Мокрая жизнь

20 октября 2004 в 00:00, просмотров: 206

Сегодня — важный для нашего плавания день. Все ответственные лица отчитаются на президиуме федерации за Олимпиаду.

Что случилось с российскими пловцами в Афинах? Одно “серебро” красавицы Комаровой на всю далеко не слабую команду России. Можно было бы, конечно, сказать: да просто мы не тянем рядом с мировыми лидерами-то! Но куда девать результаты — и хорошие — чемпионатов Европы и мира?

Гостренер сборной Александр Клоков дал эксклюзивное интервью “МК”.


— Давайте, Александр Валентинович, сразу о болезненном. Олимпиада российскую сборную просто утопила. Выплыла одна Стася Комарова — выиграла единственную медаль для России. Может, это только для нас стало шоком, а вы все предвидели?

— Нет, это даже как кошмар не могло привидеться. Ехали все оптимистично настроенные, но чисто методически не сложилось с заключительным этапом. Некоторые спортсмены и тренеры, испугавшись движения вперед за последние полтора-два года, вернулись на более низкие объемы тренировок, а в результате не вышли на пик формы. Другие — наоборот, переработали и не успели восстановиться. Мы сейчас до сих пор разбираемся с каждым…

— И?..

— Я не могу точно определить причину неудачи для всех. Мы сейчас можем говорить все что угодно. Но вот, например, смотрите: Дима Коморников год назад показывает мировой рекорд. В этом году использует ту же самую схему подготовки, у него индивидуальный план, он один едет в горы с тренером, все, что они задумали, четко реализовали. И федерация во всем помогала. А он не попадает даже в финал. Как объяснить: хорошо федерация сделала или плохо? Что надо делать гостренеру: прислушиваться к пожеланиям или заставить их всех одну и ту же работу выполнять, строем ходить? Наверное, заслуженные мастера спорта с заслуженными тренерами имеют право на свое мнение. А практика показала обратное.

— А американцы ходят строем?

— Нет, они практически сами по себе. Федерация иногда проводит тренировочные сборы, рассылает по клубам приглашения: “хотите — приезжайте, хотите — не приезжайте”. В принципе централизованная подготовка у них начинается после отбора непосредственно к чемпионатам или Играм, то есть на заключительном этапе.

Но с американцами нельзя сравнивать: у нас условия не одинаковые, уровень не одинаковый, престиж вида спорта в стране — и, что самое главное, традиции у них очень сильные. Для того чтобы нам добиться таких традиций, нужна определенная государственная программа. Федерация как общественная организация не может решить вопросы детских школ или клубов. Очень сложно мне сейчас об этом говорить, я знаю только одно: у нас есть неплохие молодые пловцы, но этого не достаточно, чтобы количество перешло в качество. Вот что опять-таки случилось с Аркадием Вятчанином? Прекрасно проплыл на чемпионате мира, установил рекорд Европы — и тут же на Олимпиаде не попадает даже в финал. Конечно, бывает: год назад спортсмены выстрелили — и тут, естественно, какой-то спад у них происходит, они ребята молодые...

— А почему вон Фелпс или Торп, как только первое “золото” на зубок в юношах попробуют, так и переходят с пьедестала на пьедестал?

— Очень многое зависит от настроя спортсмена на победу. Фелпс как ехал в Афины? Выиграю все, побью результат Марка Спитц! Он рвался на Олимпиаду выигрывать, а мы пока — участвовать. Вот девиз этот нам поменять надо. Вместе с психологией.

— Можно порадоваться за Юру Прилукова, который только что в Америке на чемпионате мира в короткой воде (бассейн — 25 метров) выиграл две золотые медали, но выступление американцев и австралийцев, их преимущество в классе произвели просто ошеломляющее впечатление.

— Сборная принимала участие в чемпионате не в полном составе: после Олимпиады не все сильнейшие смогли выехать, поэтому всего было 14 спортсменов. В целом можно считать чемпионат успешным, за все время выступлений в короткой воде у нас была всего одна золотая медаль, здесь — две. Хотя, конечно, наша команда способна на большее.

— По сравнению с Олимпиадой два “золота” — это уже счастье. И все же отрыв США и Австралии запредельный...

— И американцы, и австралийцы выступали практически сильнейшими составами, американцы плыли дома — выставили аж 50 с лишним человек. Но и те и другие, несомненно, сегодня лидеры в бассейнах.

— И они везде как дома. Как бороться?

— Это, знаете, вопрос из разряда “что делать после 7:1?”. Нужно ломать, вернее, строить систему подготовки. За последние два года улучшилось финансирование, но, к сожалению, существует проблема резерва, а она так быстро не решается. На сегодняшний момент у пловцов маленькая скамейка. И зачастую мы вынуждены, даже понимая, что спортсмен не выйдет на более высокий уровень, возить и выставлять его на соревнованиях. Нет хороших исполнителей. Все ждут от нас результатов, но когда не из кого делать, а к тому же некому делать… Десять лет никто не вспоминал о детских школах, которые и дают резерв. Финансирования не было, преподаватели разбежались. Это проблема государственная — не только плавания. Но с этого года мы усиливаем подготовку юношеской команды, увеличиваем количество международных стартов. Перспективные ребята должны год-полтора поплавать среди больших и войти в сборную с солидными результатами.

— Может, поедем поучиться? Ведь методики богатейшие у соперников накопились.

— Планируем на сборы отправить маленькие бригады в Америку: четыре-пять спортсменов, два тренера. Будем использовать Геннадия Турецкого: мы с ним уже договорились, что я отправляю к нему в Швейцарию спортсменов и каждый раз нового тренера, чтобы поменять психологию, философию и спортсмена, и тренера. Турецкого зазывают во все страны мира, а мы бездарно не используем его до сих пор! У него сейчас руки развязаны: Попов переехал в Москву...

— Александр Попов — уникальное явление мирового плавания. Как специалист, можете объяснить, что случилось в Афинах?

— Я бы воздержался от комментария.

— А вы — гостренер, вы не можете воздержаться.

— Нет, могу. Я Сашу знаю с тех пор, когда он в сборную еще не попадал, и помимо того, что я его люблю, еще и горжусь им. Если ни Попов, ни Турецкий сами не комментируют выступление в Афинах, то я просто права не имею догадки высказывать.

— Но он же член сборной.

— Да, двенадцать лет. И когда Попов выигрывал соревнования, это было для всех хорошо. И никто не спрашивал: а как это ты выиграл? Так зачем комментировать сегодня, сделал он ошибку или нет, — надо просто продолжать уважать. Я ему сказал: “Сань, неважно, как ты проплыл, к тебе мое отношение не изменится”.

— Я думаю, что Саша относится в России к числу любимых всеми спортсменов, так что все вопросы — только от сопереживания. Скажите: стресс от Олимпиады прошел?

— Стресс прошел, хотя я сейчас буду объясняться и 20 октября, и 22-го, и 28-го. Проблемы есть, болезни есть, их нужно лечить. Только не такими методами, как мы привыкли: команда проиграла — значит, надо кого-то выгонять, и тренера в первую очередь. Это нормальный ход — потому что от бессилия происходит. А вот представьте, что в семье кто-то заболел. Его же не выгоняют. Кто-то идет в аптеку за лекарством, кто-то лучший кусок отдает, создают покой, вся семья за него борется. Если у нас семья спортивная, а плавание — болеет, давайте не только ругать (хотя и это правильно), но и помогать. А рапортовать проще, конечно: “Вот у нас — медали, все хорошо!” Да ничего у нас не хорошо. Все виды практически болеют. На прошлой Олимпиаде средний возраст спортсменов был 24 года, теперь — 27. О чем это говорит? Нет резерва. Гимнастический тренер Аркаев — шесть орденов имеет, стольких чемпионов подготовил, а сейчас ничего не сделал: разучился, что ли? Это его вина или системы?

— Но тренер — всему голова. Голова и отвечает…

— После того как что-то случилось, у нас все специалисты, а до этого… пожинатели. Вон как футбол разбирают: надо было это, а не то! Да Бог с ними со всеми… Мне Ярцева просто жалко. Нужно прекратить такую практику: тренеров шпынять. Надо научиться спрашивать и со спортсменов.

— Ваша фамилия случайно не Ярцев?..

— Это он сказал только сейчас, а я говорю давно. В итоге люди, которые получают деньги, тоже должны отвечать за себя. А у нас получается так: игроки-то хорошие, но не проявляют себя, — значит, Ярцев плохой. И вратарь хороший — правда, 7 мячей пропустил, но это бывает…

— А как с них спросишь, если никто не может понять, что случилось?

— Поэтому и надо начинать спрашивать. И задать простой вопрос: “Слушай, паренек, а почему у тебя не получилось? Ты просил это и это, получил то и то, обещал результат, а ничего нет! Давай посмотрим, почему это?” А то сразу все великие, и никто не виноват!

— Так вы уже знаете, кто пойдет в аптеку, кто будет покой охранять, а кто свой кусок отдаст?

— Знаю самое главное: чего не надо делать. Это более важно.




Партнеры