться, начинает успокаивать мать: “Она же у нас была самой лучшей, правда? Лучшая мать на свете и самый лучший учитель. Знаете, к ней в этот первый класс, который она должна была вести с нового учебного года, записывались аж с ноября”.

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Надтеречная, 77, Умарову Н.

“У фатимы шестеро детей”

— Она ползет ко мне, раненая, вся в крови, и кричит: “Мама! Мамочка!!! Я без тебя жить не могу! Я никуда не уйду!” А только что грохнул второй взрыв, я сама ползу к ней, нога прострелена, реву, обнимаю... Ужас, Господи!.. — Фатима не может остановиться и все плачет, плачет... — Беллочка у меня на руках уже истекала кровью.

У Фатимы Авсоновой шестеро детей. Она работает в школе лаборантом и 1 сентября, естественно, пришла на первый звонок. Сейчас она лежит в городской больнице Беслана. С утра до ночи плачет — по детишкам, по коллегам. За себя не переживает: “Только бы дочка поправилась”.

— Она всю жизнь одна детей тянет, — говорят про Фатиму коллеги. — Бедно живут, на одну зарплату лаборанта, а на нее не пожируешь... Вот бы люди откликнулись и помогли им!.. У Беллы серьезная черепно-мозговая травма. И ноги прострелены. Ей еще долго по больницам лежать...

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, г. Беслан, ул. Маркова, 22/50, Авсоновым.

“Я ей кричу: “Не вставай!!!” А она...”

Арсен и Сослан Хасиговы не выходят теперь из дома. И не отходят от холодильника — все никак наесться не могут. А еще они клянутся, что больше никогда не будут драться.

— Раньше мы с Сосом ни дня без драки не могли. А теперь я на него руку не смогу поднять. Я помню, как ОНИ всех избивали... — говорит 5-классник Арсен.

Арсен и его младший брат Сослан пошли 1 сентября в школу вместе с мамой. О том, что было, они не хотят говорить — говорят, все забыли. Каждый день к ним приходят психологи. Днем они их как-то успокаивают. А ночью...

Ночью Арсену снится один и тот же сон. Окровавленный и пылающий спортзал. Умирающие одноклассники (из класса Арсена в живых остались только двое). И та незнакомая девочка.

Он до сих пор не знает, как ее зовут. Вернее, звали.

— Она больше не могла сидеть. Все ерзала, ерзала... А ведь ОНИ предупреждали... Встанешь — убьем. Она вскочила и расплакалась. Тут же в нее была выпущена пулеметная очередь.

— Я кричу ей: “Не вставай!” А она... И так — каждую ночь.

Во время первого взрыва Сослана выкинуло волной из злополучного спортзала — сразу же его положили на носилки спасатели и отправили в больницу. Арсена из окна вытаскивала мама. Ей выстрелили в спину... Она до сих пор в реанимации, в тяжелом состоянии.

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Маркова, 18—9, Хасиговым.

“Помогите уехать в Канаду!”

О Виталике Цидаеве мы уже рассказывали в одном из репортажей. Это с ним боевики разговаривали на равных, потому что мальчишка их ни капельки не боялся. Заступался за других пацанов и девчонок, требовал дать им воды.

— Наглый ты, парень. Убьем ведь, — “обламывали” его террористы. Но воду давали. И почему-то не убивали.

Теперь он сидит в углу и все рисует, рисует тот проклятый спортзал...

— У нас в России никого нет. Папа умер, а мы с мамой и Витосиком уже три раза место жительства меняли. Сначала взорвали рынок во Владикавказе, чудом уцелели. Квартиру продали, уехали в село Гапон, купили там дом. Недолго радовались — смыло наводнением, вместе со всем добром. На полученную компенсацию купили квартиру в Беслане, отправили Виталика в школу... — говорит мама мальчика Залина. — У нас родственники в Канаде, мы хотим к ним уехать. Но на билеты нам никогда в жизни не накопить, никогда в жизни не заработать. А четвертого шанса у нас не будет!.. Помогите нам уехать! Ради бога, помогите!!!

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, пер. Лермонтова, 10, Цидаевым.

“Дочек спасла, а сама...”

Телефон Ирины Адырхаевой в нашем списке значился в графе “самые нуждающиеся”. Набрали номер...

— Вам Ирину Александровну? Так ведь она... погибла, — растерянно сказали в трубке. — Она с девочками своими в школе была. Их спасла, а сама не успела...

Ирина Адырхаева, врач-акушер местной больницы, 1 сентября отвела в школу старшую дочку — первоклассницу Эмилю. А заодно взяла и младшую — 4-летнюю Милану.

— Какие девочки были нарядные, как долго Эмилю одевали, банты вязали... — плачут родственники Адырхаевых.

...Ирина оберегала своих девочек все два дня, пока они оставались заложниками. Причем младшая, Милана, к утру 3 сентября стала совсем плоха. Когда начался штурм, Ира сгребла детей в кучу и побежала к выходу. Сначала передала в руки знакомого мужчины Милану. Как раз в это время началась сильная стрельба, и он упал, накрыв собой девочку. К счастью, все обошлось. Вслед за ними выбежала Эмиля, а потом должна была побежать и мама...

Пуля настигла Иру, когда та только-только выскочила из проклятой школы. В самое сердце. Ира упала как подкошенная...

Девочки и их отец — тоже врач, анестезиолог, — никак не могут привыкнуть к мысли, что их мамы нет. И уже никогда не будет...

Помощь присылать по адресу: 363020, Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Нартовская, д. 16. Адырхаевым.

“Маму мы опознали по ДНК”

— У нас мама погибла, третий день как похоронили, — говорит 15-летний Тамик Дзагоев. На руках у его отца, Ацамаза, осталось четверо мальчишек. — Она сильно обгорела, ее по ДНК опознали. Сохранились волосы, зубы... Как она умерла, мы не знаем. Я сидел отдельно — мама была с Черменом, он в первый класс пошел, а я в другом конце зала. Началась стрельба, все побежали. Мы с Черменом успели убежать, а она нет. У нас ничего серьезного, так, царапинки.

Тамик с Черменом практически не выходят из дома.

— Я даже не знаю, как там другие ребята. Мальчик и девочка из моего класса точно погибли, а про остальных... Боюсь даже спрашивать, — замолкает Тамик. — Чермен каждую ночь плачет. И кричит. К нам приходят психологи, говорят, что все пройдет. А нам по-прежнему страшно...

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Первомайская, 100. Дзагоеву А.

“Не полечу в Москву — и все!”

У 14-летнего Стасика Бокоева очень редкая болезнь. Сердце у него справа, и все органы тоже расположены зеркально. В прошлом году он лежал в Москве, в НИИ педиатрии, на обследовании. Сейчас, после счастливого освобождения (хотя какое там счастливое — Стасик был тяжело ранен) его тоже привезли в столицу, в тот же институт.

— Ой, как он лететь боялся!.. — говорит мама Стасика Жанна. — У него пуля через горло прошла, осколки засели в легких. Операцию сделали еще дома, в Беслане. А выхаживать, сказали, надо в Москве. А мальчик ни в какую — не полечу, и все. Хорошо, к нам врачи из НИИ педиатрии прилетали, они каким-то чудом его уговорили — а ведь могли и не спасти...

Все эти дни Стасик плакал, а по ночам вздрагивал. И лишь сейчас понемногу пошел на поправку.

— У нас уже сняли швы, а вчера мы впервые немножко погуляли и даже с аппетитом покушали, — радуется мама. — Врачи говорят, что мы здесь надолго. Стасику нужно пройти полное обследование.

Телефон мамы Стасика Жанны 8-926-520-54-74.

“Я все ждал контрольного выстрела в голову...”

Индира и Борис Арчиновы повели своих мальчишек в школу. Ахшара — в первый класс, Колю — в 6-й. В заложники попали все. Домой вернулся только отец. Он до сих пор не может понять, почему его не расстреляли сразу, вместе с другими мужчинами. Говорит, что просто повезло. Когда начался штурм, они все побежали. До гаражей живым добрался лишь Борис. Домчался до спасительной черты — и рухнул как подкошенный. К нему тут же подошли наши солдаты. А он все лежал, мертвым прикидывался, думал, что это боевики. И все ждал контрольного выстрела в голову... Индиру с Ахшаром уже похоронили. Колю ищут. Борис сдал анализ на ДНК.

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Коминтерна, 88. Арчинову Б.

“Из восьми в живых остались только двое”

Из дома Тотиевых в школу ушло 8 детей. Живыми нашли двух. Первоклашку Азамата — в больнице. У него тяжелая травма головы, проблемы с глазами. Пятиклассница Мадина пострадала не сильно — сразу после штурма ее осмотрели врачи и отпустили домой. Врачи только попросили не спрашивать девочку ни о чем — у нее до сих пор сильный шок. Когда Мадина пришла в себя, она рассказала, что все 8 детей старались держаться вместе — они пошли в школу без взрослых, потому что живут совсем рядом. За младшими присматривали старшие. Но раздались взрывы, и братья и сестры потеряли друг друга. Двое нашлись сразу — живые. Еще двоих — мертвых — опознали чуть позже в морге. Судьба четверых детей неизвестна.

7-летнему Азамату Тотиеву после операции глаз спасти так и не удалось. Мальчику нужен хороший биоимплантант.

Помощь присылать по адресу: Республика Северная Осетия—Алания, Правобережный район, г. Беслан, ул. Первомайская, д. 44. Тотиевым.


Таких историй — сотни. Сейчас в Беслане нет семьи, которой не нужна была бы помощь. И моральная, и материальная. Мы можем им помочь. И они действительно в нас очень-очень нуждаются...

P.S. Вчера на сайте www.beslan.ru, созданном выжившими учителями и родителями, появились полные списки заложников школы №1 с их адресами. В них — 1380 человек.



Партнеры