Шашлык и сало

Украинский вариант с кавказским акцентом

10 декабря 2004 в 00:00, просмотров: 1045

События на Украине дали Кремлю уникальный шанс — заглянуть в будущее. В точности то же самое может повториться и в России, если президент не сделает выводов из этой антиутопии.

Слабая власть, продажные чиновники, пропагандистское вранье. Замени “мову” на русский язык, и разницы никакой. Хоть и назвал Кучма свою книжку “Украина — не Россия”, Россия тоже вполне может стать Украиной.

И если этот камнепад пойдет, начнется он именно с Кавказа, потому что слабее и коррумпированней, чем кавказская власть, в стране нет.

Недавние события в Карачаево-Черкесии памятны всем. Дважды толпа безоружных людей — стариков и женщин — захватывала дом правительства. И дважды президент Батдыев позорно сбегал, а потом, точно провинившийся школяр, был выведен к народу (его же собственным избирателям) за ручку полпредом Козаком. (“Только вы уж его не бейте”.)

Батдыев слезно обещал тогда: если подтвердится, что он был причастен к убийствам, совершенным его зятем, он подаст в отставку. Не подал. И не подаст никогда, хотя следствие точно уже установило, что МВД КЧР скрывало преступления. Еще когда до начала всех волнений раненых нукеров Каитова — президентского зятя — привезли в больницу, начальник республиканского УБОП приказал вычеркнуть из сводки происшествий факты огнестрельных ранений. Тех, кто пробовал возражать, отстранили от работы и отобрали оружие.

Если бы не захват “белого дома”, не репортажи и митинги, дело об убийстве семерых человек так и осталось бы “висяком” (за расследование взялись только после первого “штурма”), а президентский зять Каитов по-прежнему чувствовал себя хозяином региона. Может, и еще кого-нибудь пристрелил бы. Для точности счета.

Но президент Батдыев будто забыл о своем лепетании перед камерами, о том, как потайными ходами убегал из дворца. Осознав, что никто его снимать не спешит, он вновь расправляет плечи.

“Одни хотели заставить Батдыева уйти в отставку, чтобы посадить на это место своего человека, — вещает он теперь перед журналистами. — Другим необходимо было просто дестабилизировать ситуацию в республике”.

Как, оказывается, все просто. Словно не было ни убитых его же зятем семерых человек, ни сокрытия этого убийства. Странно еще, что у президента не хватило наглости заявить, будто Али Каитов специально расстреливал граждан, дабы спровоцировать беспорядки. Так было бы куда эффектнее.

“Батдыев работает не тестем Каитова, — пафосно объявляет он (из всех вождей разве что Сталин позволял говорить о себе в третьем лице). — Батдыев работает президентом Карачаево-Черкесии. И по отношению к Батдыеву как президенту обоснованных упреков ни с чьей стороны нет и быть не может”.

Жителям КЧР можно только завидовать. Их президент — святее Папы Римского: “упреков нет и быть не может”. Не может?

Совсем недавно в республике закончилась контрольно-ревизионная проверка. Она выявила массу интересных фактов. Оказалось, в частности, что бесследно исчезли 111 с половиной миллионов рублей, выделенных Москвой для ликвидации последствий наводнения 2002 года. Точнее, по бумагам последствия эти ликвидированы (правительство КЧР выпустило даже постановление, где перечисляются все объекты финансирования — дороги, берегоукрепления). Но в жизни — ни дорог, ни дамб нет.

Деньги двумя траншами были перечислены из Управления капстроительства республики некоему московскому ООО “Фоэтон плюс”. Никакого тендера не проводилось. Концов “Фоэтона” контролеры найти не смогли.

Другой пример. Год назад правительство КЧР купило комплекс зданий (3700 метров) за 97 миллионов рублей. Самое интересное заключается в том, что принадлежали здания фирме “Кавказцемент”, основным акционером и директором которой был президентский зять Каитов.

Мы не поленились узнать, как эти здания попали к Каитову. И выяснилось, что он сам купил их годом раньше, но... в три раза дешевле. Как удобно быть президентским родственником! На Кавказе это вообще самое прибыльное занятие.

Сразу после избрания Батдыева престарелый папа Каитова тут же стал главным лесничим республики, хотя никакого отношения к природоведению никогда не имел. Один племянник президента начальствует в налоговой полиции КЧР. Другой — рекомендован на должность главного таможенника. Родной брат возглавляет ремонтно-строительное управление. Сын — поставлен во главе инвестиционного департамента.

“Батдыев не работает зятем Каитова”, — высокопарно заявляет президент. Оно, может, и так. Зато все эти многочисленные граждане, дети Поволжья (помните голубого воришку Альхена?), работают родственниками президента...

То, что творится в Карачаево-Черкесии, типично для всего Кавказа. Свои каитовы есть везде.

В Ингушетии, например, где правит президент Зязиков, тоже давно все поделено между его родственниками. Один шурин (брат жены) возглавляет пенсионный фонд, второй — лицензионную палату. Родной брат верховодит в аппарате правительства, без его подписи не выходит ни один документ. Прокурор — свояк. Тесть — депутат Народного собрания.

И деньги, выделенные на последствия наводнения в Ингушетии, тоже исчезают бесследно. Поскольку помощь из Москвы идет на каждого конкретного “утопленника”, делают здесь очень просто: вписывают всех близких и далеких родственников на один адрес. В нашем распоряжении есть целые списки таких “мертвых душ”. Многие из тех, кто составлял их, доводятся Зязикову родственниками. Видимо, должностей на всех не хватает, вот и приходится помогать чем придется... (Не так давно прокуратура ЮФО возбудила уголовное дело в отношении руководителей ГУП “Кавдоломит”. Из средств, выделенных Москвой на финансирование завода, они украли 4 с лишним миллиона рублей. Возглавляет же “Кавдоломит” двоюродный брат президента.)

В Ингушетии, правда, “белого дома” еще не захватывали. Но это с лихвой компенсируется беспорядками, устроенными в июне. Вместе с чеченцами прокуроров и чекистов убивали доведенные до отчаяния ингуши.

Где находился в тот момент президент Зязиков — никому до сих пор неизвестно. Как неизвестно, где он был, когда террористы требовали его на переговоры в Беслан. Аслаханов приехал. Рошаль приехал. А Зязикова — не было.

Похоже, это вообще в характере ингушского президента: прятаться за чужими плечами. После серии моих публикаций, где я назвал кавказских президентов беспомощными марионетками и упрекнул Зязикова в трусости, в Госдуму, на имя Грызлова, потоком хлынули гневные письма.

Все они похожи друг на друга, как кавказские президенты. В лучших традициях 70-х (позор литературному власовцу! сорную траву с поля вон!), депутаты Народного собрания (включая зязиковского тестя), коллектив ингушского университета, профсоюзы, совет ветеранов войны, медицинская общественность и даже члены библиотечного общества требуют призвать депутата Хинштейна к ответу. Оказывается, я “встал на путь разжигания вражды” и лью “воду на мельницу тех, кто взрывает дома”. “Руки прочь от Ингушетии”, — гневно требуют подданные Зязикова.

(Грешным делом я позвонил одному из этих подписантов — постоянному представителю Ингушетии в Москве — и поинтересовался: по собственной ли инициативе сочинил он эту петицию. Через полчаса испуганный постпред перезвонил сам и предложил считать, что никакого письма не было.)

Мне и раньше доводилось получать такие же коллективные, написанные под копирку письма протеста. После того как пару лет назад я поведал о бесчинствах дагестанского вождя Магомедова, целый ворох проклятий обрушился на мою стриженую голову. “Трудовой коллектив Каратинской спецшколы №2 гневно осуждает...”; “Коллектив детского дома №8 г. Избербаш выражает свое возмущение...”; “Мы и впредь желаем жить и трудиться в мире со всеми народами Дагестана, которые успешно сплачивает мудрый наш Магомедали Магомедович Магомедов”.

Это очень удобно — сваливать свою вину на других. И это еще одно качество, которое роднит кавказских президентов. Потому-то и пишутся письма-протесты, выдумываются версии о темных силах, ведущих людей на “белый дом” (как будто это силы зла расстреливали людей и пытались спрятать концы в воду).

Но что президенты могут сказать в ответ? Признаться в том, что неспособны управлять регионами? Что они слабы, трусливы, беспомощны и без оклика из Кремля бессильны сделать и шага? Но тогда придется ведь подавать в отставку. А разъяснения из Кремля (см. выше) по этому вопросу не было. Да и как подашь? Куда девать братьев, свояков, тестей, зятей, племянников? Всю эту бесчисленную дворню, приватизировавшую Кавказ?

(Представляю, как запоют все эти батдыевы, зязиковы, дзасоховы, магомедовы, стоит Путину объявить, что вводит он на Кавказе прямое президентское правление. “Какое мудрое, своевременное решение! Спасибо дорогому Владимиру Владимировичу за внимание к проблемам Кавказа!”)

Почему Путин не снимает их? Почему закрывает глаза на очевидную импотенцию, не требует платы за ошибки? Как может, например, управлять регионом человек, позорно сбежавший при виде собственных избирателей?

Я думаю, Кремль смертельно боится цепной реакции. Стоит только подтолкнуть того же Батдыева к отставке, и разом вспыхнет весь Кавказ, и в Махачкале, Магасе, Владикавказе один за другим начнут захватывать президентские дворцы. А дальше процесс станет уже неуправляемым, потому что горцы — это не донецкие шахтеры, и в каждом доме под кроватью обязательно лежит у них автомат или хотя бы граната.

Но и стоическое молчание — это не лучший путь. Если болезнь не лечить, она все равно вырвется наружу. Только будет еще необратимей.

Так случилось на Украине. Так случится и в России. Если, конечно, после Нового года, когда губернаторов и президентов можно будет назначать, а не избирать, Кремль не сделает наконец выводов из собственных ошибок...






Партнеры