Зверьсовет с хвостом

18 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 174

Недаром Центр современного искусства, расположенный в глубине Милютинского парка на Новорязанской улице, называется Зверевским. Придя на выставку “Колесо времени”, где представлены скульптуры известного поэта, музыканта, художника и драматурга Алексея Хвостенко, первое, что мы увидели, — весело виляющих хвостиками четверых щенков неизвестной породы. Добрые галеристы, приютившие бездомных зверенышей, даже было решили устроить аукцион под названием: “А вот кому хвостик от Хвоста”.


Хвост — псевдоним сценический, но так Алексея Хвостенко зовут все: многочисленные друзья, подруги, дети и даже внуки. У легендарного человека, вице-президента Союза русских художников во Франции и инициатора не менее легендарного “Русского клуба” никогда не прерывалась связь с родиной, несмотря на то что “дедушка русского рок-н-ролла”, как называют его поклонники, и яркий представитель питерского андеграунда 60—70-х годов почти 30 лет прожил в Париже. Наоборот, эта связь стала со временем еще крепче, особенно после того, как была восстановлена справедливость по части авторства знаменитой песни “Под небом голубым есть город золотой”, которую поет Борис Гребенщиков, и после возвращения Алексею Хвостенко российского гражданства в январе этого года (указ подписывал сам Путин). Причем ратовали за Хвоста абсолютно разные люди — от тогдашнего министра культуры Швыдкого до музыкантов из группы “АукцЫон”. Итогом всего этого стала выставка, на которую Хвост привез наконец свои скульптурные инсталляции, о которых многие говорили, но видели лишь те, кто бывал у художника в парижской мастерской. Детали для скульптурных объектов Хвост собирал на парижских свалках.

— Так кто вы, Алексей, на самом деле?

— Наверное, все-таки художник. Потому что на жизнь зарабатываю вот этим — скульптурой, графикой. Но, если говорить в более широком смысле, изначально я поэт.

— Стихи свои со сцены читаете?

— Выступал тут недавно у Толи Васильева, в его театре на Сретенке. И еще в клубе “Главпрыг” — там такие экстремисты заседают, которые с парашютами прыгают с разных мест.

— Вы для них тоже своего рода экстрим?

— Может быть. (Смеется.)

— А скульптуры давно делаете?

— Больше 20 лет. Я это свое направление назвал “геореализм”.

— Почему “гео”?

— Ну, во-первых, от земли, от первобытного хаоса. И от геометрии — абсолютного порядка и гармонии.

Скульптуры Хвоста собраны из на первый взгляд случайных вещей, найденных им действительно на богатых парижских помойках. Какие-то антикварные шарниры, колесики и доисторические бронзовые дверцы с надписью “Communale Parisienne” соединяют отполированные временем и рукой художника деревянные ручки и мебельные ножки в некие часовые механизмы, которые при ближайшем рассмотрении можно принять и за фантастические музыкальные инструменты. На выставке представлено более трех десятков работ, в том числе скульптуры и коллажи, посвященные знакам зодиака:

— Мне было интересно пластически изобразить то, что влияет на нас астрально, — философски заметил Хвост.

— Интересно, а парижские помойки сильно отличаются от наших?

— Не знаю — я ведь здесь скульптурой не занимался. Мне нравится замечательная фраза одного умного человека: “Историю человечества мы изучаем по искусству и помойкам”. Так что я решил облегчить обучение потомкам. (Смеется.)

Как сказал нам художник-поэт-драматург Хвост, с обретением российского гражданства он всерьез задумался о том, чтобы подыскать здесь себе мастерскую. “Вот тогда и с московскими помойками познакомлюсь. Может быть”.




    Партнеры