Павел Грудинин: Хотели оказаться в Европе, а попали на СССР

3 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 183

Последние инициативы президента по “вертикализации вертикали” внесли сумятицу в умы и сердца. В эти дни в российских регионах разворачивается реформа местного самоуправления.

Та самая, про которую говорили, что она даст максимум самостоятельности низовым территориальным образованиям, разовьет политическую инициативу пассивного населения и позволит ему контролировать избираемых местных чиновников — начиная с председателя сельсовета, которые сейчас, как известно, назначаются сверху.

Что все-таки для России лучше: избирать начальников или назначать? Назначать или?.. Какая идеология перевесит? И может ли очередная демократизация всей страны оборваться, по сути, еще не начавшись?

О том, какие реальные очертания приобретает реформа в Подмосковье, рассказывает директор пригородного совхоза, один из самых “непослушных” депутатов областной Думы Павел ГРУДИНИН.

Страна вечнозеленых помидоров

— Границы вновь образуемых муниципальных образований на территории области должны быть утверждены до 1 января 2005 года. На последнем заседании МОД приняты 4 закона о границах Подольска, Коломны, Протвина и Егорьевска. Всего через такие “пограничные законы” Дума должна провести 72 муниципальных образования. Однако на сегодняшний день в нее внесено всего лишь 16 законопроектов. Подготовлено еще 11. Итого — 27. До нового года остается 2 месяца, таким образом, начало реформы с треском проваливается: даже если думцы будут заседать каждый день, штампуя по 6 законов, ничего не получится — это физически невозможно.

— Пограничный вопрос — сложный, тут и до конфликтов недалеко.

— Уже звучат голоса пролонгировать этап территориального разделения МУНов до 1 марта, потому что цейтнот налицо. Год назад по предложению губернатора облдума приняла закон, по которому разрабатывать предложения по формированию МУНов и вносить законопроекты по этой тематике в МОД может только правительство области.

Мы сознавали, что тем самым до предела сужаем законодательную инициативу депутатов, местных советов, да и самих муниципалитетов, но ради того, чтобы эта работа была проведена организованно, пошли на такой шаг.

Сейчас областное министерство по делам территориальных образований — штаб, в котором перекраивают карту Московской области. Все вопросы административного переустройства и передела границ проходят через его кабинеты. При этом к проблемам межевания нет единых подходов и принципов: они решаются в индивидуальном порядке.

— Чем объяснить, что целые районы в их теперешних, ныне действующих границах становятся городскими округами? Например, Домодедовский район — весь! — готовится стать “городским округом Домодедово”.

— Федеральный закон “О реформе местного самоуправления” написан настолько невнятно, что допускает самые фантастические трактовки. В нем сказано, что территориальные образования могут быть двух видов: городской округ и муниципальный район, в состав которого могут входить как городские, так и сельские поселения.

Если с первыми все более-менее ясно и такие города, как Электросталь, Королев, Дубна, Дзержинский, автоматически могут стать округами, так как существуют в устоявшихся годами границах, то с понятием “городское поселение” — сплошная неразбериха.

Идеологи муниципальной реформы записали в законе, что городским поселением можно считать город с окрестными селами, поселок с близлежащими деревнями. На этой почве началось местное творчество. Почему бы не присоединить к райцентру скопом все деревни района? Закон этого не запрещает. В конечном итоге судьбу тех или иных МУНов решает не здравый смысл, а выгода в сиюминутном ее понимании.

Скажем, у нас в Видном еще при прежнем главе создали проект, по которому в состав Ленинского муниципального района включено 12 городских и сельских поселений. Район поделили так, что земли нашего хозяйства оказались в черте двух городских поселений и одного сельского. 200 га сельхозугодий отнесли к территории города Видное, часть земель — к новому городскому поселению Развилка. Еще один большой клин причислили к сельскому поселению Совхоз им. Ленина.

— Какие последствия повлечет за собой включение земель сельхозназначения в состав городских поселений?

—На мой взгляд, для крестьянства — самые плачевные. Земля в черте города облагается повышенной ставкой налога. При низком уровне рентабельности сельхозпроизводства — а эта причина объективная и от крестьян не зависящая — выращивать что-либо на такой дорогой земле — значит работать себе в убыток. Рано или поздно от нее заставят избавиться.

Где-нибудь в соседней Калужской губернии, где земельные участки не так привлекательны, никому не придет в голову переводить скопом селян вместе с наделами в городские жители. Иной расклад в Подмосковье. Спросите любого главу: “Зачем тебе столько земли?” Ответит: “А для развития”. Какого — понятно. Землю можно продать. Вот тут-то и открывается заветный простор для строительных и инвестиционных компаний. Коттеджам и многоэтажной застройке — зеленую улицу!

Кстати, многомиллионный отряд садоводов и дачников, чьи фазенды оказались в городских поселениях, тоже можно поздравить. Их в любой момент могут попросить очистить территорию. Строительный бум — что бульдозер.

Должен сказать, что на стадии разработки закона о местном самоуправлении Мособлдума высказывалась резко против него, внесла кучу поправок и в целом дала законопроекту отрицательную оценку. Теперь, после инициатив президента по “вертикализации вертикали”, какой смысл демократизировать муниципалитеты? Здесь идеология совершенно другая.

Это как вечнозеленые помидоры — одна реформа, не доведенная до конца, наслаивается на другую.

— С негативом мы вроде разобрались. Но и позитивная сторона у реформы тоже, наверное, есть? В местных бюджетах будет больше денег — в зависимости от их экономического благополучия, разумеется.

— В самодостаточных муниципалитетах — конечно. К примеру, сельское поселение Совхоз им. Ленина имеет шанс стать богатой деревней. На его территории работает не бедный совхоз, два крупных торговых центра, завод по производству газового оборудования.

По новому закону налог на имущество, земельный, подоходный и ряд других будут зачисляться в его бюджет. И, будьте спокойны, эти денежки администрация поселения постарается никому не отдать.

Другой коленкор — деревни с развалившимися колхозами, городки с остановленными предприятиями. Эти обречены ходить к вышестоящему начальству с протянутой рукой. Для помощи “отстающим” предписано создавать некие стабилизационные фонды, но будет ли в них звенеть монета и захотят ли фонды бескорыстно делиться — еще неизвестно. По прикидкам, из 400 МУНов, которые появятся в области в результате реформы больше половины окажутся нищими.

Слесарю — слесарево

В 2006 году, когда отреформированное местное самоуправление станет работать, начнется новая жизнь. Предстоящий 2005 год — переходный. В наследство от нынешнего он получает беспрецедентную акцию по отъему у населения льгот, переход к 100-процентной оплате услуг ЖКХ и туманные обещания повысить МРОТ до 900 рублей, на что у страны, лопающейся от нефтедолларов, оказывается, нет денег.

На монетизацию льгот необходимо найти 100 миллиардов, Кудрин с грехом пополам нашел 30. Московская область как “субъект-донор” ни на компенсации льготникам, ни на зарплату денег не получила. Напротив, деньги взяли у области.

— Как этот процесс отразился на ее бюджете?

— Областной минфин поступил с муниципальными образованиями точно так же, как его старший федеральный собрат. А именно: отобрал у них все доходы. Бюджеты МУНов на следующий год сверстаны с дефицитом в 9,1 процента (дефицит областного бюджета составит 7,2%)

Из городов и районов в область забрали все выгодные налоги (на прибыль, имущество и т.д.) Оставили — можно смеяться! — налог на игорный бизнес и акцизы на водку. Кто не прибрал к рукам парочку казино или склад алкогольной продукции — тот дурак.

Кроме того, с этого года по Закону о разграничении полномочий между федеральными и местными органами власти из муниципальных бюджетов забрали средства на оплату труда учителей, содержание общеобразовательных и профессиональных учебных заведений, учреждений соцзащиты, оплату дотаций малообеспеченным и т.п.

В результате передела теперь доходы между областью и муниципалитетами разделились в пропорции 70% к 30. Раньше было 50 на 50. Вместе с тем “план” по дополнительным доходам муниципальных образований увеличили ровно в три раза. Как и на чем зарабатывать? Видимо, нужно побольше открывать в деревнях игорных домов, превращая Подмосковье в Лас-Вегас.

С другой стороны, я понимаю подмосковного министра финансов — он реализует позицию федерального центра. Московская область — на одном из первых мест по экономическому развитию в России, с нее можно “состричь”.

Между тем при внешнем благополучии областного бюджета на будущий год он составляет 102 миллиарда рублей — не все так гладко, как кажется. На протяжении нескольких лет область брала кредиты и в новом году на обслуживание долга потратит 4,5% бюджета — столько же, сколько выделено на содержание всей подмосковной милиции.

В 1998 году, когда бюджет области был составлен в такой же пропорции, речь шла о дефолте.

— Забрали наверх “социалку” — меньше головной боли у руководителей городов и районов.

— Если от этого кому-нибудь лучше, то только “вертикали”. Любому директору интерната или детского дома проще и ближе решить вопросы с главой района, чем мотаться из-за каждого гвоздя в Москву в министерство. А льготники? Из областного комитета соцзащиты помощи придется ждать долго.

Единственная забота, которую полностью передоверили городам и районам, — коммуналка. Но и здесь тоже подвох.

Три недели назад решено было задним числом ввести в действие тарифы на электроэнергию для муниципальных образований (по ним рассчитываются школы, больницы), утвержденные в декабре прошлого года и замороженные до поры: 80 копеек вместо 51, которые муниципалитеты платили в течение истекших 10 месяцев. После перерасчета в МУН образовались астрономические долги.

Правда, их погашение разрешили растянуть на 7 лет. Многие не расплатятся. В счет погашения долга, видимо, пойдет имущество ЖКХ. Кому? Областной энергетической компании, которую предполагают создать.

А теперь подобьем бабки. В какой системе мы будем жить через несколько лет? Итак, губернатор, назначенный президентом. Под ним — самостийное море внешне демократизированных муниципальных образований, которые на самом деле полностью подконтрольны госвласти экономически, потому что в подавляющем большинстве зависимы от дотаций, ею распределяемых.

В перспективе — появление крупных региональных монополистов — дяденек, которые крутят газовый вентиль и включают электрорубильник на правах собственников объектов жизнеобеспечения ЖКХ.

Дяденьки, как мы знаем, умеют профессионально поднимать тарифы и больше, кажется, ничего не хотят. Какая роль в этих условиях у глав местного самоуправления, избранных населением? Да и зачем они нужны — выборные? Их тоже целесообразнее назначить. Чтобы система приобрела стройность. Остается дореализовать принцип однопартийности, вернуть госплан — и полная централизация местной жизни проведена.

Тогда пускай этот госплан спустит мне, директору совхоза, задание — чего и сколько произвести, чтобы накормить народ, а потом заберет у меня продукцию, обеспечит горючим, зарплатой и техникой. Я согласен. Никаких заморочек. Назад, в СССР!

Бензин — как в Америке, зарплата — как в Гондурасе

— Цыплят по осени считают. Нынешней осенью в Подмосковье получили хороший урожай картошки и овощей — в некоторых районах прямо-таки рекордный. Это как-нибудь повлияло на настроения сельского населения?

— В этом году в нашем хозяйстве с одного га сняли 400 центнеров картошки. Это очень много. Но только мы вынуждены ее продавать дешевле, чем в позапрошлом году. Вот такие у нас “достижения”. В 2002 году мы отдавали килограмм клубней за пять рублей, этой осенью — за четыре. А на прилавках картошку дешевле семи рублей покупатель не видит. Крупные сетевые магазины, с которыми мы сотрудничаем, говорят: не хотите сдавать по четыре рэ — и не надо. Мы в тот же день завезем картошку из Польши.

Такая же ситуация по молоку, которое у нас забирают молочные комбинаты по 6 с половиной рублей за литр (это тоже уровень цен 2002 года). Интересная ситуация! Все вокруг дорожает — бензин дорос до Америки: полдоллара за литр, а сельхозпродукция дешевеет.

Впервые в нашем хозяйстве рентабельность производства цельного молока опустилась до уровня 5% — а некогда было 30%. Ниже падать некуда. И это типичный сценарий для всей аграрной России. Попытки достучаться до президента, правительства — сельское хозяйство нуждается в покровительстве государства, потому что на селе тоже нужны рабочие места и достойная человека зарплата, — бесперспективны. Это старая песня, которую никто никогда не услышит.




Партнеры