Беслан: как жить после трагедии?

30 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 747

Стенограмма пресс-конференции в "МК" депутатов Госдумы РФ Арсена Фадзаева (Северная Осетия), Гаджимета Сафаралиева (Дагестан), Заурби Нахушева (Кабардино-Балкария), Ахмара Завгаева (Чеченская Республика), Мухарбека Аушева (Республика Ингушетия).

24 сентября 2004 года, 15.00


Ведущий Сергей Рогожкин — руководитель пресс-центра газеты "Московский комсомолец" и агентства "МК"-Новости":

— Добрый день, дорогие друзья. Сегодня в пресс-центре “МК” необычная пресс-конференция. Я хочу объяснить, в чем ее необычность. После трагедии в Беслане трудно вести разговор на эту тему, найти те слова, которыми можно как-то выразить ту боль и страдания, которые перенесли люди. Я хочу еще раз от всех нас выразить глубочайшее соболезнование пострадавшим в этой трагедии.

7 сентября мы связались с Арсеном Фадзаевым, депутатом Госдумы России от Северной Осетии — он был тогда в Беслане— и он сказал, что как только приедет в Москву, то встретится с журналистами в "МК". Несколько дней назад он вернулся и эта встреча перешла в формат не только личного разговора одного человека с прессой. К ней присоединились его коллеги, депутаты Госдумы России, представляющие Дагестан, Кабардино-Балкарию, Чеченскую республику, республику Ингушетия.

А.Фадзаев:

— Я убежден, что теракт в Беслане — это очередное звено в цепи международного терроризма. ПОэтому самая важная задача на сегодняшний день это сохранить стабильность на Северном Кавказе.

Приступила к работе Параламентсткая комиссия по расследованию причин Бесланской трагедии. По результатам работы которой будут сделаны выводы.

Я попросил своих коллег депутатов приехать со мной в "МК", чтобы показать всему миру, что террористы не добьются своей цели.

Сегодня все понимают, почему террористы выбрали именно Кавказ. Проблем накопилось много и прежде всего в социально-экономической сфере. Президент России Владимир Владимирович Путин очень объективно говорил об этом в свое выступлении, в котором обозначил, что уровень жизни на Северном Кавказе сегодня намного ниже, чем в целом по России. Непосредственно в республике уровень безработицы выше в 2,5-3 раза, чем в среднем по России. Объективно есть коррупция как во власти, так и в правоохранительных органах. Ни для кого в нашей республике не секрет факт полнейшего беспредела в правоохранительных органах республики. Каждый ее житель знает — за сколько можно устроиться в МВД республики, сколько стоит должность в правоохранительных органах. Поэтому, наверное, и серьезные ошибки были допущены правоохранительными органами. Руководство республики получало определенные сигналы. Поступала информация, что это может произойти в республике. Но мер никаких принято не было.

Вы знаете, что создана комиссия по проблемам Северного Кавказа, куда и я вошел. Комиссия очень скоро пристпает к работе, и я думаю, что предстоит нам сделать очень многое. Не тольок в Северной Осетии, но и на Кавказе накопилось очень много проблем. Первоочередная задача Комиссии тщательный анализ социальной, экономической, политической и криминогенной обстановки на Северном Кавказе. По итогам работы Комиссии возможно возникнет необходимость в создании в Госдуме комитета по проблемам Северного Кавказа.

Сегодня в Южный федеральный округ направили Дмитрия Николаевича Козака. А этого человека мы знаем как профессионала, а главное, очень порядочного. Считаю, что он способен исправить ситуацию.

Очень много вопросов сегодня возникает. Сколько было заложников? Я был очень удивлен, услышав, что там 120 человек. Потом было объявлено пресс-службой руководителя оперативного штаба цифра 354. Это маленький город. 35 тысяч населения, где люди знают друг друга. Естественно, это привело к недоверие к тем людям, которые это озвучивали. Они просили о том, чтобы им говорили правду, чтобы к ним выходили люди, которые несут по Конституции республики ответственность, является гарантом.

Вы знаете, что у нас сегодня очень много пострадавших в результате теракта, которые лежат в московских и ростовских больницах. Хочу от имени всех жителей Республики сказать огромное спасибо медперсоналу московских и ростовских больниц. Они относятся к ним, как к своим родным детям. Они переживают за них. Родители меня просили, чтобы я говорил об этом везде. Эта трагедия нас объединила. Трагедия объединила всю Россию. Я думаю, что здесь нет людей, кто может на эту тему говорить по-другому.

Вопрос журналиста.

— По вашему предложению в Госдуме создается Комитет по ситуации на Северном Кавказе. Какими проблемами он будет заниматься? Какое количество людей может войти в комитет?

А.Фадзаев:

— Проблем хватает, я не буду их сейчас перечислять все , но рпежде всего необходимо создать достаточные условияждя социально-экономического развития региона, сведение к минимуму безработицы, решение острых социальных проблем. По существу, нерешенность данных проблем является благодатной почвой и для терроризма, и для бандитизма плюс к этому коррупция в региональных структурах власти и мы получаем то, что сегодян творится в регионе. Что касается Комитета в Госдуме по проблемам Северного Кавказа, то этот вопрос еще требует изучения.

Я думаю, что эту проблему мы в ближайшее время решим. Я не могу пока вам сказать, сколько будет входить в состав этого комитета. А проблем хватает, я не буду их сейчас перечислять. Прежде всего это борьба с терроризмом. Как я уже сказал, развитие Северного Кавказа оставляет желать лучшего... Коррупция во власти... Мы хорошо знаем, что когда избирают, особенно на Северном Кавказе, правда не везде, но есть такие примеры, когда избранный руководитель начинает чувствовать себя как будто он царь и бог. Забывая о том, что это народ его избирал. Он быстро расставляет на все "сладкие" места своих родственников, друзей, с кем он учился и вырос. И это продолжается 4 года. А через 4 года опять все повторяется. Поэтому есть над чем работать. Рядом со мной Ахмар Гапурович Завгаев, он депутат Госдумы от Чеченской республики.

А.Завгаев:

— По той проблеме, которую мы сейчас затрагиваем, хочу сказать — конечно, по своим размерам это чудовищный террористический акт. Но вместе с тем я хочу сказать — 13 лет Чечня терроризируется этими негодяями — интернациональной бандой всех мастей. И последние 13 лет после развала Союза — это комплекс накопившихся проблем: социальных, политических, территориальных, национальных и ряд сопутствующих проблем. Сегодня есть те, кто очень рьяно прославляют террористические организации на территории России. А те пытаются сегодня путем запугивания навязать свою волю, чтобы противопоставить общественность Северному Кавказу. Чтобы не допустить этого мы и создаем комиссию. И то, что сегодня мы в роли козла отпущения нашли правоохранительные органы — это неправильно. Да, они тоже несут ответственность, но наравне с ними должна нести ответственность и сама общественность. Должна быть выстроена система противодействия и со стороны общественности. Нам надо всем взяться за руки и вместе бороться с этим злом.

Вопрос журналиста.

— Ходили слухи о том, что были случаи изнасилования детей террористами во время захвата школы в Беслане. Что вы думаете п этому поводу?

А.Фадзаев:

— Я в этом не уверен, но думаю, что этого не было.

Вопрос журналиста.

— Как Вы думаете возможна ли досрочная отставка Дзасохова в связи с трагическими событиями в Беслане? Как вы относитесь к этому?

А.Фадзаев:

— Сегодня нестабильная обстановка в республике, поэтому я считаю, что сегодня ему необходимо продолжить исполнение своих обязанностей. Относительно отставки пусть сам принимает решение в соответствии со своей совестью.

Вопрос журналиста.

— В вашем разговоре Вы упомянули о том, что поступала информация о готовящемся теракте у вас в республике?

А.Фадзаев:

— Я думаю, что власти республики не были уверены в этом, но исключать этого было нельзя.

М.Аушев:

— Когда прошли события в Ингушетии — из тех источников, которыми я владел, знаю, что ингуши задавали вопрос чеченцам: “Зачем вы привели осетин убивать, например, тех же ингушей?”. На что был ответ: “Ничего, мы скоро вам дадим поупражняться на другой территории”. То есть это действительно интернациональная банда, которая ставит своей целью не только столкнуть народы, я думаю там более глубокие процессы. И я думаю, что центр опаздывает очень сильно. Ответ со стороны боевиков был такой — мы перенесем свои действия на территорию России, в глубь ее. Но это серьезно не воспринималось — в том числе, когда они в своем интернетсайте заявили, что "...просим Шуру дать разрешение, чтобы привести смертный приговор в отношении правоохранительных органов Ингушетии в исполнение". Это как черный анекдот. Когда это произошло на нашей территории, то, конечно, без сомнения, следовало ожидать и следующих терактов. Сегодняшнее заявление президента о том, что для усиления борьбы с терроризмом будет задействована другая политическая система избрания губернаторов — это уже полумера. Сегодня, чтобы мы действительно адекватно боролись с этой проблемой, нужна глубокая интеграция всего Северного Кавказа, всех республик. И по силовым ведомствам, и в плане социально-экономического развития, в плане интеграции в целом Северного Кавказа. Если мы будем сидеть по национальным квартирам, я думаю, мы от этого ничего не выиграем, а в перспективе нас ожидает еще более страшные теракты. Информацией на оперативном уровне, я думаю, силовики все владеют, но конкретики, конечно, нет. Да, конечно, последствия могли быть глубокие. Одна из целей была — столкновение ингушского и российского народов, потому что, вы знаете, что творилось в средствах массовой информации. Но надо отдать должное руководству Северной Осетии, депутатам, обществу, что они предотвратили это движение и вовремя загасили это движение в сторону конфликта. Конечно, были попытки и оппозиции руководства Северной Осетии, чтобы на антиингушской компании развязать эту войну, но это не удалось. Это заслуга политического общества Северной Осетии. В Ингушетии очень сильно переживали события в Северной Осетии. Даже был случай, когда школьники одного района собрались в автобус и ехали в Беслан, чтобы предложить себя в качестве заложников вместо осетинских детей, но автобус этот развернули.

Г.Сафаралиев

— Синоптики говорят: "Будет дождь!", но ни одна наука не может предугадать, где ударит молния. Не ждать, а предупреждать надо, а мы постоянно ждем. Это как в старом анекдоте, когда в Японском море японский и советский сейнеры плавают, а рыбы нет. Японцы подплывают и спрашивают: “Рыба есть?”. Наши:“Рыбы нет!”. Японцы: “Ну проводите тогда собрание, чего же вы стоите?”. И у нас так: случилось событие — мы начинаем проводить собрания, создавать комиссии, развивать активную деятельность, а самое главное, что системности никакой нет. Каждый раз наступаем на одни и те же грабли. 5 лет прошло со дня, когда разбили чеченские бандформирования в Дагестане. И вот получается, что за 5 лет сколько было терактов, и все одно и тоже. Собирается комиссия, что-то решает, находит виновных и т.д. Когда говорят, что нельзя сильно ругать правоохранительные органы, я не согласен. Вот возьмем "гаишников". Есть простой пример — в США в 64-м году было принято решение посадить их 1000 человек нечистоплотных "гаишников", были набраны новые и была увеличена их зарплата. И у них все прекратилось. Есть очень много способов. Болезнь лечат определив сначала диагноз. А мы даем таблетки: рука болит — от руки, нога болит — от ноги, у нас оно так и будет продолжаться. Я за создание этого комитета, но не уверен что он изменит что-то. Вот я тоже с Северного Кавказа и я не представляю, что у нас будут какие-то спецпроблемы по Кавказу. У нас по всей стране одни и те же проблемы. И теракт может точно также произойти в Петропавловске-Камчатском, как он произошел в Беслане. Я подъехал туда 3-го сентября, создали комиссию, но что может комиссия? Не комиссия должна заниматься этими делами, а каждый на своем месте должен отвечать за то, что делает. И мы говорим в отношении вахабизма, что вахабизм — это религиозное течение. Надо говорить о бандитах, а не о людях, у нас так и есть баптисты, и адвентисты, и кто угодно. И один нюанс я хочу сказать для образовательной среды, ведь я тоже профессор. Есть такой предмет ОБЖ — обеспечение безопасности жизнедеятельности. Курс читается как курс гражданской обороны, но никто на него не ходит, ведет его почасовик. Надо с детства серьезно приучать к безопасности жизнедеятельности, чтобы каждый ребенок знал как себя вести в любой обстановке. Точно также восстановить институт участковых. Раньше, каждый участковый хорошо знал всех проживающих на его территории. Сейчас надо обсуждать не то, что было, это ужасно, а чтобы это не повторилось. Надо конкретно предлагать, что делать, чтобы этого не повторилось и какие предложения есть. А комиссия решит эти вопросы.

Вопрос журналиста.

— Если точные данные по погибшим в Беслане?

А.Фадзаев

— По данным оперативного штаба 329 погибших. 253 на сегодняшний день уже похоронены, 76 — неопознанных, 18 — без вести пропавших. Погибло также 10 спецназовцев и 2 сотрудника МЧС.

А.Завгаев:

— Пользуясь случаем, хочу уважаемому Гаджимету Керимовичу ответить — не чеченские боевики, а представители международного терроризма пришли в Дагестан с помощью отдельных чиновников федерального центра и руководства Дагестана. Это мы всем обществом повесили им таблички, что они чеченские. Сегодня представители Дагестана, боевые командиры процентов 30 с этой бандой, поэтому мы не должны вешать национальный ярлык... Есть международный терроризм и надо с ним бороться.

Г.Сафаралиев

— Я ни в коем случае не обвиняю чеченский народ.

А.Завгаев:

— Вы сказали чеченцы.

Г.Сафаралиев

— Нет, будем говорить, из Чечни было нападение. Я не имею в виду, ни в коем случае... А что касается вахабизма, то он берет истоки в Саудовской Аравии. Так, что котлеты отдельно, а мухи отдельно. А что касается Дагестана, то могу сказать, что в 99-м году создалась такая система, когда весь народ поднялся на защиту своей республики и зачистку законности с помощью России. И за эти 5 лет у нас были и теракты, но я хочу сказать, если говорить о народе в целом, то разное есть. Вот у нас была напряженная ситуация в Хасавюрте, это один из городов Дагестана. Где вроде под маркой борьбы за конституционность проводились какие-то митинги многонациональные — с тем, чтобы в отставку правительство и прочее. Но в итоге народ в целом их не поддержал. Если говорить о правоохранительных органах и военных формированиях, то это дело профессионалов. У нас же никто не ожидает такой угрозы. Мы привыкли ставить тяжелые орудия возле окопов и ждать, что враг будет наступать, как во 2-ю мировую войну. У нас есть много внутренних врагов, подполье есть. Разыскиваются — находятся — часть убегают и опять возвращаются. Идет серьезная борьба. Было убито 18 работников правоохранительных служб за последний год. Сейчас стало модным, как на Ближнем Востоке, себя причислять к терактам. Если кто-то где-то что-то взорвет, то по телефону берут ответственность на себя. Зачастую это не так. Те, кто взрывает — себя не обозначает. А модно стало относиться то к одной организации, то другой. Может это веяние времени. В Америке все делает Алькаеда и Усама бен Ладен, а у нас, наверное, есть свой Ладен. Так, вот касаюсь того, что знают, кто возглавляет группу, знают количество людей в этой группе. Трое в последние дни пойманы из этой группы и ведется очень серьезная работа. И я могу сказать, что сейчас терроризм вышел из сельской местности, он в городе. У нас буквально неделю назад были обезврежены на высотном здании три гранатомета наведенные на госсовет, правительство. Другой случай — машина начиненная тротилом. Все это предотвратили. В Россию завезли огромное количество тротила и пластида и, пока он не кончится, его будут взрывать. Если мы все сами не будем работать в этом направлении, если не будем детям в школах и в вузах студентам говорить, то сложно будет и правоохранительным органам, я это понимаю. У нас есть понимание между руководством республики, политической элитой и народом.

Вопрос журналиста.

— Уточните пожалуйста, членом какой комиссии вы являетесь?

А.Фадзаев:

— Сегодня мы проголосовали за то, чтобы создать новую, постоянно действующую комиссию по проблемам Северного Кавказа, куда я и вошел.

Вопрос журналиста.

— У вас есть подробная информация о том, кто взорвал крышу спортзала в школе в Беслане?

А.Фадзаев:

— Взрыв был внезапный, после чего началась стрельба. Когда террористы начали обстрел выбегающих заложниокв и детей, спецназу ничего не оставалось как принимать меры по их спасению.

Вопрос журналиста к А.Завгаеву.

— Есть ли какая-то информация о массовых зачистках в Чечне после трагедии в Беслане? И второй вопрос — почему вы так яростно отрицаете то, что случилось в Беслане не только "чеченский" след?

А.Завгаев:

— Во-первых, в течение 13 лет создавался отстойник международного терроризма в Чечне, при отсутствии конституционной власти в республике. И отпор я даю почему -сделайте экскурсию — в 97-й год, в 98-й год, когда в Карамахи ездили представители федеральной власти и сам Президент говорил, что они борются с коррупцией, теми же мафиози в Дагестанской власти. На глазах правоохранительных органов строились укрепления — в Чабанмахи и Карамахи разбивались эти укрепления. Вот поэтому я и говорю.

А сегодня мы опять столкнулись с международным терроризмом — посмотрите состав этой интернациональной банды, которая совершила этот чудовищный теракт...

С.Рогожкин, "МК":

— Вы все время говорите о интернациональном составе банды в Беслане — какими фактами Вы располагаете? Там есть хоть один иностранец?

А.Завгаев:

— Не один.

С.Рогожкин, "МК":

— Кто, назовите пожалуйста!

А.Завгаев:

— Это комиссия ответит.

С.Рогожкин, "МК":

— Насколько известно там граждане России прежде всего...

А.Завгаев:

— Вам Хаттаб один чего-то говорит, который в 97-98-м году на территории чеченской республики готовил террористов?

М.Аушев:

— Если верить письму Басаева, которое было опубликовано, там было два араба. Другой информации нет.

Вопрос журналиста:

— Была информация вначале, что там был чернокожий бандит?

М.Аушев:

— По той информации, которой я владею, там никаких негров не было.

Вопрос журналиста.

— Все говорят, что это международный терроризм и т.п., но каковы факты никто не говорит?

А.Завгаев:

— Как не говорит? Мы говорим, что это исламские корни. Куда сбежал Закаев? Куда сбежал Ахмадов? В мусульманские страны! Посмотрите географию — где наши идеологи, носители международного терроризма, тот же Яндарбиев...

Вопрос журналиста:

— В нашей съемочной группе в Беслане было пять человек. Мы ехали в Беслан в том числе и через Кабардино-Балкарию ночью 5 сентября. Ни один из пунктов ДПС не работал... Я видела, это уже 7 сентября что на доске начали появляться надписи по поводу мести. Что приходили мальчики к школе и говорили: "Мы ждем, когда нам исполнится 18 лет — мы пойдем в армию, возьмем оружие и будем мстить". Хочется все-таки услышать нормальный здравомыслящий ответ — какова гарантия, что вот эти мальчики, осетинские, не пойдут мстить? И какова гарантия, что мужчины не возьмут в руки оружие?

М.Аушев:

— Насчет гарантий. Если бы не было жесткой позиции Президента России, когда он приехал: "те, кто будет разжигать межнациональную рознь, будут восприниматься как пособники террористов", то война вовсю бы полыхала. Потому что в такой страшной трагедии, таком страшном горе ищут крайних. События 92-года, которые вбили достаточно большой клин в отношения между осетинами и ингушами, спроецировали на данную ситуацию. Конечно, стали обвинять близлежащих соседей, тем более, что события 92-го года не так далеки В последние два года с приходом новых руководителей в Северной Осетии и Ингушетии пошли точки сближения и теракт, который произошел, конечно, заморозил отношения надолго. Никто это приветствует — тем более со стороны Ингушетии. Потому что там есть еще и чисто экономические вопросы. Если сегодня Осетия перекроет блок-постами, то ингушам кроме Чечни и Дагестана больше выезжать некуда.

Но та позиция, которую я излагал сегодня в своем ответе, это позиция целого народа, потому что я еще имею отношения к осетинам, у меня мать осетинка — и мне не все равно, что происходит и с той, и с другой стороны. Я звоню знакомым, родственникам — каков температурный режим отношений? Мои наблюдения — все идет в улучшающуюся сторону, народ понимает, что нету здесь национальности. Ну как какой-то национальности отдавать предпочтение, участвовавшим в этом кошмаре, когда эти же люди — одни из этих участников — буквально два месяца назад в течение ночи уничтожили сто человек представителей правоохранительных органов, то есть в пересчете на детей, они в одну ночь сделали 500 ингушских детей сиротами. Понимаете? Здесь нельзя о национальностях говорить! Это бандиты — независимо чеченец ли это, ингуш или русский, осетин — кто бы там не был. Там находят свое пристанище те, в основной массе, кто нарушили закон на территории России или других государств. Приходят, их обрабатывают, есть конечно и ортодоксальное крыло, радикальное, можно сказать, крыло среди боевиков, которым наплевать — ребенок, женщина... Эти принципы кавказского воспитания давно умерли в этом отношении. Они заявляют в своих сайтах, вы читали: "А что? У нас 40 тысяч своих детей в Чечне погибло, что нам осетинские дети!" Хотя причем тут осетинские дети? Да, я думаю, что та комиссия, которая создана, позиция Президента, если будет улучшено экономическое положение России на Северном Кавказе, я думаю, что народ дойдет до такого уровня, что не пулеметами и автоматами будут отношения решаться.

З.Нахушев:

— Мы происшедшие трагедии в Ингушетии, в Осетии восприняли как собственные. Я был в школе в тот же день, когда взорвали, видел сотни трупов. Почему произошло? В первую очередь — это беспечность правоохранительных органов, вы совершенно правы. Я был свидетелем безобразий и на постах, и в Кабардино-Балкарии, и в Осетии и в других республиках в буквальном смысле после 12-ти ночи никого не найдешь. Или спят, или находятся в другом месте. Хочу развить мысль: все-таки что мы должны делать? Я представляю комитет по региональной политике Госдумы. Нам бы надо решать вопросы в первую очередь экономического плана, мы над этим сейчас работаем. Но Госдума должна внести изменения-дополнения, разработать новые законы, которые бы коренным образом повлияли на борьбу с терроризмом. То есть развязать руки правоохранительным органам, которые по долгу службы должны и обязаны заниматься борьбой с терроризмом, экстремизмом. Я могу сказать, что в Госдуме готовятся 10 законодательных актов, в которые мы вносим изменения и дополнения. Сейчас уже готовы 40 законодательных актов, которые повлияют на работу правоохранительных органов, в том числе Закон "Об оружии". Работники правоохранительных органов не могут без команды или предупреждающего выстрела открывать стрельбу — разве это нормально? И если все эти 40 законов до нового года будут приняты Госдумой, тогда вся ответственность должна ложиться на правоохранительные органы. Именно они должны заниматься борьбой с терроризмом. Но, безусловно, нам надо исключить здесь беспечность людей, всех жителей, где бы они не находились. Мы очень-очень беспечны. Хочу привести пример — я работал 10 лет председателем законодательного органа Кабардино-Балкарии. Мы решили, что в каждом доме жители должны дежурить — и вы думаете дежурили? Отдежурили только первые дни, а потом все. Каждый считает, что взрыв может быть везде, но не в его доме. Вот такую психологию нам, всем россиянам — вне зависимости от того, где мы живем — мы должны преодолеть. Конечно, считать, что общество виновато, списывать на всех то, что происходит, нельзя. Я считаю, что мы законодательными актами должны развязать руки правоохранительным органам и они должны заниматься теми вопросами, о которых мы сегодня говорим. Чтобы не повторилась трагедия Беслана.

Вопрос журналиста.

— Откуда все-таки приходят эти мессии-проповедники?

М.Нахушев:

— Вы знаете, списывать то, все, что происходит, на религиозный экстремизм вряд ли надо. Надо проблему все-таки рассматривать намного глубже: откуда это идет? Я знаю, что, скажем, мусульмане России уже в течение 10-15 лет посылают на учебу молодых ребят. Не разбираясь — куда посылают, что там преподают, кто там ведет обучение и т.д. Я считаю, что на государственном уровне мы должны отрегулировать этот вопрос, чтобы государство участвовало в направлении молодых ребят на обучение в исламские институты мира. Я считаю, что и в России мы должны сегодня открыть учебные заведения, где бы могли подготовить кадры именно мусульманской религии. Оттуда все это идет.

А.Завгаев:

— Все происходит еще и из-за того, что виновные не несут ответственности. Посмотрите — после развала СССР сколько у нас скандалов было? 92-й год — Ингушско-Осетинская трагедия. Ведь за ней стояли огромные силы. Политические в том числе. Кто они? Отсидел ли кто-то хоть один день? Сегодня пресса их осуждает? Вот это то начало, что положило основу.

Г.Сафаралиев:

— Дело в том, что часто религия подстраивается под конкретные спецслужбы. Газават — это борьба с неверными. Под этим соусом впихивают людям в голову — "это не так", "то не так". Дагестан — это советская республика. Но есть там и ислам, и другие религии, рядом стоит мечеть, синагога и христианская церковь. В этом плане никаких межрелигиозных вариантов нет. А вот межрелигиозный экстремизм опасен. В каждой религии есть фундаменталисты.

А.Фадзаев:

— Мы же хорошо понимаем, что народы не виноваты. Там же были люди, зачинщики, которые это все сделали. Они сегодня загорают и отдыхают, а народ страдает.

— Конечно говорить на все 100% я не могу. Я уверен в том, что осетинский народ — мудрый народ. И у нас хватает проблем, трагедий. Вы знаете, что у нас очень сложная обстановка на юге Осетии. Да, есть горячие головы, но их очень мало. Народ понимает, что есть нация — террористы? Я же говорил, что это было в Ингушетии 2 месяца тому назад. Вот если бы не было в Ингушетии, в Чечне не было этого, то мы бы подумали: “А может это наши соседи?”. Да, все еще заживает. Давайте объективно говорить, что мы пришли сегодня вместе, чтобы показать, этого не должно быть. И мы будем все делать для того, чтобы избежать. Я еще раз подчеркиваю: я провел здесь ряд таких встреч, где я сказал о том, что народ понимает — а это самое главное.

Я не согласен с теми, когда говорят: а при чем здесь правоохранительные органы? Не надо переводить стрелки — каждый должен отвечать за свою работу. Там успокоили, повлияли политики. Да, приезжал президент Путин и четко сказал. А местные руководители, к сожалению, ни в Дагестане, ни в Ингушетии тем более, ни в Осетии, и даже не в Чечне сегодня... если народ сам этого не будет понимать, то все равно завтра, рано или поздно все взорвется. Но я искренне говорю и уверен в том, что народ это понимает и этого не допустит. Все. Спасибо.

М.Аушев:

— Я дополню. Хочу сказать, что отдельные стычки возможны, я их не исключаю. Массовых характера это носить не будет, если бы это было нужно центру, то это сегодня бы уже все полыхало. В 92-м году это было нужно центру, поэтому конфликт был. Я был рядом, когда эти события происходили в 92-м году. Народ столкнули, действительно, были определенные цели. Сегодня у центра цель одна — мир на Кавказе, стабилизация на Кавказе, поэтому я думаю, массовый характер это носить не будет. Отдельные случаи, я думаю, они неизбежны.

Вопрос журналиста о "местных" судах над боевиками в Ингушетии.

М.Аушев:

— Это вымышленные слухи, местного суда там никакого нет в Ингушетии. Если говорить о том, что кто-то наказан, то получается, что не все боевики там были убиты? Я могу сказать, что 4 сентября на стыке границ Осетии и Ингушетии дважды были 2 села подвергнуты зачистке. Полностью окружены БТР-ми и солдатами. Из чего я сделал вывод, что часть боевиков ушла. Вот где они, куда они исчезли — это очень серьезный вопрос. Потому что после событий в Ингушетии, вы знаете... ни в одном голливудском фильме я не видел такой блестящей операции, как провели боевики у нас. То есть они отстреляли свыше 100 человек и исчезли, как будто растворились. Без поддержки местного населения это не могло быть. Так же я и проецирую события в Беслане, потому что Беслан с 3 сентября был закрыт несколько дней и туда проехать невозможно. Значит спецслужбы имели в виду, что часть местного населения участвовала в этой операции. Ну, а те зачистки, которые на границе с Ингушетией были, я понял, что часть боевиков все-таки ушла. А что касается судов — я хорошо знаю, там нет никаких судов.

Вопрос журналиста.

— Возможно, что боевики все-таки взяли с собой детей?

А.Фадзаев:

— Были по этому поводу разные мнения в первые дни и исключить ничего не могу. Но, когда я пообщался с представителями спецназа, с добровольцами, которые догоняли и добивали террористов, я пришел к выводу, что никому из них не удалось уйти. Более достоверную информацию можно будет иметь после окончания расследования.

С моими близкими людьми, которым я верил! Я еще раз говорю, что я исключать ничего не могу. Один сегодня в Москве, к сожалению его ребенок в тяжелом состоянии, и буквально вчера я с ним разговаривал, он добивал последнего боевика. Они отходили, да, были и моменты, где с детьми, но я после общения со своими близкими уверен в том, что ни одному боевику не удалось уйти. Но есть другой вопрос: вы все правильно говорите, вы видели кассету, наверное, когда родители посадили своего раненого ребенка в машину, отвезли в больницу, а из больницы этот ребенок исчез. Эту кассету видел я сам. С этими людьми, родителями я в контакте постоянном. И с депутатской комиссии звонили. И буквально вчера мне звонили из комиссии на эту тему. Звонила женщина и просила кассету. Я ей сказал, что кассета у правоохранительных органов. Но тем не менее она попросила еще раз эту кассету. То есть мы поднимали этот вопрос со всеми федеральными министрами и Зурабов приезжал. Лично я с ним встречался по этому поводу. Никто сегодня на этот вопрос, к сожалению, не может ответить. Ребенок зашел в больницу сам и потом исчез из нее. И, к сожалению, такие случаи были.

Завершение пресс-конференции.

Конец стенограммы.





    Партнеры