Двоевластие в Сухуми

15 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 183

Абхазия стоит в шаге от гражданской войны. После того как 12 ноября сторонники кандидата в президенты Сергея Багапша штурмом заняли комплекс правительственных зданий в центре Сухуми, в республике образовалось два центра власти. Один — вокруг действующего президента Ардзинбы и его ставленника Рауля Хаджимбы. Второй — это Сергей Багапш и его люди, которых поддерживают движения “Единая Абхазия”, “Айтайра” и “Амцахара”. И те, и другие уже в открытую готовятся к возможному силовому сценарию дальнейших событий.


В Абхазии начинается самое ответственное и трудное время года: сезон “оранжевой лихорадки”, время сбора урожая мандаринов. Владельцы садов спешат поскорее сбыть свои цитрусы, фейхоа и хурму: для многих здесь это единственный источник дохода, и на деньги, полученные от продажи урожая, абхазским семьям предстоит жить целый год. Но многим в Сухуми сейчас не до мандаринов. На освещенных солнцем улицах приморского города впервые после окончания войны появились вооруженные люди в камуфляже. Вокруг комплекса правительственных зданий стоят с автоматами и гранатометами в руках сторонники Сергея Багапша, ветераны грузино-абхазской войны. “Багапшисты” контролируют и абхазское телевидение: во дворе здания телецентра находятся около трех десятков автоматчиков. Они называют себя добровольцами и от разговоров с прессой уклоняются. Говорят, что охраняют телецентр. Абхазское телевидение транслирует выступление Багапша.

— Власть дала команду стрелять на поражение в безоружных людей, — утверждает Багапш. — Стреляли те люди, которые охраняли президентскую резиденцию. Кто-то стрелял вверх, кто-то по углам, а кто-то на поражение. Ответственность за смерть Тамары Шакрыл несут те, кто отдал приказ стрелять.

Доктор наук Тамара Шакрыл была ранена во время штурма правительственного комплекса в пятницу, скончалась она в больнице. Ей было 78 лет. Ответственность за ее кровь оппоненты Багапша возлагают на него. Шакрыл стояла в оцеплении здания, организованном сторонниками Хаджимбы, и сдерживала напор рвавшихся внутрь оппозиционеров. Женщина стояла непосредственно у входных дверей в рабочую резиденцию Ардзинбы, снаружи здания. А внутри, в вестибюле, находилась вооруженная охрана. Когда толпа пошла на штурм, охранники открыли предупредительный огонь. На стенах и потолке вестибюля хорошо видны выбоины от пуль: те, что поменьше, — от автоматов (калибр 5,45 и 7,62), большие — от пулемета. То есть из автоматов и пулеметов охранники стреляли в потолок и стены. Стреляли и по двери, возможно, по ногам штурмующих.

Кроме того, было ранено трое мужчин, штурмовавших здание. Джопуа был ранен в руку, Джелия — в плечо, Арсалия — в руку и ногу. По информации, полученной в штабе оппозиции, огонь был открыт бойцами спецназа — так называемой государственной службы охраны. Это новая структура, которую начали создавать месяц назад под руководством начальника генштаба абхазской армии Владимира Аршба (на выборах он шел на пост вице-президента в паре с Сергеем Шамба). Туда берут людей разных возрастов. У кого-то из них есть опыт войны и специальных операций, у кого-то нет. Утверждают, что им платят по 5 тысяч рублей в месяц. Говорят, именно этот новый спецназ будет задействован в введении чрезвычайного положения, о возможности которого сказал премьер-министр Хашба.

— Говорят, что мы “прогрузинские”, — говорит мне соратник Багапша Руслан, ветеран грузино-абхазской войны. — Во время войны грузины убили моего отца: отрезали ему ухо, отрубили руку, а потом расстреляли, и он умер с криком: “Да здравствуют идеи Владислава Ардзинбы!”. Моего брата грузины захватили в плен, пытали. Я договорился о том, чтобы его обменять, но перед обменом его расстреляли и отдали мертвого. Как я могу быть “прогрузинским”?!

Больше всего Руслана возмущает то, что Россия однозначно поддерживает Хаджимбу. По их информации, вчера с линии грузино-абхазского противостояния в Сухуми были переброшены пять единиц бронетехники.

— С такой Россией мы быть не хотим! — говорит он.

Внутри правительственного комплекса нет никого, кроме охраны. Все кабинеты опечатаны, войти в них нельзя. Особых разрушений в коридорах не заметно. Багапш утверждает, что его сторонники готовятся передать здания под охрану МВД. Сам он по-прежнему находится в своем штабе, а не в президентской резиденции.

— Мы неоднократно предупреждали, что произойдет то, что произошло в пятницу у дома правительства, — сказал мне Багапш. — Это произошло потому, что власть отдалилась от народа, мнение народа перестали спрашивать. В течение нескольких недель парламент был заблокирован сторонниками Хаджимбы, на работу не пускали спикера и депутатов. До этого “хаджимбисты” просто пришли к спикеру в кабинет, вывели его на улицу и сказали: больше не приходи. Вице-президент, второе лицо в государстве, не мог попасть в свой кабинет долгое время...

Сейчас говорят, что “багапшисты” намеревались не захватить правительственный комплекс, а “разблокировать” его. События, по их версии, развивались так: люди на митинге потребовали, чтобы к ним пришел премьер-министр. Однако Нодар Хашба на митинг не пришел. Тогда народ сказал: “Не идет к нам — пойдем к нему”. После чего толпа направилась к правительственному комплексу, а затем ворвалась внутрь. В соответствии с традициями абхазов, руководители должны выходить к недовольным, отвечать на их вопросы. Но не дает покоя одна мысль: как-то все это очень напоминает события во время грузинской “розовой революции”. Там тоже народ с подачи Саакашвили требовал, чтобы к нему вышел Шеварднадзе, и тоже раздался клич: “Не идет к нам — пойдем к нему!”, после чего народ повели к парламенту. Может быть, технологии для абхазских революционеров разрабатывали те же люди, что и для грузинских?..

Во время митинга Багапш два раза встречался с Хаджимбой один на один. По его словам, он предлагал ему работать вместе и любые должности, начиная с премьер-министра. Однако Хаджимба неизменно отвечал, что ему “надо посоветоваться”. Теперь, после того, что произошло, компромисс вряд ли возможен. В Абхазии сложилась классическая ситуация двоевластия. В субботу спикер парламента и вице-президент работали в своих кабинетах внутри правительственного комплекса, а премьер-министр Нодар Хашба — на госдаче в дендропарке. Вечером я видела, как кавалькада иномарок, среди которых были машины премьера и Хаджимбы, влетела на территорию военного санатория МВО. Премьер и кандидат в президенты от власти проводят ночи под охраной российских военных.

“Бархатной” смены власти в Абхазии уже не получилось. “Мандариновая революция” окрасилась кровью. Что будет дальше — предсказать трудно.




    Партнеры