Кладовая страны

21 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 1280

Говорят, богатства можно достичь, трудясь в поте лица своего. Учитывая нынешние реалии, утверждение это — более чем сомнительное. Есть и другие способы повышения своего благосостояния, но еще Великий комбинатор советовал чтить Уголовный кодекс.

Пожалуй, лучший способ озолотиться, не исходя трудовым потом и не нарушая законов, — найти то, что спрятали другие. И желательно не скромную соседскую заначку на черный день, а сундучок, зарытый предусмотрительными предками лет этак сто—двести—триста назад. То есть клад.

Об этом сегодняшнее расследование “МК”.

Житель станицы Ленинградской Краснодарского края Юрий Харчук — личность в своем роде уникальная. По образованию пасечник, по призванию и по профессии — искатель сокровищ. Как уверяет сам Юрий Иванович, ради поисков сокровищ не обязательно отправляться на затерянный в океане остров. Тайников, схронов и забытых кубышек полно и в пределах Садового кольца, и в любой центрально-черноземной деревне, и на черноморских пляжах. Скажем, в Феодосии при сносе старого дома была найдена металлическая коробочка, замурованная в стене. В “кубышке” обнаружилось более 150 тыс. рублей, правда, не золотом, а ассигнациями, отпечатанными в начале прошлого века. Основная ценность клада в том, что банкноты оказались местными, крымскими — выпущенными “Русской армией” барона Врангеля. “Белогвардейские” деньги, в отличие от царских и тем более советских, — редкость, за которую коллекционеры готовы отвалить кругленькую сумму в современных дензнаках.

А в чувашском городе Алатыре клад в буквальном смысле лежал под ногами. Местные мальчишки обнаружили россыпь старинных монет... в куче земли, предназначенной для газона.

Но, конечно же, интереснее всего обнаружить то, что “ищут давно и не могут найти”, — клады легендарные и сокровища несметные. Мы расскажем о наиболее известных и неуловимых из них.

Не видала ты подарка от донского казака?

Степан Разин лишь в школьных учебниках истории выглядел бескорыстным борцом за народное счастье. Сам же народ слагал легенды о несметных сокровищах, награбленных Стенькой и зарытых им где-то на Волге. Однако клады те заколдованные...

Легенды легендами, но вот исторический факт: в 1671 г., после казни атамана, по указу царя Алексея Михайловича была снаряжена экспедиция в приволжские Жигулевские горы. Недаром же воеводы докладывали государю, что в персидских походах и в русской смуте “разбойник награбил зело много добра всякого”. Вместе с государевыми людьми на Волгу был отправлен брат Стеньки, Фрол Разин...

Информация к размышлению: историк и археолог И.Я.Стеллецкий оценивал стоимость “всякого добра” в 10 млн. рублей золотом.

Фрол не помог посланным на розыск. Единственное, что удалось выяснить: возлюбленная Стеньки, Алена, и ближайший сподвижник атамана есаул Лука Черепок заблаговременно позаботились о том, чтобы клад перепрятали. Но есаул погиб, следы “Алены-ватажницы” затерялись. Фрола же казнили за ненадобностью.

По преданию, Алена успела передать карту с указанием Стенькиного клада “русскому шведу” — барону фон Роде. Аугусто Иероним фон Роде — сам по себе примечательная личность. Скандинавский аристократ, авантюрист и бывший корсар, он присягнул на верность московскому царю и более того — был назначен сборщиком податей в приволжских воеводствах. И при этом экс-пират водил дружбу с мятежным казачьим атаманом.

Перед началом Первой мировой войны праправнук фон Роде — военный инженер Петр Мятлев, разбирая семейные реликвии, обнаружил “грамотку” Разина — описание сокровищ, зарытых у волжского утеса, при впадении в Волгу реки Сок. Мятлев за свой счет провел раскопки и нашел в указанном мете целую систему подземных галерей. Дальнейшие поиски прервала германская война, а затем революция и война гражданская. В 1919 г. офицер деникинской армии полковник Мятлев умер в царицынском госпитале, унеся с собой тайну разинской карты.

Один из разинских тайников был обнаружен перед Первой мировой войной. В 1914 г. в Царицыне неподалеку от старинной Троицкой церкви обвалилась земля. На свет божий явились подземелье глубиной около 4 метров и вход в туннель, ведущий от церкви к Волге. Известно, что в 60-е годы XVII века на берегу реки находилась пристань, к которой причаливали “Стеньки Разина челны”, загруженные награбленным златом-серебром. На дне подземелья нашли гробы, кости, но — никаких следов клада. Хотя, возможно, сокровища находятся под захоронением.

Еще одна “разинская” легенда относится уже ко временам Великой Отечественной. Говорят, что во время боев под Сталинградом после бомбардировки осыпался берег Волги, и взорам местных жителей предстала батарея чугунных пушек трехсотлетней давности. Как минимум одна из них была доверху заполнена драгоценностями. Однако из-за артобстрела находка вновь оказалась погребена под сползшим слоем земли. Клад этот до сих пор не найден...

Когда пришел на поле он

Ну и задачку задал российским кладоискателям Вальтер Скотт! В книге “Жизнь Наполеона Бонапарта, императора французского”, вышедшей в 1835 г., романист написал: “Он (Наполеон. — Ред.) повелел, чтобы московская добыча, древние доспехи, пушки и большой крест с Ивана Великого были брошены в Семлевское озеро как трофеи, которые ему не хотелось отдать обратно и которые он не имел возможности везти с собою”. Со временем эта история обросла подробностями и стала практически неузнаваемой. Но факт остается фактом: когда наполеоновская армия начинала отступление из Москвы, у нее было множество возов с трофеями. До российской границы она их не довезла. Есть также достоверные сведения, что Наполеон во время бегства по Старой Смоленской дороге останавливался в деревне Семлево.

Семлевское озеро окружено лесом. Мертвая, черная вода, зыбкий берег, сплошной плывун. Не только рыбы — даже комаров нет. Это явление местные жители и заезжие кладоискатели объясняют тем, что из-за большого количества серебра в воде погибло все живое. Серебро — это и есть клад Наполеона.

Первым начал поиски в конце 30-х годов XIX века смоленский губернатор Николай Иванович Хмельницкий, большой поклонник творчества Вальтера Скотта. Деньги на отвод воды из озера он брал из казны. Клада так и не нашел, зато попал в тюрьму за нецелевое расходование бюджетных средств.

Но начало “золотой лихорадке” было положено. Кто только не искал сокровища в Семлевском озере. В ХХ веке почти 20 лет — с 1960 г. по 1980 г. — кладоискатели практически жили на озерном берегу. В поисках были задействованы электроразведочный, геофизический, сейсмокаротажный отряды, группы аквалангистов. Но исследователи так и не смогли откачать со дна жирный черный ил, и затея потихоньку сошла на нет. Теперь на озеро каждый год приезжают группы кладоискателей-любителей, однако до сих пор удалось обыскать лишь небольшой клочок дна.

Какая рада без клада?

На юге России кладов не ищет только ленивый. Кладоискатели трудятся в основном на побережье Черного моря, где стояли древние города. Чаще всего находят черепки, но встречаются и монетки. Однако речь пойдет не о древностях, а о кладе, сокрытом в земле совсем недавно, — о золоте Кубанской рады.

Эта казачья сословная организация была создана в 1917 г. в городе Екатеринодаре (нынешний Краснодар). В 1920 г. к Екатеринодару подошла Красная Армия. Казаки вынуждены были бежать в Новороссийск. Ходили упорные слухи, что из Екатеринодара рада вывезла аж 80 подвод различного добра. Там были акции ценных монополий, иконы в драгоценных окладах, собранные по всем церквам Кубани, золото и серебро, которые царское правительство держало в Екатеринодаре для финансирования военных действий, а также другие копившиеся столетиями ценности. Стоимость этого имущества, по современным оценкам, достигает 5 млрд. долларов.

Казаки планировали вывезти золото в Ейск, а оттуда переправить его в Крым, однако их войска едва не попали в окружение, так что решено было спрятать сокровища до лучших времен в окрестностях Екатеринодара. Занимался этим председатель рады Николай Рябовал. В 1919 г. Рябовал погиб в пьяной драке в Ростове-на-Дону и унес тайну золота с собой в могилу.

Казаки отступали вдоль железнодорожной ветки Тихорецк — Ейск. Кладоискатели из Краснодарского краевого общественного фонда “Русский кладоискатель Юрий Харчук” уверены, что искать следует где-то около станиц Атаманская, Ленинградская и Павловская. Сейчас Юрий Харчук обследует многочисленные колодцы, расположенные в Дубовой роще, что близ этих станиц.

Немало крови попортил кладоискателям знаменитый норвежский путешественник и искатель приключений Тур Хейердал. Вдруг взял да и приехал в 2001 г. в Азов, расположился около моря и зарылся в землю. Что искал? Говорил — собственных предков: возможно, на побережье Азова жили когда-то легендарные асы. Они-то, мол, и дали морю название, а потом уплыли на север. Но отечественные кладоискатели увидели в Туре конкурента. Тур рыл на турецком валу, а он всего в 60 км от места, где ориентировочно зарыта казна Кубанской рады. Но в 2002 г. Тур Хейердал умер. Он не успел найти следов асов. Золото Кубанской рады по-прежнему лежит в земле. Можно копать.

— Насколько велика вероятность обнаружить клад Кубанской рады? — спрашиваем у опытного кладоискателя Юрия Харчука.

— Возможность большая, просто этот клад “разъехался” в 70 мест. Сейчас его части можно найти на территории Республики Адыгея, Краснодарского края, Ростовской области и Крыма. Шла гражданская война, все разворовывали потихоньку: то там припрячут, то здесь, — вздыхает Харчук.

— Но какую-то часть этого клада уже нашли?

— Часть — да. Что-то было увезено за границу — в основном документы, архивы, золотые монеты.

— И это пока только малая доля того, что может быть обнаружено?

— Конечно, этот клад в миллиарды оценивается! Известно, что ценности Казачьей рады вывозили на 80 подводах, каждая из которых могла нести до 700 кг. А там ведь и бриллианты были...

Белое золото

Александр Васильевич Колчак никогда не служил золотому тельцу, но волею судеб имя адмирала оказалось крепко-накрепко связано с сокровищами.

После Октябрьской революции власти молодой советской республики сосредоточили часть золотого запаса, оставшегося от старого режима, в банках трех городов: Москвы, Тамбова и Саратова. Даже после подписания Брестского мира Ленин всерьез опасался наступления кайзеровских войск, и от греха подальше золотой запас был переправлен в Казанский банк. И напрасно: в конце лета в Поволжье вспыхнул эсеровский мятеж, а 7 августа Казань оказалась в руках белогвардейцев и отрядов Чехословацкого легиона.

Золотой трофей белых вывезли сперва в Самару, затем 40 грузовыми вагонами — в Уфу. А в октябре 1918-го он обнаружился в Омске. 45-летний адмирал Колчак в то время занимал пост военного и морского министра эсеровского правительства — так называемой Уфимской директории. 18 ноября 1918 г. “господа офицеры” свергли слабосильную директорию и провозгласили адмирала Верховным правителем России. После чего золотой запас оказался в безраздельном распоряжении Колчака.

За оружие и обмундирование, поставляемое союзниками, надо было платить — средства для расплаты с американцами, англичанами и японцами правитель Сибири черпал из этого бездонного “кошелька”. Доподлинно известно, что Колчак истратил 242 млн. золотых рублей (то есть около 184 тонн золота), эти деньги осели в сейфах банков США, Японии, Англии и Франции. Лишь в мае 1919 г. Сибирское правительство удосужилось издать распоряжение об инвентаризации золота. Насчитали 495,873 тонны, что в денежном эквиваленте составляло 695 млн. золотых рублей. Кстати, не исключено, что часть запаса была захоронена еще до проведения инвентаризации...

С марта по октябрь 1919-го Колчак передал японцам еще 217 тонн золота, правда, эшелон с последней партией “презренного металла” (32,8 т) прикарманил атаман Семенов. Дальше начинается самое интересное. В октябре 1919-го красные начинают наступление “по долинам и по взгорьям”; адмирал спешно покидает свою столицу — Омск — с 29 вагонами золота. По дороге в Иркутск 39 ящиков пропали: 20 на станции Тайга и 19 — на станции Тыреть. Общая стоимость пропавшего — 35 млн. рублей золотом. Говорят, что золото стоит искать в районе станций Судженская–Бирикульская, Юрга-Тайга и Тайга-Тяжин в нынешней Новосибирской области. Поскольку дело происходило в начале зимы, то скорее всего клад был зарыт не в чистом поле (все-таки Сибирь, 30-градусные морозы!), а на каком-то из местных кладбищ, в склепе церкви.

Существует версия, что часть сокровищ колчаковский генерал Пепеляев приказал перевезти по Иртышу и Оби в Томск. Однако из-за того, что реки рано покрылись льдом, груженный золотом пароход смог дойти лишь до села Сургут, где золотой запас вывезли на берег и закопали.

Как бы то ни было, спустя 80 лет следы золота Колчака продолжают искать не только в западных банках, но и в сибирской тайге. Хотя некоторые скептики (в их числе, например, атаман Иркутского казачьего войска Николай Меринов) полагают, что большевики обнаружили золотишко еще в 20-е годы и давным-давно успели его оприходовать.

Ищите и обрящете

Кладоискательство нынче не в моде. Не то, что в прошлом веке — целые экспедиции снаряжались на поиски забытых сокровищ. Но есть, есть еще романтические натуры, которые с трепетом разворачивают старинные карты с тайниками, помеченными крестиком. Не корысти ради, интереса для...

— Как часто кладоискатели обнаруживают сокровища? — задаем вопрос все тому же Юрию Харчуку.

— Очень часто, и сейчас настоящий Клондайк для кладоискателей — в Рязани: там разрушают старые дома. Почти под каждым из этих двухэтажных домов было что-то зарыто в 30-е годы, во времена коллективизации. В свое время это были не такие уж большие ценности. Сейчас же любое обручальное кольцо царских времен стоит более 1000 долларов, а некоторые “побрякушки” в наше время могут оцениваться от 50 тыс. долларов и выше. И это те ценности, которые могли скопить небогатые люди. А в средней семье тогда было по 15 взрослых людей. Подсчитайте...

— Каков средний “возраст” кладов?

— Основная масса кладов, по крайней мере в Краснодарском крае и в целом на юге России, — времен Первой мировой войны и революции, когда серебряные и золотые монеты стали изымать из обращения. Вообще говоря, активно прятали ценности с 1914 по 1945 год.

— А древние клады — греческие, скифские — удается обнаружить?

— Находят. В Ейске, к примеру, берег осыпался, тут-то клад и “пошел” — обнаружилось множество древних монет. Причем их истинная ценность была определена не сразу. Сначала за монеты давали по 100 долларов, потом по 200, позже перекупщики оценивали монеты в 500. Сейчас же такая древняя золотая монета может стоить до 30 тысяч долларов.

— Известно, что под сгоревшим московским Манежем было обнаружено древнее кладбище. Вас не привлекали в качестве эксперта по древним ценностям?

— А зачем? В Москве, Московской области, Питере намного меньше вероятность найти золото. Это не то что на Кубани. У вас тысячу лет назад еще в шкурах ходили, а у нас на Тамани 2500 лет назад чеканили золотую монету.

В ближайших планах Общества кладоискателей — поиски деникинского золота (около 6 млн. евро), коллекция Санкт-Петербургского монетного двора (120 млн. евро) и, конечно же, клад Кубанской казачьей рады (по предварительной оценке, аж 5 млрд.!).



Партнеры