У роскоши в плену

21 октября 2004 в 00:00, просмотров: 210

Нарушая устоявшуюся традицию выставлять старое искусство в Лаврушинском, а новое — на Крымском, Третьяковская галерея на этот раз решила перемешать века и среди произведений XX и уже XXI века разместила век XIX. Объясняется все масштабностью новой экспозиции, для которой в старой Третьяковке просто не нашлось подходящего зала.


Это похоже на шикарный антикварный салон где-нибудь во Франции. Причем салон высококачественный, где каждая вещь — музейного уровня. К тому же соответствующая атмосфера: пространство превращено в интимно-кулуарное благодаря свисающим с потолка бархатным складкам красного и бежевого цвета. Под бархатом расположилась русская роскошь.

500 произведений живописи, графики и декоративно-прикладного искусства объединила выставка “Пленники красоты. Русское академическое и салонное искусство 1830—1910-х годов”. Почти все произведения — не только из Третьяковки, но и привезенные из Русского, Исторического музеев, Декоративно-прикладного искусства, музеев Омска, Самары, Серпухова, Минска (всего их 11), — до сих пор находились в запасниках, и тому есть свои причины. Галантный век и его картины были на долгие годы забыты по вине... основателя галереи Павла Третьякова. И теперь его детище, можно сказать, восстанавливает справедливость.

Когда Третьяков собирал свою коллекцию, он ориентировался прежде всего на передвижников: Сурикова, Репина, Серова, Васнецова. Салонное искусство, украшавшее гостиные и будуары богатых домов, было демократу Третьякову чуждо. После революции и вовсе весь этот пласт искусства был забыт как мещанский и глубоко чуждый новой власти.

Античные герои и вполне реальные исторические деятели, одалиски, мавры, знойные итальянцы и дамы в русских кокошниках — на выставке очень хорошо прослеживаются тенденции художественной моды высокопоставленной богемы на протяжении целого века. Характерные названия картин: “Любовное свидание”, “Драма в гареме”, “Поцелуй”, “Карнавал в Венеции”. Кстати, картина Федора Моллера “Поцелуй” — лишь авторское повторение. Оригинал был куплен Николаем I для спальни супруги в Зимнем дворце. Главные среди салонных профессионалов — Маковский и Семирадский. Маковский — просто чудный, особенно его портрет графини Строгановой. За деньги, значит, тоже часто рисовали от души. Потрясающе выписанные исторические и мифологические сцены, с подробностями, которые можно рассматривать очень долго.

Где еще, например, увидишь сцену, в которой Иван Грозный демонстрирует украшения английскому послу? Или многофигурную картину Семирадского “Светочи христианства (факелы Нерона)”? Это авторское повторение одноименной картины 1876 г. было куплено российским частным коллекционером на аукционе в Лондоне в этом году и предоставлено в экспозицию. Но главный “Семирадский” — это, конечно, огромное полотно “Фрина на празднике Посейдона в Элевзине” (1889). Картина впервые покинула, между прочим, Русский музей ради этой выставки.

— Легкомысленное отношение к салонной живописи, к сожалению, было не только у нас, — рассказала нам куратор выставки Татьяна Карпова. — Забытость была и на Западе, и там подобные экспозиции прошли 15—20 лет тому назад. Теперь и мы решили: “Пора эту прелесть показать”. Эта роскошь не только украшала, но и кое-чему учила последующих художников. Яркий пример — картина Павла Сведомского “Медуза” 1882 г. Присмотритесь — и увидите в ней формулу модерна.

Остается добавить, что выставка “Пленники красоты” проиллюстрирована костюмами, посудой, редчайшими рекламными плакатами того времени и уникальными подлинными фотографиями царской семьи из фондов Исторического музея.




Партнеры