Девушка Mороз

“Снегурочка я только по паспорту”

25 декабря 2004 в 00:00, просмотров: 607

Даше Мороз повезло с родителями. Во-первых, у нее самая новогодняя фамилия. Во-вторых, в 21 год эта обаятельная актриса, дочь режиссера Юрия Мороза и актрисы Марины Левтовой, добилась столько, сколько не снилось многим ее ровесникам. В кино ее внесли практически на руках — мама держала ее двухмесячную перед камерой на съемках фильма Динары Асановой “Милый, дорогой, любимый, единственный...”.

Сегодня она — в труппе МХТа им. Чехова, занята аж в четырех спектаклях. При этом не вылезает со съемочных площадок — снимается в кино и сериалах. Ребенком она играла в кино у папы (в фильме “Черный квадрат”) и его друзей

(в ленте “Кризис среднего возраста” Гарика Сукачева). По-взрослому она дебютировала, как сама считает, в “Фортуне” Георгия Данелии, где она сыграла главную роль — вместе с Вахтангом Кикабидзе и Алексеем Кравченко. А за роль Вари в картине Юрия Павлова “Дикарка” Дарья Мороз награждена призом Веры Холодной в номинации “Я помню чудное мгновенье”.


— Даша, вы помните самый первый новогодний праздник в вашей жизни?

— Мне тогда было лет шесть. Я гостила у папиных родителей в Донецке. Дедушка Паша специально для меня поставил трехметровую елку, и мы вместе украшали ее разными старинными игрушками, а на макушку нацепили огромную красную звезду.

Еще помню, как отмечали у Харатьянов. Мне было лет девять, наверное. Были мы, они и Гарик Сукачев. Я нарядилась в костюм Деда Мороза и всем раздавала подарки. Собственно, и мне много чего надарили (улыбается). Но больше всех почему-то запомнился презент Сукачева — заколка для волос. Я ее лет семь носила, пока она совсем не сломалась.

Когда я стала постарше, мы стали отмечать Новый год в клубе “Кино”. В клубе тогда собиралась большая киношно-театральная компания папиных и маминых друзей. Все веселились, танцевали, делали капустники и всегда было весело...

Но главным атрибутом Нового года для меня всегда был мультик “Падал прошлогодний снег”.

— Но елку-то вы ставите?

— Роль елки у меня играет фикус — его я наряжаю игрушками. Однажды мы с мамой ездили в Израиль. Новый год местные жители там празднуют осенью, и мы как раз попали в самый разгар веселья. Я обратила внимание на нечто, украшенное игрушками и мишурой. Оказалось, хозяева решили пошутить и нарядили фикус. Мне эта идея понравилась, и теперь я каждый год наряжаю свой. Мне его 15 лет назад подарила нянечка в школе.

— Говорят, в Новый год происходят разные любопытные истории...

— Это у кого как.

...Однажды папа решил сделать мне сюрприз. Сказал, что на Новый год мы уедем, но не сказал куда. Вот честное слово, даже когда мы ехали в аэропорт, я не знала, куда именно мы летим. Долго терялась в догадках. Оказалось, в Париж! И мы встречали Новый год на Елисейских полях. Правда, когда летели обратно, папа перепутал рейс, и я чуть не опоздала в театр на свой спектакль. Но все равно было здорово!

А еще много лет назад мой папа встретил Новый год в аэропорту. Он купил ананасы и полетел к родителям в Донецк. Но рейс задержали, и папа смог улететь только утром... Ананасы, правда, сберег.

— Верите в новогодние приметы?

— Только в одну: как Новый год встретишь, так его и проведешь. Поэтому стараюсь все плохое и сомнительное оставить в году уходящем. Например, если ты сомневаешься в своем молодом человеке, то перед праздником с ним лучше расстаться, чтобы в следующем году начать новую жизнь.

Сейчас вот подумываю, как обновить себя к празднику. Например, сходить в парикмахерскую и сделать очень короткую стрижку. Правда, до конца еще не определилась — длинные волосы могут понадобиться на съемках.

— В школе небось Снегурочку постоянно играли?

— Снегурочка я только по паспорту. Ведь мой дед был Мороз! (Смеется.) На самом деле на всех школьных новогодних праздниках я была белочкой.

— Да уж, фамилия у вас самая новогодняя. Одноклассники, наверное, постоянно различные прозвища придумывали?

— Только одно — Снежная королева. Поначалу я на него обижалась. А потом вдруг поняла, что Снежная королева — это здорово. Она же очень красивая была. Ну, по крайней мере так ее Андерсен описывал. Подумаешь, холодная немножко...

— Раскройте свой секрет новогоднего стола...

— Признаться, сама не люблю готовить. Если только для любимого мужчины... (Улыбается.) Поэтому обычно угощаю друзей различными вкусностями из супермаркета. Но стараюсь, чтобы праздник не превратился в обычную обжираловку. Ведь Новый год — хороший повод лишний раз встретиться и пообщаться. В грядущий праздник всю ночь буду за рулем. Хочу успеть навестить как можно больше близких мне людей.

— Давайте поговорим о кино. Правда, что вы дебютировали еще в младенчестве?

— Мой актерский дебют — в фильме Динары Асановой “Милый, дорогой, любимый, единственный...”. Мне тогда и года не исполнилось. Когда Динара Кулдашевна узнала, что мама беременна, страшно обрадовалась: “Замечательно, будешь сниматься вместе с ребенком. Мне как раз нужна маленькая девочка!” А маме к тому моменту сделали ультразвук и сообщили, что будет мальчик. Но Асанова была непреклонна: “Она не может родиться мальчиком, она же артистка!” И действительно: на свет появилась я, а через несколько месяцев начались съемки.

— А вы смогли бы доверить своего ребенка режиссеру?

— Ребенка в грудном возрасте? Нет, не уверена. Разве что своему папе. Безгранично ему доверяю.

— После “младенческого дебюта” вы снимались в разных картинах. Но, согласитесь, наибольшую популярность принесла “Фортуна” Георгия Данелии.

— Ой, там была очень забавная история. Я приехала на кастинг. Назвала себя перед камерой и сыграла одну из финальных сцен. Но режиссера не было. Это меня смутило. Я вышла расстроенная и сказала маме: “Пошли. Ничего не получится”. Вдруг на следующий день меня вызывают прямо со школьного урока и на машине везут к Данелии, который уже отсмотрел пробы. Посмотрел он на меня, поинтересовался возрастом. Честно отвечаю: “15 лет”. И как-то он так разочарованно вздохнул... Потом говорит: “Ладно, давайте попробуем все-таки порепетировать”. Пришел Леша Кравченко, и мы часа четыре с ним работали.

Потом — все. На полтора месяца про меня как будто забыли. Я уже и не чаяла, что получу роль. И вдруг звонок: мы с Лешей утверждены на главные роли! Оказывается, они так долго думали, потому что им была нужна 18-летняя девочка. Вот такие у меня счастливые звезды...

— Правда, что ради съемок в “Фортуне” вы пожертвовали вступительными экзаменами в МГИМО?

— Ну да. А что делать? Думаю, нет такого артиста, который откажется сниматься у Данелии. В любой, пусть самой маленькой роли. Данелия — это Данелия. Хотя честно скажу: вначале было страшно. К тому же не все получалось так, как он хотел. Но при этом с ним было легко и весело.

В одной сцене на героине должна была быть надета рубашка жениха. Реквизиторы долго не могли найти подходящую. Тогда Георгий Николаевич предложил свою: коричневую в клеточку от Ив Сен-Лорана. Она подошла! И я настолько с ней сроднилась, что после окончания съемок попросила оставить мне ее на память.

Оказалось, Георгия Николаевича так не первый раз раздевают. Басилашвили “одолжил” у него часы в “Осеннем марафоне”, кто-то забрал куртку и кепку на съемках “Паспорта”...

— Рассказывают, в Школу-студию МХАТ вас взяли без экзаменов.

— К началу съемок “Фортуны” я успела пройти три творческих конкурса. Но не успела на общеобразовательные экзамены. Объяснила ситуацию нашему руководителю — Алле Борисовне Покровской. И меня приняли вне конкурса.

— Не жалеете о не сложившейся дипломатической карьере?

— Мне дорога моя нынешняя профессия. Разве что жалко потерянную практику в английском языке.

— Часто отказываетесь от предлагаемых ролей?

— Что касается кино, то довольно часто. Почему? Просто неинтересные вещи предлагают. А в театре таких ролей нет и быть не может. Я же в труппе! Какое право я имею отказаться? Ведь режиссер всегда знает, кого должен сыграть его актер. К тому же в этом плане я очень доверяю Олегу Павловичу Табакову. Он вообще потрясающе организует работу в театре. Не всякий артист или режиссер способен на такое. А его актерский талант вне всяких обсуждений! Я не представляю себя ни в каком другом театре. МХАТ дает мне максимальное количество возможностей: поработать с разными режиссерами, с хорошими партнерами и в разных материалах, и смотрит меня определенная категория зрителей, требовательная, с хорошим вкусом. Табаков для меня в театре — как Данелия в кино.

— Работать в новогоднюю ночь никогда не доводилось?

— Нет, к счастью, в Новый год кино не снимают. А вот в театре 31 декабря традиционно идет пьеса “Сублимация любви” с Олегом Табаковым и Мариной Зудиной. Ничего новогоднего в этой истории нет, просто такая традиция. И спектакль начинается не в семь вечера, а в шесть.

А я буду играть в “Тартюфе” 30 декабря. По-моему, эта пьеса как нельзя лучше подходит для предпраздничного дня. Кстати, можете меня поздравить. Спектаклю “Песочный человек”, где я играю, исполняется пять лет. Юбилей обязательно отпразднуем.

— В детстве, я знаю, вы серьезно занимались художественной гимнастикой, но потом не сложилось...

— И хорошо, что не сложилось. Если этим делом заниматься серьезно, то надо с пяти лет по полной пахать на тренировках. Лично я своего ребенка никогда туда не отдам. Там неимоверные нагрузки.

Вообще в детстве я много чем занималась. Фигурное катание, плавание, английский... Даже карате!

— А сейчас как?

— Регулярно хожу в спортзал, занимаюсь плаванием. Актрисе всегда надо быть в форме.

— Даша, а если честно, то после репетиций, спектаклей и съемок много ли времени остается на себя, любимую?

— Сейчас, после выпуска “Тартюфа”, свободного времени стало побольше. Ведь репетиции в период выпуска занимают почти все время: приходишь в театр к одиннадцати утра, а уходишь — в десять вечера. Кое-кто даже остается в театре ночевать. Если люди далеко живут, им нет смысла ехать домой.

— Обычный ваш рабочий день как складывается?

— Встаю, гуляю с собакой. Кстати, я даже иногда беру ее с собой на работу. Потом еду в театр на репетицию или на съемки. Потом в спортзал. Если есть время, встречаюсь с друзьями. В кино могу сходить.

— Даша Мороз — востребованная актриса. Как в кино, так и в театре. И вдруг пошла учиться на продюсера. С чего бы это?

— Просто хочу расширить диапазон творческих возможностей. Учиться на режиссера? Ну, не мое это. Да и потребности внутренней нет. А вот в плане продюсирования у меня очень даже может получиться. Как актриса я хорошо знаю процесс организации кинопроизводства. Поэтому выбрала продюсерский факультет Высших курсов сценаристов и режиссеров. По-моему, очень интересно видеть развитие идеи от замысла до воплощения. Кстати, папа, когда в свое время серьезно занялся продюсированием, много мне рассказывал об этой работе.

— Как продюсер уже готовите какой-нибудь проект?

— Не скажу! Боюсь сглазить... (Улыбается.)

— Откуда такое суеверие?

— Нет-нет, я не сильно суеверный человек. Это так... чисто актерские моменты. Уронила текст — значит, надо сесть на него. Причем именно там, где он упал, хоть в лужу, и поднять его прижатым к пятой точке. Нельзя грызть семечки на съемочной площадке — это к браку пленки. Никогда не мою голову перед экзаменом. Не стираю сценический костюм до премьеры.

— Правда, что не состоите ни в одном актерском агентстве?

— Да, сейчас уже нет. Могу себе это позволить. Меня уже знают и в театре, и в кино. К тому же мне удобнее самой выстраивать свой рабочий график, а также обсуждать гонорар и условия работы. Опять же, поскольку я учусь на продюсера, удобнее и интереснее самой вести все рабочие переговоры.

— Сколько у вас наград? И какая самая дорогая?

— Признаться, я их никогда не подсчитывала — стоят себе на полочке и стоят. Пылятся... (Смеется.) По мне, так награды — не самая важная часть профессии. Важен процесс работы над ролью и конечный результат. Хотя если роль в силу разных причин дорога, то приятно получить за нее награду. Например, я играла Калину в пьесе “Вечность и один день” и получила за нее приз от “Московского комсомольца” в номинации “Начинающие” за лучшую женскую роль. Знаете, как рада была?! Еще очень дорожу премией “За дебют”, полученной на “Кинотавре” за роль в “Фортуне”.

— Награды, популярность, журналисты... Обижаетесь, когда пишут нелицеприятные вещи?

— Нет... Меня сложно задеть. Другое дело, что могу серьезно обидеться на обман или нетактичность. После этого резко прекращаю общение с человеком.

— Как относитесь к съемкам в эротических сценах?

— Нормально... Понимаете, для актрисы, играющей молодую героиню, это в каком-то смысле нужно. Другое дело, крайне важно понять, насколько эта сцена нужна и насколько она эротична. Много зависит от режиссера. В смысле, доверяешь ли ты ему.

— Можно использовать дублершу...

— Можно, но никогда не знаешь, какой будет результат. Вдруг она не тем боком повернется... К тому же если у меня красивое тело, то зачем мне дублерша?

— Сериал “Женщины без правил” снимал ваш папа. Легко ли было перед ним оголяться?

— На съемках мы общаемся исключительно как актриса и режиссер. Я папу даже официально именую Юрием Павловичем. Будет странно, если, находясь в кадре, я буду постоянно спрашивать: “Папа, а как это? Папа, а как то?” Так что есть на его съемках эротические сцены или нет, по сути, не имеет значения. Это же работа...

— Скажите, а за руль пересели, потому что в метро и на улицах поклонники донимают?

— Просто я метро не люблю. В машине удобней. Если, допустим, в пробке застряла, могу спокойно роль повторить. В метро же не получится остаться наедине со своими мыслями.

— Ну что ж, в конце беседы позвольте поздравить вас с наступающим Новым годом. Какой у вас, кстати, любимый новогодний тост?

— “За нас с вами и ... с ними!” Это любимый тост всей нашей семьи.


Большое спасибо киноконцерну “Мосфильм” за предоставленный для съемок актрисы костюм и услуги гримера.

С наступающим Новым годом!






Партнеры