Уничтоженный след

21 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 331

История с задержанием и выбиванием сведений из “террориста-подводника” изобилует белыми пятнами и несуразностями. Хочется надеяться, что следователи Мосгорпрокуратуры сумеют найти ответы на все вопросы. Мы же только пытаемся помочь им, вычленив из всей поступающей информации главные нестыковки.


Итак, Мосгорпрокуратура возбудила уголовное дело по факту смерти Александра Пуманэ, задержанного сотрудниками милиции в центре Москвы в ночь на 18 сентября. Предварительная экспертиза показала, что смерть наступила в результате обнаруженных у погибшего телесных повреждений. Дело возбуждено по статьям “превышение должностных полномочий” и “причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть”.

Пуманэ задержали постовые милиционеры ОВД “Пресненский” примерно в 1.30 ночи. Был ли он в состоянии наркотического опьянения, как утверждали сотрудники милиции, или просто возбужден — предстоит еще выяснить. Не исключено, что ему накостыляли сразу — для профилактики. А уж когда поняли, что в машине взрывчатка и мины, добавили еще — чтобы быстрее заговорил.

Позднее появилась информация, что Пуманэ предлагал милиционерам аж 30 тысяч долларов — лишь бы отпустили. И сразу возникает вопрос: откуда у него такие деньги, если он взялся перегнать машины всего за одну тысячу долларов? Кто врал — “террорист” или милиционеры?

Как бы то ни было, милиционеры доставили подводника в отделение. И вот тут-то и начинаются главные загадки. Кто же все-таки допрашивал Пуманэ? Сотрудники милиции или ФСБ? Судя по количеству и качеству побоев — все-таки “местные”, а не “лубянские”. У тех методы другие, да и террористы им нужнее живыми.

По утверждениям очевидцев, в комнате, где допрашивали задержанного, было человек пятнадцать. Но подводники — народ крепкий. Так что если у Пуманэ и был сердечный приступ, о котором заявили в первые часы, то вызван он был не проблемами со здоровьем, а как раз последствиями допроса с пристрастием. А духота в комнате, где все сидели друг у друга на головах, конечно, этому поспособствовала.

В любом случае, между задержанием и смертью Пуманэ прошло очень мало времени. По неофициальным данным, он попал в больницу уже в четыре утра. То есть от задержания до доставки — максимум 2,5 часа. Из этого времени следует еще вычесть разборки на месте и дорогу до Склифа.

Важно понять другое: удалось ли действительно узнать что-то существенное от Пуманэ или он водил оперов за нос, рассказав им легенду, а не реальное положение вещей? Оперативники не исключают, что он не был посредником у чеченских боевиков, а сам решил взорвать президента из-за личных обид — например, из-за маленькой пенсии. Можно такое предположить? Несомненно, хотя и с большой натяжкой. Ну откуда у военного пенсионера деньги на покупку трех (!) машин?

Поэтому версия террориста-одиночки маловероятна. Как и то, что он мог стать смертником, не подозревая об этом. Если бы его хотели взорвать в машине на Кутузовском проспекте, то сделали бы это уж никак не ночью, когда правительственная трасса пуста.

Значит, машину он должен был только оставить там, где ему сказали. Но вот кто сказал? Где Пуманэ получил свое задание: в Питере или в Москве?

Якобы вечером 16 сентября он отправился на личной “Волге” в Москву, чтобы встретиться в столице с приятелем. Свою машину он оставил у метро “ВДНХ”, а дальше отправился на метро к Кутузовскому проспекту. И там встретил в обменном пункте незнакомца, предложившего за тысячу долларов перегнать два угнанных автомобиля. Пуманэ заявил, что согласился на это из-за острой нужды в деньгах. Однако с трудом верится, что первый встречный дал ему такое поручение, а бывший офицер-подводник так легко согласился.

По второй версии, его попросили об одолжении друзья по военному училищу из Азербайджана. И это больше похоже на правду.

По данным питерского Агентства журналистских расследований, попросил Пуманэ перегнать машины некий Эмиль Кулиев — бывший сослуживец, а ныне адвокат, у которого Александр работал помощником. Кулиева уже вызывали на допрос, но потом отпустили. Значит, эта версия не подтвердилась. И Пуманэ просил помочь кто-то другой. Знал ли он своих работодателей? Не исключено. Но нам кажется, что параллельно с этой стороной расследования нужно обратить внимание и на машины.

Интересен тот факт, что бывшие владельцы двух машин, заминированной “пятерки” и “семерки”, живут на соседних улицах — Днепропетровской и Братиславской. И покупал машины не сам Пуманэ, а кто-то другой. По какому принципу выбирали машины у соседей? Чтобы потом перерегистрировать в одном отделении ГАИ? “Волга” самого Пуманэ тоже вызывает интерес. Во-первых, она зарегистрирована на Раузу Абдулкадерову — вдову боевика, которую теперь объявили в розыск. А во-вторых, Абдулкадерова жила на Гвардейской улице — недалеко от предполагаемого места взрыва. Тоже случайность?

В любом случае, смерть Пуманэ поставила очень много вопросов и перед сотрудниками прокуратуры, которые расследуют факт его смерти, и перед оперативниками, занимающимися терактом. И те, кто забил его насмерть, сыграли на руку только террористам, уничтожив единственный явный след.






Партнеры