Пост на тот свет

12 октября 2004 в 00:00, просмотров: 177

Мало кто знает, но в Москве в среднем за год добровольно уходят из жизни 10—15 сотрудников милиции. Кто-то — от несчастной любви, кто-то — из-за неустроенности быта и неурядиц на службе. Но то, что произошло на днях на посту-пикете №20 в Зябликове, не укладывается ни в какие рамки. Здесь сразу после задержания за управление автомобилем в нетрезвом виде повесился на собственной рубашке милиционер-кинолог Вадим Мишин.

И коллеги Вадима, и психологи не исключают, что у стража порядка произошел нервный срыв на почве истерии вокруг “оборотней в погонах”. Он просто испугался за свою репутацию.


— Безусловно, случившееся с Мишиным — это ЧП, — говорят сотрудники ГИБДД. — Такого у нас никогда не было. В голове не укладывается — почему он решился на такой отчаянный поступок?

Автомобиль “Шевроле-Блейзер”, которым управлял старлей, тормознули только потому, что водитель немного превысил скорость. Как и положено, сотрудники ГИБДД попросили у Мишина документы, а в ответ услышали пьяное откровение: “Я — дежурный по городу!” Водитель показал удостоверение инспектора по охране зонального центра кинологической службы при ГУВД столицы.

Пока ребята звонили в дежурную часть ГУВД и выясняли, с кем имеют дело, кинолог сильно нервничал. Все кричал: “Не имеете права меня задерживать! Я ничего не нарушил! Все у меня в порядке!”

— Пока шел разбор, у него истерика началась, — вспоминают на пикете. — Выбегал несколько раз на дорогу, пытался броситься под проезжавшие машины. А вскоре его друзья с бывшей работы приехали. Вообще, в кинологический центр он перевелся только весной этого года, раньше работал в одном из отделов по охране особо важных объектов при МВД. Сослуживцы Мишина даже помогали нашим сотрудникам затащить парня в камеру — чтобы успокоился малость. Закрыли его там одного...

Некоторое время Мишин продолжал буянить и за решеткой — требовал выпустить. А потом все стихло. Решив, видимо, что кинолог угомонился и заснул, милиционеры на некоторое время забыли про него. А через час, когда открыли камеру, Вадим был уже мертв: сняв свою рубашку, он привязал ее к трубе батареи и повесился.

— Для всех это был шок. Вытащили его из петли, попытались откачать, “скорую” вызвали. Но так и не спасли. Никто ведь ему зла не желал. Хотели только, чтоб он проспался и в пьяном виде за руль не садился. А вот как вышло...

Друзья и коллеги Мишина из зонального кинологического центра тоже не могут понять причину, толкнувшую Вадима на самоубийство.

— От него мы такого не ожидали, — признался корреспонденту “МК” сотрудник центра Владимир Егоров. — Тихий он был, спокойный, ответственный. За все время — ни одного срыва или скверного поступка. Помню только, он жалел, что пришлось уйти с прежней работы, где изменился график дежурств. Вадима очень устраивало работать сутки через трое, как у нас. Он очень любил свою семью, тихую размеренную жизнь. Все свободное время проводил дома с дочкой, женой и любимой собакой Икаром.

Вечером накануне трагедии Мишин был на свадьбе у друга вместе с женой Ольгой и дочкой. Отметив торжество, Вадим подвез семью на машине до ближайшего метро (везти их домой сам не рискнул, поскольку немного выпил) и дальше поехал один.

— Внучка и невестка добрались до дома сами, — вздыхает мать Вадима. — А ночью им позвонили и рассказали о случившемся. Господи, да не мог он ничего с собой сделать! Не верим мы в это! Он обожал жизнь. Все у сына было прекрасно: любимая семья, работа, квартира, машина, собака, в которой он души не чаял... Столько планов на будущее. С женой он тоже в этот вечер не ссорился, да и вообще они друг друга очень любили. Нет, нет — тут что-то другое...

Но пока все сводится именно к тому, что Мишин сам наложил на себя руки. Хотя проверяются и другие версии — например, причастность к случившемуся сотрудников ГИБДД. Хотя, по словам следователей, это маловероятно.

— Скорее всего, — продолжают коллеги Вадима, — у него произошел нервный срыв. Возможно, Мишин не мог пережить позора. Он не любил выпячиваться, не любил внимания к себе и всегда предпочитал оставаться в тени. Тем более нас постоянно пугают историями про “оборотней”. Кстати, две недели назад Вадим прошел плановое психологическое обследование, которое показало, что он полностью пригоден к службе и здоров.


Комментарий специалиста

Профессор Института повышения квалификации врачей Мюнхенского университета доктор медицинских наук врач-нейротерапевт Евгений Шапошников:

— Скорее всего здесь имел место завуалированный депрессивный синдром. Судя по всему, у этого человека была ранимая психика, на что указывает его застенчивость, повышенная скромность и отторжение чрезмерного внимания окружающих. У таких людей, несмотря на внешнее благополучие, иногда наблюдается обострение внутренних душевных конфликтов. Отрицательно на них влияет алкоголь, что может неожиданно проявляться в виде скандального и дерзкого поведения, которое таким людям обычно не свойственно. У врачей это называется патологическим опьянением. При этом человек может на глазах неузнаваемо измениться в своем поведении и эмоциональных реакциях.

Специфика напряженной милицейской работы в подобных ситуациях у такого рода людей способна провоцировать вспышки психологического неблагополучия, обострять вялотекущую депрессию и толкать человека на суицид. Особенно часто это происходит у лиц сверхответственных и с повышенным чувством самокритики. А когда происходят служебные “катаклизмы”, это является сильнейшим ударом по сознанию и способствует его помрачению.



Партнеры