Конец эпохи

Вячеслав Колосков повесил бутсы на гвоздь

29 января 2005 в 00:00, просмотров: 254

О своей добровольной отставке президент Российского футбольного союза объявил едва ли не весело… Даже поинтриговал шутя: мол, ничего особенного сегодня сказано не будет.

Он ушел красиво. Нажим? Принуждение? Что вы… Подумал в коротком отпуске и решил: в самом деле пора.


Колосков по своей роли в футбольной истории, по своему государственному, им же созданному имиджу стал политическим долгожителем. Остряки сравнивали его с Фиделем Кастро: тоже империя, тот же беспрекословный авторитет, те же невидимые миру рычаги управления.

Если в Бразилии более всего пишется о Пеле, в Аргентине — о Марадоне, то у нас за последние 25 лет более всего пишется и говорится о нем, Колоскове. И в этом, судя по всему, одна из характерных черточек состояния отечественного футбола, где самый популярный человек — не вратарь, не тренер, не центрфорвард, а чиновник.

Как-то придется перестраиваться некоторым из нас, что-то придумывать, что-то объяснять болельщикам… Ведь раньше при любом провале, при каждом подвохе можно было в 1001-й раз провозгласить: Колосков виноват, все беды от Колоскова!

И многие верили.

Штанги кривые — Колосков! Судья нашего удалил — Колосков! Пенальти нам бить не дают, а им дают — Колосков! Позор в Японии, в Португалии — опять Колосков, а уж после него все остальные. По количеству критики, часто непрофессиональной, поверхностной, Вячеслав Иванович — абсолютный лидер.

В этих непростых условиях Вячеслав Иванович ни разу не потерял лицо. Он не только не смутился ни разу, но и не разгневался. Хороший философ Колосков утешался лозунгом древних: “Собака лает, караван идет” — и смотрелся куда выигрышнее на фоне рефлексирующих главных тренеров.

Колосков не закрывался руками, не обещал вывести всех на чистую воду, не прятался на загородной базе и не обвинял прессу во всех грехах. По крайней мере, на людях он всегда был в порядке: вежлив, интересен, умен, логичен и деловит.

И не болтун Колосков. И барина из себя не корчит. И с юмором у него — нормалек.

В последние лет десять он почти не отказывал в интервью, и если интервьюер знал дело, то материал с Колосковым получался читабельным, острым и любопытным. В отличие от многих футбольных людей, Колоскову удавалось всякий раз показать, что скрывать ему нечего, что взгляды свои он обосновывает легко и свободно, а если это кому-то не нравится, что ж…

Вячеслав Иванович был лучшим обозревателем отечественного футбола, причем в последнее время он выступал в этом качестве все охотнее.

В 1994 году, в дебюте знаменитого скандала в российской сборной, я, еще способный на репортерские подвиги, позвонил ему, представился и сказал, что хочу поговорить о конфликте в национальной команде.

— А что, есть такой конфликт? — лукаво спросил меня Колосков, и мне показалось очень живо и натурально, что он улыбается и уже знает не только мои вопросы, но и свои ответы на них. Очень просто он сообщил, когда свободен, я подъехал, и мы поговорили. Это было одно из самых приятных интервью в моей довольно обширной тогда практике. Он, что называется, не грузил, но и не уходил от ответа… Именно тогда прозвучало его знаменитое: “милые вы мои…”

“Милые” эти незримо присутствовали во многих его пассажах, стоило лишь повнимательнее присмотреться, чтобы различить иронию. Иронию он всегда предпочитал пафосу, а наши футбольные люди, как один, заложники восклицаний… И почему они так плохо учатся у товарища первого?

Когда недоброжелатели завывали о культе личности Колоскова в нашем футболе, мне вспоминался персонаж Довлатова, утверждавший: “Культ, культ… Культ есть и будет… Личность нужна, понимаете, личность!”.

С личностями у нас в футболе большой дефицит. Хотя культа хватает — маленького такого культика, местечкового и временного.

Теперь, конечно, припомнят успехи восьмидесятых, длительные неудачи последних лет, соотнесут плюсы и минусы официальных матчей и признают закономерность его ухода. Вроде бы правильно… Но вернее, пожалуй, признать, что Колосков–деятель вполне естественно, житейски, с годами поменялся на Колоскова–наблюдателя, и созданная им система управления работала не то чтобы без него, но и без пристального его внимания. Он вникал в дело тогда лишь, когда ситуация требовала. Он был чем-то вроде верховного судьи, к которому обращаются в редких, пиковых случаях.

…Вячеслав Иванович ушел красиво. Ведь долгие процедурные вопросы позволят ему окончательно уйти как раз 9 мая, когда на матч Россия—СНГ будут направлены прожектора, телекамеры, фотовспышки. Он покинет российский футбол в День Победы! Марши, овации, аплодисменты. Цветы, улыбки именитых гостей, тосты Платини и Блаттера. Уходит последний герой.

Учитесь, господа, учитесь.


Никита СИМОНЯН, вице-президент РФС:

— Можно ли считать, что Колосков принял окончательное решение оставить пост президента РФС (исполком может и не принять отставку)?

— Несомненно. Это его окончательное решение.

— Выиграет или проиграет отечественный футбол от этого?

— Окажется в проигрыше. Достойной замены Вячеславу Ивановичу просто нет.

— Можно ли подвести какие-то итоги правления Колоскова?

— За эти 26 лет многое произошло. Были и взлеты, и падения. Думаю, со временем будут ходить разговоры: “А вот при Колоскове лучше было...” Но повернуть время вспять невозможно. Считаю, что ошибочность этой отставки станет очевидной довольно скоро.





Партнеры