ОМОН: “Мы ищем таланты”

29 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 540

Чечня, Грозный, уличное кафе.

Из динамиков доносится жесткая музыка в стиле хард-рок. Успеваю заметить, что гитаристу понадобилась вся его виртуозность и талант, чтобы воспроизвести ТАКОЕ.

И вдруг понимаю, что песня... на чеченском языке.

— Кто тут так конкретно в Чечне музыкой занимается? — спрашиваю у окружающих.

— Это рок-группа нашего Артура.

— А кто такой Артур?

— Командир чеченского ОМОНа...


“Вотчина” Артура Ахмадова — ОМОН — базируется на окраине Грозного. Проезжаем пустырь, на разбитой дороге встречаются всего два блокпоста, зато документы проверяют тщательно, с пристрастием.

У здания есть стена памяти с фотографиями омоновцев, погибших при исполнении: “Мы этот памятник давно не пополняем. Места уже нет”, — говорят бойцы.

В здании практически никого. “Ахмадов? Сами бы хотели его увидеть, он все по селам ездит на спецоперации”, — отвечают его подчиненные. Зато дают грозненский адрес, где репетирует группа “Президент”.

Полуразрушенный дом в центре Грозного, на улице Розы Люксембург. Прямо посередине здания зияет дыра от взрыва снаряда. Здесь-то и располагается студия “Юнисо”.

Корреспондента “МК” группа “Президент” встретила практически в полном составе, но без Ахмадова. “Меня тут в Гудермес неожиданно вызвали. Скоро приеду в Грозный”, — сказал по телефону Артур. Но и на следующий день мы не встретились: “Понимаешь, тут потасовка в Урус-Мартане. Так что я быстро — туда-обратно, и приеду...” Поговорить “воочию” нам удалось только через три дня.

За это время я успел послушать и русские тексты “Президента”:

По горным вершинам

Угадывать путь,

Брести от зари до заката,

Свалиться устало и тихо вздремнуть,

Как в детстве бывало когда-то...

* * *

Перед корреспондентом “МК” Артур предстал в черной футболке с надписью “Чеченский ОМОН”, был увешан автоматом, пистолетом и гранатами...

— Артур, зачем вам ОМОНом руководить? Занимались бы музыкой...

— Судьба такая. К тому же музыкального образования у меня нет, на гитаре учился играть, закончив курсы.

— Есть, как думаете, понятие “этнический рок”?

— Я думаю, что да. Большинство наших песен — лирика, со всеми уже извечными темами любви, разлуки, страданий. Есть песни, выдержанные в рок-стилистике. Но и эти песни, будь они на русском, английском или чеченском языке, обязательно оформлены с национальными ритмами.

— Вы мусульманин. А рок-музыка не противоречит духу ислама?

— Война, безработица, ваххабиты — вот это противоречит. Если ты послушаешь наш альбом, то поймешь, что в песнях нет никаких призывов, как говорят, к сепаратизму. А музыку религия не запрещает.

— А песни о войне у “Президента” есть?

— Очень мало. Есть одна песня про друга, который был убит. Но я не хочу об этом говорить. Я стараюсь не писать негатива. Вот иногда приедешь после спецоперации, на которой потерял еще одного бойца, и сочинение песни ну никак не идет. А иногда за полчаса готовы и музыка, и стихи. И не надо вообще писать о войне, потому что это ведь некрасиво. Люди не должны знать, что на войне происходит.

— Вы — надежный и личный друг Рамзана Кадырова. Он музыку вашу приветствует?

— Ха, да он и сам может с нами спеть. (Артур впервые улыбается. Видимо, он не в восторге от вокала первого зампреда правительства Чечни. — М.Р.) По настроению. Только он не будет этого делать публично. У нас в студии или на площадке, где нет телекамер, он может в шутку что-нибудь с нами исполнить. Репертуар-то знает...



* * *

Студия “Юнисо” не похожа ни на одну звукозаписывающую компанию. Антураж почти обычный: есть вся необходимая для записи техника — барабанная установка, гитары, синтезатор, компьютер. Но еще — ковры и потрясающая, почти стерильная чистота:

— К нам много гостей приходит, скоро будут прослушивания девушек, как на “Фабрике звезд”: хотим, чтобы в “Президенте” появился и женский вокал. Так что все должно быть чисто кругом, — говорит директор студии Султан Ванцаев.

Робко входит миловидная чеченка. Диалог на чеченском языке. После этого Султан торжественно говорит:

— Вот ты спрашиваешь, почему в нашей, единственной по сути, звукозаписывающей студии в республике нет расценок на услуги. Какие услуги, когда война идет? У этой девушки проблемы в семье. Где она денег возьмет на то, чтобы даже не раскрутиться, а хотя бы что-то записать? Вот мы записываем ей песни совсем бесплатно.

Обстановка в республике явно неконцертная. В последний раз ребята выступали... в Кремлевском дворце в Москве. В целях безопасности в Чечне скопление масс запрещено. Но когда все-таки разрешают где-нибудь выступить, командир чеченского ОМОНа, пользуясь своим административным ресурсом, обеспечивает безопасность. Лично.

Сейчас собран музыкальный материал для выпуска последнего, третьего альбома. Два предыдущих альбома на рынках Чечни найти уже сложно.

Вместо послесловия. Артур Ахмадов считался бандитом, воевал против федеральных сил. Сдался властям в марте 2003 года, за два дня до референдума, когда президент Кадыров объявил амнистию. С собой бывший начальник охраны ичкерийского правительства привел еще 46 человек. После проверок стал начальником штаба спецроты при комендатуре Чеченской Республики. Затем стал начальником штаба Службы безопасности президента Чечни. После убийства 9 мая 2004 года Ахмата Кадырова командира Чеченского ОМОНа Руслана Алханова назначили министром внутренних дел, а Ахмадова перевели на его место.

Артур Ахмадов хочет закончить еще один университет и получить третье высшее образование. Дипломы историка и математика у него уже есть.






Партнеры