“Медведь” в капкане

У партии власти раздвоилось сознание

25 января 2005 в 00:00, просмотров: 521

Молодец, молодец, он храбрится!

Никого, кроме зайца, не боится.

Из детской песенки


“Э-эх! Гробят они нас!” — проходя по лестнице, в сердцах махнул рукой один высокопоставленный единоросс. “Они” — это министры....

“Нам обещали, что все будет хорошо, а ситуация-то хреновая...”, “мы оказались крайними...” — такие или примерно такие слова в последние две недели можно было услышать от членов “партии власти” разного ранга. В думских приемных беспрерывно звонят телефоны, и секретари нечеловеческими от усталости голосами повторяют: “Это не мы у вас льготы отобрали. Обращайтесь в правительство”. Те единороссы, кто не утратил связи с регионами, знают: на акциях протеста люди клянут на чем свет стоит не только министров и президента, но и “Единую Россию”. А роль козла отпущения не очень приятна.

“Мы опасаемся падения рейтинга, по крайней мере в первые месяцы”, — говорил “МК” несколько дней назад зампред исполкома партии, депутат Владимир Мединский. Первые данные соцопросов (пока их опубликовал только фонд “Общественное мнение”) показывают: опасались не зря. Рейтинг “Единой России” упал до 22% (в декабре 2003 года она выиграла парламентские выборы с результатом 37,6%). Причем в партии полагают, что это падение не предел.


Всего лишь год назад руководители “медведей” гордо заявляли: наконец в России появилось ответственное парламентское большинство! Но после 1 января вдруг оказалось, что брать на себя ответственность за принятый закон, который во многих своих частях и во многих регионах на работает, хоть тресни, единороссы не собираются. “Закон справедливый, просто исполняется плохо”, — сразу же сказал как отрезал спикер Борис Грызлов, и на этой удобной позиции его соратники держались несколько дней.

Но если закон хороший, то почему член партии, депутат Геннадий Кулик предлагал внести в текст принятого в прошлую пятницу постановления пункт, рекомендующий правительству взять под крыло федерального бюджета жертв политических репрессий? Ведь деление льготников на “белых” и “черных”, федеральных и региональных, было осуществлено как раз законом. Почему само правительство осенью внесло в Думу, а Дума быстро и без особого шума в конце года приняла больше 50 страниц поправок в еще не вступивший в силу “хороший” закон?

И вот появляется “продвинутый”, гибкий вариант объяснения, почему все опять через одно место: мол, просто закон еще не заработал в полную силу, пройдет полгода, посмотрим и, если вдруг вскроются в нем недостатки, непременно поправим.

Как же сейчас понимают в “Единой России” свою ответственность за происходящее в стране? Выступая с думской трибуны, вице-спикер Олег Морозов сказал: “Она в том, чтобы не уходить от проблем и не прятать голову в песок... Мы заставим правительство выполнять закон. Мы готовы к открытому диалогу с обществом”.

Все бы хорошо, но почему-то не верится в способность “партии власти” заставить правительство сделать что бы то ни было.

Мазохизм с министрами

Воздух управляемой демократии вскружил голову кабинету министров. Дума последние месяц-два простаивает. Правительство не только свело к минимуму свою законотворческую деятельность — оно не находит в себе сил вовремя давать отзывы и заключения на депутатские законопроекты. В результате в январе лишь одно заседание — когда депутаты ругались с министрами по поводу монетизации — получилось полноформатным: с 10.00 до почти 18.30. На трех остальных работы хватало на два — три часа. Делать нечего. “Безобразие! Совсем обнаглели!” — ворчат единороссы, но рушить установленный порядок вещей не решаются.

Поскольку депутатские инициативы наказуемы (правительство их не любит и, как правило, “убивает” отрицательными заключениями), расслабились и комитеты Думы. Скажут, что надо принять, — подготовим к рассмотрению. Не скажут — подождем.

Давненько не видели депутаты-“медведи” ключевых министров на заседаниях своей фракции: зачем, если достаточно обговорить проблемы с ее руководством? Да и общие собрания, когда все 306 человек собираются вместе, проводятся нерегулярно. Приятно ли рядовым представителям “партии власти” видеть, как на заседания фракции “Родина”, чьи голоса ничего не решают, приходят то советник президента Андрей Илларионов, то глава Счетной палаты Сергей Степашин с министром образования и науки Фурсенко?

На чем свет стоит ругая правительство за срыв важнейшей социальной реформы, единороссы прикрывают министров своей грудью. Они не поддержали предложение пригласить в Думу в январе премьера Фрадкова, хотя многим не понравилось, как ловко глава правительства уклонялся от комментариев по поводу льгот — как будто он ни при чем. “Головомойку” Кудрину и Зурабову устроили на закрытом заседании президиума генсовета партии, в присутствии лишь руководства “ЕР”, а потом взахлеб рассказывали, как социальный министр “краснел и бледнел”. Но граждане бледного и тем более красного Зурабова не увидели. “Зачем всем показывать? Мы не хотим, чтобы министры совсем потеряли лицо...”

Текст постановления, в котором правительству даются рекомендации по спасению ситуации, был тщательно выверен и согласован с правительством. А на прямой вопрос о том, как может “Единая Россия” что-то от министров потребовать при сложившейся расстановке сил, партийцы отвечают: “Мы можем настоятельно просить вице-премьера Жукова и использовать авторитет своих лидеров”.

И все. Чтобы “Единая Россия” могла потребовать от правительства по-настоящему, она должна превратиться в настоящую парламентскую партию. Но это ей не грозит: едва ли Кремлю нужна настоящая партия — ведь она захочет сама определять политику или по крайней мере серьезно влиять на нее.



Кому “БМВ” темную, а кому — светлую?

Неужели события января 2005 года пройдут для “Единой России” без последствий? Это едва ли. Уже с осени, после Беслана и объявления о том, что губернаторов президент лучше выберет сам, у очень многих единороссов, не до конца оправившихся от насилия над собой при принятии закона о монетизации льгот, стали наблюдаться серьезные симптомы политической шизофрении, т.е. раздвоения сознания. “Что делают! Это же покушение на Конституцию!” — со священным ужасом в голосе шептались в кабинетах и курилках депутаты, а потом шли в зал заседаний, нажимали кнопку “за” и начинали придумывать объяснения, почему то, за что они проголосовали, хорошо и правильно. Начало года повергло многих в неописуемое уныние: “я знал, что у нас власть слабая, а правительство никакое, но что до такой степени”... Когда такие слова произносит коммунист или другой враг “антинародного режима” — это нормально и естественно. Но член “партии власти”...

Врачи знают: больной шизофренией, если его не лечить, может стать буйным.

Тем временем партийная верхушка, по мнению рядовых депутатов-“медведей”, все больше “уходит в астрал”, погрязла в интригах, практически не интересуясь их мнением. По Думе ходят байки, которым не хочется верить: как два партийных функционера-депутата долго не могли решить, кому из них достанется служебный “БМВ” со светлым салоном, а кому — с темным. Чтобы примирить соратников по партии, каждому будто бы дали по одинаковой “Ауди”...

Сейчас члены фракции “Единая Россия” отправлены в регионы: они должны разъяснять населению суть социальной реформы. Каждый получил брошюру, состоящую из примерных вопросов и ответов. По некоторым сведениям, ее писали не в партии, а в Кремле...

С первых дней ответом партии на народные выступления стал мониторинг ситуации в регионах — об этом рассказывал секретарь генсовета “ЕР” Валерий Богомолов. “Мониторят” и партийный аппарат, и аппарат фракции в Думе. Не очень понятно, куда пойдет информация и кому она нужна. В партии говорят, что на ее основе будут готовить рекомендации местным властям. Интересный факт: поставляют эту информацию в основном депутаты-одномандатники. Именно они в курсе, как обстоят дела в регионах, к ним обращаются возмущенные и обиженные граждане. Но в следующей Думе одномандатников не будет — скоро единороссы, в очередной раз опасно раздвоившись, примут президентский закон о новой системе выборов...



306 — магическое число

Пока уходить из фракции “Единая Россия” никто не собирается. Кремль почему-то придает сакральное значение цифре 306 и строго следит, чтобы численность поголовья “медведей” не уменьшалась. Стал депутат Николай Денин губернатором — на его место пришел из фракции КПРФ Александр Афанасьев.

“Слабым звеном” во фракции считается группа во главе с Олегом Морозовым, где много регионалов-одномандатников и далеко не все из них — члены партии. Но Кремль держит руку на пульсе. В столь сложный момент уход хотя бы одного человека может породить у нестойких единороссов ощущение, что они на тонущем корабле, и пойдет цепная реакция, а этого допустить нельзя. Тревожные симптомы есть. Человек десять из “ЕР” проголосовали на первом в этом году заседании Думы за проведение внеочередного заседания по вопросу о льготах с участием Фрадкова, хотя это противоречило генеральной установке. По слухам, несколько единороссов готовы поставить свои подписи под постановлением о недоверии правительству. Может быть, в администрации президента решили не сильно натягивать поводок — депутаты растревожены, в смятении и шатаниях, как бы не пережать. Пусть поиграют в парламент, поучатся...

Но “игры в парламент” чем дальше, тем больше надоедают самим единороссам. Дурной традицией в последние месяцы стало не давать независимым депутатам (их 21 человек) время для выступления по важнейшим законам и отказывать в праве на обсуждение в зале заседаний подготовленных оппозицией проектов постановлений и законов. Не дали прошлой осенью Владимиру Рыжкову выступить по закону о назначении губернаторов, в прошлую пятницу не дали слово Михаилу Задорнову при обсуждении постановления о монетизации льгот, а написанный “Родиной” проект постановления на эту тему в повестку дня не включили. Что изменилось бы от этих выступлений и обсуждений? Пришлось бы просидеть в зале лишних 5 минут? Ведь голоса меньшинства ничего не решают, позицию большинства им поколебать не дано, телевизор их не покажет. Или партийное руководство не хочет, чтобы рядовые депутаты слушали “крамольные” речи? Помнится, поначалу “партия власти” вела себя демократичнее.

“Было у нас 14% в 2003 году, сделали же при помощи телевизора и президента 37% на выборах, и еще раз, если понадобится, сделают!” — примерно так рассуждают некоторые оптимисты-единороссы.

Пока Кремль не вырастил такую оппозицию, которая бы его устроила и могла в будущем стать опорой в парламенте. Значит, “Единую Россию” будут оберегать и поддерживать. Она еще не выполнила свою историческую миссию: не приняты законы о реформе здравоохранения и образования. А главное, нет полной ясности с тем, по какому сценарию пойдет “операция 2008”...







Партнеры