Певцов стал альфонсом

10 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 549

Сегодня в “Ленкоме” состоится громкая и долгожданная премьера “Последней жертвы” Александра Островского. В версии Марка Захарова спектакль называется “Ва-Банк”. Если в прошлом сезоне мэтр предпочел уступить место молодому эстонскому режиссеру и его спектаклю “Все оплачено”, то в этом — мобилизовав все художественные ресурсы и суперсилы, поставил их на карту русской классики. Для постановки ленкомовцам грабить банк не понадобилось: значительную долю спонсорских расходов добровольно взяло на себя правительство Москвы.

“МК” стали известны некоторые эксклюзивные подробности действа.

“Последняя жертва” “Ленкома” — третья в очереди, после постановки в стиле ар нуво МХТ и классической — в Малом театре. Сюжет пьесы Александра Островского: молодая вдова, натерпевшись от жениха-мота, продается старику-нуворишу на обоюдовыгодной основе, прямо по Марксу: “товар—деньги—товар”. Впрочем, любовь и деньги — вечные темы, куда от них скроешься?

Что же отличает эту постановку, замыкающую тройку лидеров?

Во-первых — сильнейшее актерское трио: Александр Збруев — Александра Захарова — Дмитрий Певцов, разыгрывающее любовный треугольник в составе Фрола Федулыча Прибыткова (очень богатый купец) — Юлии Тугиной (молодая вдова) — Вадима Дульчина (молодой повеса и альфонс).

У суперпрофессиональной команды было достаточно времени отшлифовать каждую деталь постановки до блеска, потому как создание, монтаж и установка сложнейшей декорации спектакля длилась около года. Она-то и затормозила обещанную премьеру в конце сезона.

Грандиозная декорация Олега Шейнциса не похожа ни на одну созданную им ранее сценографическую фантасмагорию. На этот раз режиссер-сценограф разместил на сцене всего десяток карет, но визуально они кажутся бесчисленными, грозно доминируя над залом. Незапряженные “воронки” с красными колесами заменяют комнаты, сквозь них проходят актеры, двери открываются и закрываются, знаменуя эпоху безвременья. Вообще время действия не привязано ни к одной конкретной эпохе. Хотя в великолепных, вычурно-роскошных и безукоризненно-солидных актерских костюмах от Марии Даниловой явно проглядывает склонность к стилистике барокко. Что, в свою очередь, находит отражение в эмоциональной гамме типажей.

Интересно, что Дульчин — герой радужных женских грез — появляется пред суженой соответствующим образом: выходит из зеркала, наглядно иллюстрируя популярный кинороманс: любовь и бедность навсегда его поймали в сети. Героиня Захаровой также в конце освобождается из зазеркального омута. Зато уж купчина в исполнении Збруева отнюдь не смотрится тем похотливым полуграмотным старцем, каким замыслил его автор. Скорее элегантный новый русский — корректный, умный, расчетливый. И, конечно, чертовски обаятельный — с таким отнюдь не зазорно хоть бы и под венец. Так в конце концов и поступает героиня Захаровой, лишний раз доказывая некоторые банальные истины о свойствах женской натуры. Впрочем, на фоне импозантного Фрола Федулыча ее жертва не выглядит такой уж напрасной, и попытка пойти ва-банк — не провал, а лишь урок, пошедший впрок.




Партнеры