Крушение Oскара

20 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 516

Когда спортивные обозреватели, пишущие о боксе, начинают цитировать Маркса, уже становится интересно. Классик пошел в дело в связи с поединком на звание абсолютного чемпиона мира в среднем весе среди боксеров-профессионалов Де Ла Хойя — Хопкинс, который состоялся в субботу, 18 сентября, в Лас-Вегасе.

Цитировали же знаменитое изречение Маркса о том, что история повторяется дважды: сначала как драма, а затем как фарс.

Драмой называли поединок “Шугар” Леонард — Марвин Хаглер. Это было в 1987 году и тоже в Лас-Вегасе — в “Сизарс палас”, то есть “Дворце Цезаря”.

Сходство действующих лиц и интриг этих двух поединков и впрямь было удивительным, словно кто-то там, на небе, повернул время вспять.

Роль Хаглера досталась Бернарду Хопкинсу. Оба — боксерский пролетариат, ребята, вышедшие из народа. Оба долго боксировали за гроши, добивались признания, но затем так же долго царили в своей категории — среднем весе.

Роль Леонарда играл Оскар Де Ла Хойя. Оба — красивые, харизматичные “золотые мальчики”. Оба пришли в профессиональный бокс с золотыми олимпийскими медалями, стали любимчиками масс и масс-медиа, машинами, печатающими сотни миллионов долларов. Оба поменяли по множеству весовых категорий. (Де Ла Хойя, например, обладает восемью чемпионскими званиями в шести категориях!).

Хаглер, кстати, самого высокого мнения о Хопкинсе. В июне они вместе выступали по телеканалу ESPN-2. И Хаглер изложил ему стратегию предстоящего поединка с Де Ла Хойей, назвав Хопкинса “человеком, который принес уважение моей весовой категории”. Оба боксера поделились своим разочарованием, что им пришлось так долго ожидать боев, приносящих деньги и славу. Хаглер долго добивался встречи с Леонардом, который то уходил из бокса, то возвращался. Хопкинс, в свою очередь, преследовал Де Ла Хойю в течение последних трех лет, пока тот согласился сразиться с ним. “Им обоим пришлось долго ждать, поскольку они не были молодыми звездами и любимцами публики”, — говорит Лэрри Мерчент.

Леонард и Де Ла Хойя тоже дружат, хотя недавнее телевидение сделало их соперниками — не на ринге, а в битвах реалити-шоу. Де Ла Хойя — звезда шоу “Следующий великий чемпион” на канале “Фокс”, а Леонард — в шоу “Претендент” на канале Эн-би-си. “Мы с Леонардом приятели, — говорит Оскар, — вместе играем в гольф, вместе веселимся. Я восхищаюсь этим парнем”. А вот мнение Рэя об Оскаре: “Де Ла Хойя оказал огромное влияние на бокс и корпоративную Америку. Он шел по той же стезе, что и я. Я, как и он, всегда хотел биться с лучшими парнями, как, например, Дюран, Бенитец, Хернс, Хаглер. Мы оба искали большие вызовы. Публика уважает тебя только тогда, когда ты сражаешься с лучшими соперниками. Оскара, как и меня, уважают именно за это”.

В субботнем поединке Де Ла Хойя был претендентом, Хопкинс — чемпионом. Тем не менее гонорар первого составил 30 миллионов долларов, а гонорар второго — лишь 10 миллионов. Более того, претендент настоял на том, чтобы чемпион весил не 160 фунтов, а не более 158, и чтобы пространство ринга было бы больше стандартного. Несмотря на то, что два последних условия давали преимущество претенденту, более легкому и маневренному, чемпион согласился на них ради 10 миллионов. Такой гонорар, хотя он в три раза меньше, чем у его соперника, мог обеспечить “скучному” Хопкинсу лишь харизматичный Оскар. И здесь напрашивались параллели. Леонард в свое время настоял, чтобы его бой с Хаглером длился не 15 раундов, как было тогда принято в чемпионских поединках, а 12 раундов, поскольку до этого у Леонарда был почти трехлетний перерыв, и он был не в своей лучшей форме. И Хаглер, подобно Хопкинсу, согласился. Как говорят в Америке, “money talks” — “деньги говорят”.

...Но, когда раздается гонг, возвещающий о начале поединка, когда на ринге остаются лишь два боксера и рефери, все уходит в небытие: и афоризм Маркса о дважды повторяющейся истории, и исторические параллели, которые, по словам другого классика марксизма — Сталина, “весьма опасная вещь”. Вступают в силу иные законы, о которых ничего не говорится ни в “Капитале”, ни в “Кратком курсе истории КПСС”.

Де Ла Хойя шел к рингу под серенаду мексиканских маръяччо в черном халате на золотой подкладке; Хопкинс — под звуки знакового шансона Синатры “My Way” (“Мой путь”) в красном халате со словами “Бесспорный чемпион” на спине. Толпа встретила Оскара бурной овацией; Бернарда — молчанием, прерывавшимся свистом. Если бы в боксе победу присуждали за силу децибелов реакции болельщиков, Оскар — золотой мальчик, любимец Голливуда и голубого экрана — был бы непобедим. Но бокс не кино.

Первые два раунда прошли при преимуществе Де Ла Хойи, демонстрировавшего фантастическую быстроту рук и “безумство храбрых”, — он стоял в центре ринга, а не бегал от чемпиона. (Такая тактика расценивалась всеми как самоубийственная для Оскара.) Но Хопкинс показал, что он не только силовик. Умело боксируя, он не дал сопернику шанса накопления победных раундов и выиграл три последующих раунда за счет техники. Его джебы чаще достигали цели. Лицо Де Ла Хойи стало постепенно краснеть. Скорость его заметно поубавилась. После этого бой вошел в предсказуемую колею. Более сильный и природный средневес постепенно, но неуклонно отбирал инициативу у Де Ла Хойи, ударом которого явно недоставало силы.

В девятом раунде наступила развязка. Хронометр показывал одну минуту 38 секунд, когда страшный левый хук Хопкинса опрокинул Де Ла Хойю на пол. Рефери начал счет. Оскар не мог встать при счете “10”, и рефери зафиксировал победу Хопкинса чистым нокаутом. Стоя на коленях, Оскар в отчаянии бил кулаками по полу. По его лицу струились пот и слезы. Это был первый нокаут в долгой карьере “золотого мальчика”, ставшего зрелым мультимиллионером. Сбылись пророческие слова Ричарда Шеффера о “хорошем ударе в печень”, вот только нанес его не Оскар, а Бернард.

После боя Хопкинс заявил, что покинет ринг, когда ему исполнится сорок лет, как он и обещал это умиравшей матери. “Я суеверный и слово свое сдержу”, — сказал непобедимый чемпион. Де Ла Хойя, отдавая должное “великому чемпиону”, сказал в интервью у ринга, что Хопкинс “попал в кнопку” и это решило исход поединка. Но дело было не только в одном счастливом ударе. Хопкинс к девятому раунду обыгрывал Де Ла Хойю и по очкам. Чемпионская сила в кулаках Бернарда взяла верх над чемпионской смелостью в сердце Оскара.

Итак, поединок Де Ла Хойя — Хопкинс не стал повторением поединка Леонард — Хаглер.

— Я посвятил этот бой одному из моих героев — Марвину Хаглеру, — сказал Хопкинс. — Он указал мне путь к победе. Повторения того, что произошло семнадцать лет назад, не было. Я победил и за себя, и за Хаглера.




Партнеры