Знакомая Фамилия

2 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 156

Намеки на то, что человек со знаковой фамилией Иванов может стать следующим после Путина президентом России, стали появляться еще осенью 2000 г. В политической тусовке впервые заговорили о том, что прорабатывается некий план под названием “Андропов-2” или “Преемник”, которым должен стать Сергей Иванов.

Потом слухи утихли, Путин пошел на второй срок, но кандидатура Иванова осталась в списках потенциальных преемников.


Верный признак того, что некоего государственного деятеля у нас решают готовить к скачку наверх, состоит в том, что его начинают по-особому “освещать”. К нему прикрепляют пиарщиков, которым поручается за соответствующую плату “раскрутить” темную лошадку до белоснежного фаворита. И по интенсивности и качеству такой “раскрутки” всегда в общем-то видно, кого куда прочат.

Например, хорошо было видно, как раскручивали Бориса Грызлова, когда он занимал пост министра внутренних дел. Как только место Грызлова занял Рашид Нургалиев, публичные выступления министра внутренних дел немедленно прекратились. Нургалиеву не надо “светиться”, он не кандидат в преемники, соответственно, он и в телевизор не лезет. А Грызлов — кандидат, он был обязан “светиться”, даже если ему подобрали для “свечения” такую невыгодную позицию.

Иванову с ведомствами повезло чуть больше.

В поле зрения широкой публики он появился осенью 1999 г. в роли секретаря Совета безопасности — замечательной структуры, которая ни за что не отвечает, а только вырабатывает рекомендации. Место для раскрутки неплохое, но пиаром Иванова тогда всерьез не занимались. В результате народные массы его толком и не запомнили. Внешность неяркая, артистичности — ноль, на телеэкране появлялся редко. В основном мы его видели в образе лишенной индивидуальности “говорящей головы”, которая наседает на “гнезда терроризма” и “подлые удары в спину”.

Лишь в 2001 г., когда Сергей Иванов был назначен министром обороны, вокруг него стало формироваться информационное облако, отдаленно напоминающее плоды усилий пиарщиков. Министр на учениях — в летней офицерской форме и в зимней, в летной и военно-морской. Министр летит на Дальний Восток в стратегическом бомбардировщике. Министр смотрит в бинокль, стоя на корме ракетного крейсера. Министр наблюдает за пуском стратегической ракеты, министр награждает спортсменов ЦСКА, министр просит президента переименовать Волгоград в Сталинград и вернуть пятиконечную звезду на красное знамя…

Пиар Иванову делали специфический, очень примитивный, напоминающий кондовую советскую пропаганду, от которой хочется зевать. Тем не менее он стал регулярно появляться на телеэкране, причем его никогда не показывали в невыгодном свете. Скучно — показывали, но иронично или с упреком — никогда.

Хотя, конечно, у него были проколы, и далеко не все складывалось идеально в подчиненном ему ведомстве. Помимо одиночных подрывов техники и рухнувших вертолетов случилось множество масштабных аварий и катастроф: сгорела орбитальная станция, над Ханкалой был сбит вертолет “Ми-26”, погибли 119 человек, в Саратовской области разбился стратегический бомбардировщик, в Баренцевом море утонула атомная подлодка. Однако ни президент, ни депутаты никогда не позволяли себе критиковать министра обороны, не говоря уж о том, чтоб как-то его наказывать. В глазах общественности он, как жена Цезаря, всегда оказывался вне подозрений, и, если возникал хоть малейший повод для неприятных вопросов к министру, его тут же старательно заминали.

Так, например, замяли историю с признаниями наших разведчиков, осужденных в Катаре за убийство Яндарбиева, показавших в ходе следствия, что выполняли задание министра обороны. Конечно, разведчики могли сказать и неправду, но дело в том, что, скажем, в британской прессе такой слух получил бы немедленное развитие. Журналисты затеребили бы министра обороны этими разведчиками. А у нас — тишина, слух умер, не успев родиться.

Потому что не надо бросать тень.

* * *

Считается, что Иванов был предложен в преемники самим Путиным, с которым они давние друзья. Еще в самом начале своего президентства Путин, перечисляя людей, которым он полностью доверяет, назвал Сергея Иванова — очевидно, это обстоятельство и определило выбор.

Путин и Иванов на самом деле очень похожи друг на друга. Тем не менее небольшая разница есть. Путин на несколько месяцев старше Иванова, но женился позже, две его дочери младше двух сыновей Иванова, экономистов по специальности, уже окончивших вузы. Путин свободно владеет немецким, Иванов — английским. Путин окончил юридический факультет ЛГУ, Иванов — филологический, переводческое отделение. Обоим предложили на последних курсах работать в разведке, оба с радостью согласились.

Однако познакомились они позже, когда уже служили младшими офицерами КГБ в первом отделе Ленинградского управления — как говорит сам Иванов, “в одном очень маленьком подразделении одной очень большой организации”. Правда, Иванов там не задержался, проработал около двух лет и переехал в Москву, перешел в ПГУ (Первое главное управление КГБ, на базе которого потом была создана СВР), снова учился, после чего начались длительные заграничные командировки. В 91-м году, когда ведомства разделились, он остался в Службе внешней разведки.

Карьера профессионального разведчика у Иванова складывалась удачнее, чем карьера Путина. Он был на хорошем счету, практически постоянно находился в длительных командировках, причем не в братской ГДР, а в “хороших” странах. Судя по упоминаниям в прессе, он работал в Финляндии и Кении, а во время учебы в университете проходил языковую стажировку в Великобритании, жил несколько месяцев в семье англичан. Недавно британские журналисты обнаружили, что в конце 80-х некий Сергей Иванов был выдворен из Великобритании за шпионаж, и пытались раздуть скандал, однако министр обороны уверенно отверг обвинения, так что, по всей видимости, выдворен был все-таки не он, а его однофамилец.

Сергей Иванов дослужился до заместителя начальника управления СВР, однако вряд ли достиг бы руководящих высот, если бы в 98-м году Путин не был назначен директором ФСБ и не забрал Иванова из СВР к себе заместителем — руководителем Департамента анализа, прогноза и стратегического планирования.

Судьба разведчика, бросавшая Иванова по разным странам, лишила его возможности приобрести бесценный жизненный опыт, который дает работа в администрации Санкт-Петербурга в период приватизации. Он не увидел воочию, как абсолютно все продается и покупается.

Умом-то мы все понимаем, что да, так оно и есть. Но чтоб не только понимать, а знать досконально, как и что делается, надо все-таки самому повариться в этом пахучем вареве. Иначе твое теоретическое знание окажется не в состоянии контролировать практические занятия твоих подчиненных.

В этом смысле Иванов, вероятно, слабее Путина, однако в остальном они идут ноздря в ноздрю, и если преемником окажется Иванов, мы, вероятно, даже не заметим, что президентом стал другой человек, потому что сходства между ними все же гораздо больше, чем различий.

* * *

И Путин, и Иванов являются типичными представителями команды людей, пришедших в последние годы во власть, а у всех членов этой команды есть общие черты, обусловленные прежде всего “комитетским” прошлым.

Например, сами они очень ценят и любят западный образ жизни, его ухоженность и упорядоченность, комфорт и достоинство, но совершенно не понимают, как организовать такую жизнь в России. Более того, они считают, что для российского населения такой образ жизни и не подходит. Западная демократия — не про нас, поскольку народ у нас неразвитый, ленивый и пьющий. Нам подходит модернизированный “совок”: президент — отец всех народов, сам все решает, а руководящая и направляющая роль партии проводит в жизнь его решения.

Другая общая черта: они умеют производить приятное впечатление при личном общении — обаятельные интеллектуалы, современные, образованные, толерантные к чужим взглядам. Но стоит кому-то посягнуть на то, что они считают своей “зоной”, в них мгновенно берут верх первобытные инстинкты, и они с неумолимой жестокостью преследуют, мстят и наказывают обидчиков, как сорвавшиеся с цепи волкодавы.

И еще общее: они любят “прямые” решения проблем. Нас не слушаются регионы? Вставим в них вертикаль. Нас плохо показывает телеканал? Развеем его по ветру.

Любые препятствия они преодолевают тремя способами: купить, обменять, сломать. При всем своем интеллектуальном могуществе они не могут родить изысканной, многоплановой, красивой комбинации без затрат и разрушений, в которой шаги противника будут просчитаны на много ходов вперед.

Эти и некоторые другие общие черты правящей команды являются национальными особенностями президентов и их преемников в России на современном этапе. Поэтому, если не пройдет план “Андропов-два”, пройдут “Андроповы-три, четыре или пять”, которые будут отличаться друг от друга только количеством детей и их полом. Так что сейчас имеет смысл воспринимать Сергея Иванова не как конкретного преемника, а как одно из возможных воплощений этого светлого образа. Кем бы ни был следующий президент, он будет примерно вот таким, как Иванов. Других вариантов нет.



Партнеры