Рынок на мощах

16 октября 2004 в 00:00, просмотров: 571

Паломничество — это разновидность туризма. Только люди едут к святым мощам не любопытства ради и не приключений для, а в поисках благодати. Находят ли? Это и решили проверить журналисты “МК в Самаре”, отправившись с паломнической группой в святое место — Дивеево.


Из досье “МК”. Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский женский монастырь был официально создан в 1861 году, но община, которая ему дала начало, возникла в 1788 году. Попечителем ее был преподобный Серафим Саровский — его мощи хранятся в монастырском соборе.

В обители жили знаменитые дивеевские юродивые. Одна из них, Паша Саровская, недавно была канонизирована.

В 1927 г. монастырь был закрыт. В советское время в главном соборе работал... тир.

Считается, что Дивеево — “четвертый и последний удел на земле Небесной игуменьи монастыря — Пресвятой Богородицы”. Серафим Саровский приказал вырыть “Богородичную канавку”, говоря, что это “стопочки Божией Матери”, то есть что в этом месте ступала Царица Небесная.

Валун святого Серафима

Билет в Дивеево я приобрела за 750 рублей в церковной кассе. К месту паломничества предстояло добираться на потрепанном “Икарусе”. Я думала, что в паломничества ездят только богомольные старушки, оказалось — нет, в группе, состоящей из 40 человек, было довольно много молодежи, даже несколько детей. Две девчонки, смеясь, бегали вокруг автобуса с видеокамерой, трое парней торопливо докуривали свои сигареты, бабки суетливо запихивали в салон авоськи — казалось, будто собравшиеся едут не в монастырь молиться и поститься, а куда-нибудь на курорт.

В Дивеево приехали около 7 утра. До утренней службы оставалось еще много времени, и нам устроили небольшую экскурсию по монастырю: привели на канавку Божьей Матери. Канавка — это довольно глубокая траншея, шириной метра полтора и длиной около километра, очень святое место — ее выкопали сестры монастыря по велению самого святого Серафима Саровского. Тут же и случился первый казус. В начале канавки притулился небольшой валун. Наш организатор Ольга начала объяснять, что это осколок камня, на котором молился сам святой Серафим. Паломники припадали к святыне, крестились и истово лобызали валун. Возле камня образовалась небольшая очередь. И тут к нам подошел крепкого телосложения мужик с бородой.

— Что это вы делаете? — угрожающе вопросил он.

— Поклоняемся осколку камня, на котором молился святой Серафим! — недоумевающе ответили наши. Мужик засмеялся.

— Да это просто валун! У нас на территории много таких привезли, вон они на клумбах лежат! Приехали, сами не знают, что делают!

Мужик ушел. Наши паломники в растерянности стояли возле злополучного камня.

— Изыди, сатана! — вдруг воскликнула одна из бабулек и припала губами к валуну. — Ходют тут всякие, народ смущают…

Благодать в туалете

В монастыре — утром ли, вечером — все время гудит толпа народу. Нищих и калек Православная церковь (в отличие от других конфессий) уважает и привечает, поэтому в Дивееве и шагу нельзя пройти, чтобы какой-нибудь убогий не попросил у тебя милостыню. Серьезную конкуренцию калекам и пенсионерам здесь составляют разного рода служители культа. Как-то, стоя на утренней службе, я вдруг почувствовала прикосновение руки, потусторонний голос произнес: “Дай денег!” Я вздрогнула и обернулась. На скамеечке сидел мужчина в монашеской рясе и протягивал руку, гипнотически глядя на меня. Я, словно завороженная, полезла в сумку, достала купюры и опустила в его ладонь. Потом, уже на улице, подумала, а почему это я ему так много дала? Подобных “монахов” в Дивееве — пруд пруди. Один старик в черном одеянии — весь из себя бородатый и с крестами на груди — пытался предложить нам книги об истории Дивеевского монастыря, судя по его словам, написанные им лично. Цена у изданий кусалась, но старец кинул последний аргумент — книги чудотворные, излечивают любую болезнь, если приложить их к больному месту!

В Дивееве оседает много странников. Причем “странников” не от слова “странствовать”, а от слова “странный”. И многие из них пишут историю монастыря. Например, Володя Пивоваров, осевший в Дивееве 8 лет назад вместе с дочкой. Хоть Володя и работает над летописью монастыря, в храмы его не пускают и активно гонят, если он начинает заговаривать с прохожими.

Сами же обитательницы Дивеевского монастыря живут насыщенной и интересной жизнью. К ним постоянно приезжают делегации, экскурсии, гости, здесь есть даже специальная гостевая трапезная. Сестры, весело смеясь, общаются со своими гостями, снимая радостные моменты встречи на фото- и видеокамеры. По монастырю сестры ходят исключительно с мобильниками, словно приклеенными к их ушам.

Всю работу в монастыре делают паломники. Это называется послушанием. Готовят на кухне, убирают территорию, приводят в порядок соборы после службы, моют туалеты. Нам сказали, что от послушаний нельзя отказываться, это большая честь. Однажды и меня пожилая тетка в черном уже схватила за руку со словами: “Пойдем, дочь моя, чистить картошку во славу Божью!”, но я сумела избежать этой участи. Кстати, сами паломники эти послушания исполняют с радостью, они говорят, что во время этой работы на них нисходит благодать.

Помимо морального удовлетворения монастырские служки стимулируют паломников на работу еще и разными привилегиями. Например, одна из привилегий — ходить в туалет без очереди. Помню, в субботу в монастырь приехала целая толпа народу, и очереди были жуткие. Так одна шустрая тетка агитировала паломниц на работу прямо возле кабинок, соблазняя их правом внеочередного посещения отхожего места...

Ночевка под образами

Чтобы быть паломником, надо обладать истинной верой. Тогда ты достойно можешь вынести все испытания, которые предстоят тебе в период богомолья...

Паломников в Дивеево приехало очень много, и места в гостинице нам не досталось. Поэтому ночевать нас разместили в некоем сельском храме. Идти до него надо было четыре километра. Холод стоял просто жуткий. До храма мы добрались температуры мороженой говядины. Молодым эти 4 километра дались относительно легко, а вот старушки приковыляли к месту ночлега задыхаясь и хватаясь за сердце. На шум вышел молоденький батюшка и сообщил, что сейчас в храме расстилают для нас матрасы. Через некоторое время двери отворились — на полу церкви были разложены... “пляжные пенки”.

Наши старушки закатили истерику:

— Да мало того, что нам пришлось сюда тащится, мы чуть не умерли, так еще тут нас положили, как собак!

Дело кончилось тем, что большая часть паломников покорно пошла устраиваться в храме, а остальные в знак протеста отправились ночевать в автобус. Я, завернувшись в одеяло (которое чудом захватила с собой, у других и того не было), пыталась согреться на тонкой “пенке”. Из-под двери дуло, и я смирилась с тем, что завтра встану с воспалением легких. Наш организатор Ольга начала читать отходную молитву. И я заснула под скорбными взглядами членов расстрелянной царской семьи — место мне досталось под иконой святых новомучеников Романовых.

Утром Господь сжалился над нами. Организаторы сообщили, что сегодня уезжают паломники из Пензы, и в гостинице освободилось для нас место. Номер оказался в подвале. В комнате стояло 25 двухъярусных кроватей, застеленных темно-синим бельем. Простыни были влажноватыми на ощупь, но главное — у нас появился свой угол и настоящие кровати!

Бизнес по-дивеевски

Я думала, что монастырь расположен в уединенном месте, что высокие крепостные стены закрывают его от мирской суеты…

Действительность оказалась прямо противоположной. Монастырь располагался в самом центре большого села, слева он граничил с помпезным сельским рестораном, справа — с универмагом, а по центру — с районной администрацией, во дворе которой стоял трехметровый гипсовый Ленин. В этом же здании находился сельский загс, и молодожены с гостями после официальной церемонии плавно переходили в ресторан. Из-за чего субботняя молитва перебивалась грохотом динамиков, ревущих в ресторане: “Ну что ж ты страшная такая, ты такая страшная!” — неслось над монастырским двором.

Благостную картину портило и еще одно обстоятельство. Дивеевский монастырь напоминает огромный торговый комплекс. Одних ларьков, торгующих сувенирами и различной церковной утварью, я насчитала на территории больше 30 штук. Причем возле каждого ларька толпилась куча народу, горевшая желанием расстаться со своими кровными. “Дайте мне Спасителя за 40 рублей! А мне Серафима за 180! А мне греческих благовоний 15 пузырьков!” — посетители монастыря, особенно паломники из других городов, там находятся в хронической покупательской горячке.

Но торгуют не только сувенирами. Все паломники заказывают платные молебны, обедни и псалтыри за здравие или упокой родственников. Считается, что в Дивееве они самые действенные. Одна женщина из нашей группы заказала молебнов на 2 тысячи рублей. Причем здешние церковники оказались талантливыми бизнесменами. В пятницу, например, псалтырь на год стоил в ларьках 150 рублей за одно имя. В субботу ожидался большой наплыв паломников. И ценники аккуратно поменялись, тот же псалтырь стоил уже 250 рублей.

В Дивееве есть и свое ноу-хау — торговля сухариками. По преданию, святой Серафим резал хлеб, сушил его в печке и раздавал пастве. Теперь сухарики упаковывают в маленькие целлофановые мешочки по 20 граммов и продают паломникам за 15 рублей пачку. Считается, что если поесть этих сухариков, то на тебя снизойдет благодать.

Плакаты по всей территории предупреждают, что несанкционированные экскурсии категорически запрещены. Как-то мы шли с нашей группой по монастырю, и Ольга рассказывала нам по пути немного об истории монастыря. Тут же возник мускулистый бородатый мужчина, на груди которого болтался бейджик “Служба охраны монастыря” и угрожающе сказал:

— Вы откуда? Что это за экскурсия? Не видите, что ли, предупреждения, что неблагословленные экскурсии запрещены! У нас есть свой экскурсовод, благословленный архиепископом!

— И сколько же стоит этот ваш благословленный экскурсовод? — поинтересовались мы

— Тысяча рублей с группы.

— Что за сребролюбие, — начали мы возмущаться, — этак вы скоро за вход деньги будете брать!

Бородач от гнева стал наливаться багровой краской, но меня уже оттеснили наши паломники, торопясь предотвратить разгоравшийся скандал.

Вообще служба охраны Дивеевского монастыря покруче, чем у какого-нибудь банка. По всей территории расхаживают крепкого телосложения парни с рациями в руках. От обычных секьюрити их отличают только окладистые бороды и православные кресты. Охранники строго следят за порядком и за тем, чтобы никто не снимал на камеры и не щелкал фотоаппаратами, не заплативши в церковную кассу. В общем, Дивеевский монастырь — это весьма крутое и доходное предприятие. В организации успешного бизнеса у дивеевцев можно поучиться всей стране.

Из Дивеева я привезла кучу сувениров, две фотопленки, бронхит (все-таки сказалась ночевка на церковном полу!) и вагон впечатлений, которые останутся со мной на всю жизнь. Все-таки святое место не испортить ничем наносным, оно духовно само по себе, и этого не отнять никому. Пусть даже и подается все это в современной “рыночной” упаковке. Хотя что есть эта упаковка? Бумага, шелуха… Суета сует.




    Партнеры