Борзый снайпер

Илья КОВАЛЬЧУК: “С Америкой, кроме работы, меня ничто не связывает!”

17 декабря 2004 в 00:00, просмотров: 602

Сказать, что у хоккеиста казанского “Ак Барса” Ковальчука (лучшего бомбардира НХЛ-2003/04 и самой, пожалуй, яркой молодой звезды российского хоккея) напряженный график — не сказать ничего. Ни минуты покоя! То игра, то тренировка, то КВН...

“Хоккей в Казани — спорт номер один”

— КВН? — Илья улыбается. — Было дело... С ребятами из команды ходили на финал лиги “Поволжье”. Посмеялись от души.

— Какая шутка запомнилась?

— Да много... Вот, например, про “Ак Барс”. “Я сейчас подержал 30 миллионов в руке! Поздоровался с Хабибулиным и Морозовым...”

— А еще в Казани куда ходишь? На футбол?

— Был один раз на игре “Рубина”. Теперь вот собираюсь баскетбол посмотреть. Я в Атланте часто на местных “Ястребов” ходил.

— Хоккей в татарской столице — спорт номер один?

— По поставленным задачам и вложенным средствам, думаю, да.

— Часто местные боссы в раздевалку заходят?

— Были какие-то встречи, но без накачек. Мы взрослые люди и сами понимаем, какого результата от нас ждут...

— Привык уже к Казани?

— До сих пор привыкаю. Все это не так-то просто — приехать с другого конца света и сразу заиграть. Подготовка, отношения с тренером, раздевалки, стадионы... Все другое! На акклиматизацию уходят месяцы! Дай бог, после Нового года заиграю в свою силу.

— Ты очень негативно относишься к предматчевым сборам...

— Потому что не понимаю, для чего они нужны! Сейчас все это в Казани отменили, но раньше сборы действительно были проблемой. Зачем собирать людей за день, за два до игры? Чтобы не напились, что ли? Бред. Профессионалы сами знают, как готовиться к игре...

— Как тебе российский уровень гостиниц, раздевалок?

— Ничего ужасающего я лично не заметил. Разница, безусловно, чувствуется, но особо жаловаться не на что. Чего, скажем, можно требовать от Череповца, Нижнекамска или Новокузнецка, если там просто нет хороших гостиниц? Нам и так предоставляют лучшее.

— А в Казани где живешь?

— Тоже в гостинице. Пятизвездочный отель, но ощущения дома, разумеется, нет...

— А как в столице Татарстана обстоит дело с твоей любимой японской кухней?

— Неплохо. Есть несколько мест, куда можно пойти. Я пару раз в неделю заглядываю.

— С чего вдруг такая страсть к суши?

— Это меня в свое время Вова Тихомиров (бывший вратарь “Спартака”. — Р.В.) пристрастил. Я до этого и представить себе не мог, как можно есть сырую рыбу! А потом ничего — распробовал...

— Если уж о гастрономии речь пошла... Для Ковальчука существует проблема лишнего веса?

— Да нет в принципе... Летом во время отпуска набираю пару кило, но это, наверное, как и любой другой хоккеист.

— Отец твой как-то говорил о восьми лишних кило...

— О восьми?! Не было такого!



“На “секс-символа” не обращаю внимания”

— В долг даешь деньги, если попросят?

— Смотря кто. Если малознакомый человек, то нет.

— Возвращают долги?

— Иногда да, иногда нет... Я не переживаю, пусть это остается на совести должников. Вообще считаю, если ты даешь деньги в долг, то должен быть готов с ними попрощаться. (Смеется.)

— Машины — страсть Ковальчука?

— Ага, любимые игрушки. (Улыбается.) Ну это, наверное, у любого мужчины так. Хорошие автомобили, часы...

— Много машин поменял?

— Ой, сейчас даже и не вспомню!

— Сильно американские водители отличаются от русских?

— Сложно сказать... Но мне однозначно в России больше нравится! Здесь можно пообгонять, покуражиться, а в Америке с этим делом строго. Все по правилам.

— Часто штрафы за превышение скорости платил?

— В США? Раз пять-шесть...

— В Казани можешь просто так на улицу выйти или боишься, что поклонники на сувениры разорвут?

— Я в основном по городу на машине или на такси передвигаюсь, но это не потому, что фанатов боюсь, просто так удобней. Что касается встреч с поклонниками... Ко мне и в ресторане подходят, и в городе — я никому в автографе не отказываю.

— Так уж и никому?

— Ни-ко-му!

— Ты как-то в интервью назвал казанских болельщиков “суровыми”? Мол, стоит “Ак Барсу” только проиграть...

— Это все от понимания хоккея. Наш болельщик лучше читает игру, чем американский. И требования у него выше...

— В России была популярна история о том, как фанатка “Атланты” пришла на игру с плакатом: “Кови, я покажу тебе, как американские девушки делают ЭТО”. Показала?

— Нет. (Смеется.) От таких сумасшедших девушек надо держаться подальше.

— Когда СМИ называют тебя секс-символом и завидным женихом, как относишься?

— Не обращаю внимания. Мое дело — играть в хоккей, дело прессы — писать.

— О своей семье, детях не задумывался?

— Рано еще. Мне 21 год — куда торопиться?

— Но постоянная девушка есть?

— Есть. Живет в Москве, ко мне в Казань приезжает...

— Часто бывало, что девушки общались с тобой не как с простым парнем Ильей Ковальчуком, а как со звездой?

— Редко. Я такие варианты сразу читаю.



“Отец написал про меня книгу”

— Родители тебя в Казани навещают?

— Пока ни разу не были. Работы много... Может быть, после Нового года выберутся.

— Как считаешь, на кого из них больше похож?

— На маму, наверное.

— Отец по-прежнему контролирует ход твоей карьеры?

— Да, конечно. После каждого матча стараемся созваниваться, он дает мне советы... Подсказывает — я прислушиваюсь.

— Бывает, что ссоритесь?

— Я никогда ему слова против не скажу, не говоря уже о том, чтобы голос повысить! Отец сделал из меня того, кто я есть, — какие тут могут быть ссоры?

— Раньше вы с отцом вели дневник, в котором на первой странице была прописана цель Ильи Ковальчука: “играть за сборную России”. Цель достигнута, но знаю, что дневник вести продолжаете?

— Да, папа этим занимается. Он и книгу обо мне написал! Скоро небольшим тиражом выйдет. Для родственников, близких... Как будет называться? “От Твери до Атланты”, кажется.

— В свое время отец про тебя в дневнике написал: “По-спортивному зол, но обидчив, плаксив”. Согласен был с такой формулировкой?

— В юные годы действительно часто срывался на плач. Эмоции били через край...

— А когда последний раз плакал?

— Два года назад на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити. После поражения от американцев.

— Ты сентиментален?

— Бывает, что от душевной передачи слезы на глаза наворачиваются, но я креплюсь. Навзрыд не рыдаю. (Смеется.)

— Еще одно определение твоей игры от Ковальчука-старшего: “борзый парень”.

— Убежден: по-другому в хоккее нельзя! Будешь скромничать — ничего не добьешься. Хорошая борзость — она в нашем деле просто необходима.

— Когда последний раз в родной Твери был?

— Давно уже... Сейчас вот собираюсь перед Новым годом вырваться.

— А в деревне Почки когда гостить доводилось?

— На даче? Прошлым летом. Причем скорее всего в последний раз — родители собираются дом продавать.

— Говорят, именно там родился фирменный бросок Ковальчука?

— Можно и так сказать. Работал я в деревне над этим элементом очень много...

— Со старыми тверскими друзьями общаешься?

— Есть люди, с которыми поддерживаю отношения, но я бы не назвал их друзьями. Скорее товарищи... У меня только один настоящий друг — Игорь Князев, он сейчас за “Химик” играет.



“В Штатах больше двуличных людей...”

— О ходе локаута в НХЛ какой-то информацией владеешь?

— Не больше остальных. Вся информация из газет. Но мое мнение: сезона в НХЛ не будет.

— Разве тебе не хочется, чтобы локаут быстрее закончился? Вернешься в Атланту, в сильнейшую лигу мира...

— Прежде всего мне хочется довести до конца дело, начатое в Казани.

— По Америке не скучаешь?

— С чего бы мне скучать по Штатам? Меня с этой страной, кроме работы, ничто не связывает. Первым самолетом всегда улетаю домой...

— Чего из НХЛ тебе не хватает в Казани? Может, качественного судейства?

— Глупо отрицать, что НХЛ и российская Суперлига — это, если можно так выразиться, два разных хоккея. За океаном — быстрая игра. Она жестче, но намного меньше тычков, захватов, “грязи”... И правила трактуются абсолютно по-разному. Касперу (Дарюс Каспарайтис — защитник “Ак Барса”. — Р.В.) тут недавно за силовой прием выписали матч-штраф, а в Америке, уверен, и две минуты бы не дали. Зато мелкий фол почти совсем не карается — в России судьи удаляют, только когда на тебе три-четыре игрока висят...

— Не жалеешь о возвращении в Россию?

— Нет. Я никогда не играл в Суперлиге и всегда хотел попробовать. Тем более играю в “Ак Барсе”, команде, ставящей перед собой самые высокие цели.

— Что тебе дала Америка?

— В первую очередь, английский язык. Еще новых знакомых. Самостоятельность? Не думаю... Я ведь с шестнадцати лет живу один.

— Ты хотел получить двойное гражданство?

— Информация неверна: я просто подал заявление на “грин-карту”. Чтобы получить гражданство, надо прожить в Штатах десять лет.

— На твой взгляд, чем американцы отличаются от нас?

— Там много двуличных людей, которые в лицо говорят одно, а за спиной совсем другое. Стукачей много. Попил с партнерами пива, а на следующий день тренер уже обо всем знает...

— В исконно американские виды спорта — бейсбол, гольф, американский футбол — пробовал играть?

— Гольф не люблю. Скучная игра. На американском футболе один раз был, но в основном предпочитаю смотреть это дело по телевизору. На огромном стадионе всех перипетий борьбы не видно... Сам играл в софтбол — почти то же самое, что бейсбол, только там мяч не так сильно бросают.

— И как успехи?

— Что-то отбивал. (Смеется.)

— Как сейчас поживает твоя благотворительная организация “Kovi Skates”?

— Все в порядке. Я постоянно созваниваюсь с людьми в Атланте, которые в мое отсутствие занимается этим делом. Встречаются с детьми, играют в разные игры...

— Много денег на благотворительность тратишь?

— Не считаю. Разве можно на такие дела денег жалеть? Помню, как сам был маленьким и мечтал, чтобы кто-то из звезд-хоккеистов со мной поиграл...

— Ты летом привозил звезд спорта в Тверь — была такая благотворительная акция...

— Да, и спасибо огромное всем ребятам, принявшим мое приглашение. Титов, Кириленко, Слуцкая, Бутырская... Все откликнулись сразу и поехали абсолютно бесплатно. Ребятня была просто счастлива — в Твери такого количества звезд отродясь не видели. Собираюсь что-то подобное сделать и следующим летом.

— Расскажи о своем участии в “Форте Боярд”. Чем французский вояж запомнился?

— Впечатлений — море! Я ребенком смотрел эту игру и всегда хотел попробовать в ней свои силы. В первый день, правда, попал в плен, но во второй вроде разыгрался — подсказку выиграл...

— А почему в плен попал?

— С заданием не справился. Надо было какие-то коробки переставлять, но я это делал или медленно, или неправильно... В общем, не успел.

— Тяжело было?

— Интересно! Познакомился с отличными людьми. Спортсмены, телевизионные ведущие... Если еще раз пригласят, обязательно поеду!



Мат и червяки на крючке

— Как у тебя обстоят дела с учебой? Ты, знаю, в РГАФКе учишься...

— Да, на последнем курсе. Студент-заочник. Мне присылают задания по Интернету — я выполняю. Летом диплом буду защищать.

— На площадке часто нецензурные выражения используешь?

— Время от времени. (Смеется.) Но это так называемый рабочий мат. Для дела... В быту же стараюсь не выражаться.

— Ты как-то в одном интервью признался, что боишься змей и червяков...

— Ага. Даже когда на рыбалку хожу, прошу, чтоб мне кто-то червей на крючок насаживал. Самому неприятно...

— А летать боишься? Взрывы, теракты...

— Не боюсь. Это судьба: кому суждено утонуть, тот не погибнет в самолете.

— Чем обычно занимаешься в салоне?

— Если с командой летим, в карты играю, в нарды...

— На деньги?

— На интерес!

— А какую музыку слушаешь?

— Рэп нравится. “50 cents”, например. При этом в Америке я только нашу музыку ставлю.

— Михаила Круга? Он ведь ваш, тверской...

— Шансон мне не особо нравится. Есть пара кассет, в том числе и с песнями Круга, но не более того.

— Подводя итоги уходящего 2004-го — самое неприятное событие года?

— 13-матчевая безголевая серия в “Ак Барсе”.

— А как же кража? У тебя ведь в Москве летом документы пропали. Паспорт, права...

— Но ведь вернули! Чему я, кстати, был немало удивлен. Впрочем, все это мелочи...







Партнеры