Ёж ваша мать

Россияне помешались на бронзовых собаках и огурцах

1 февраля 2005 в 00:00, просмотров: 312

Ничто так много не говорит о духе и культуре страны, как ее памятники. Эллины украшали города атлетическими торсами богов и полубогов. Средневековые столицы были уставлены конными статуями императоров. В Советском Союзе главная площадь и здание администрации безошибочно определялись по наличию памятника Ильичу.

Но вот пришли иные времена. Новых вождей, требующих воплощения в бронзе, еще не появилось, однако стало очевидно, что города надо чем-то украшать. Вот и украшают чем придется. Тем более что люди очень полюбили малые архитектурные формы, а уж маленькую-то скульптуру потянет даже самый небогатый провинциальный городишко...

“МК” предлагает вам беглый обзор современных монументальных российских пристрастий.

Степаныч, он же — памятник

Время “великих” прошло. Их и так уже почти всех увековечили. Уж и не знают, как в следующий раз извернуться, чтобы оригинально изобразить, скажем, того же Петра Первого. “Долой царей и вождей. Дорогу — простому человеку” — решили в регионах. В городах стали появляться памятники врачам, учителям, строителям и шахтерам. Но больше всего, как выяснилось, наш народ уважает сантехников — памятники этим “героям канализаций” есть во многих городах: в Сочи, Бердянске, Екатеринбурге... А самый известный находится в Омске. Горожане любовно прозвали мужика в каске, высовывающегося из канализационного люка, Степанычем. Он стал настоящей городской достопримечательностью. Рядом с ним фотографируются свадебные процессии, к нему привозят автобусы с туристами. Как-то Степаныч стал даже участником предвыборного скандала. Сантехник появился на предвыборных листовках местного отделения СПС. Увидев колоритного мужика в каске, московские политики позвонили в Омский предвыборный штаб СПС и совершенно серьезно спросили, давал ли этот человек письменное согласие на использование его фотографии в агитационных материалах. Ответил хором почти весь город: “Он же памятник!!!”

А в скульптуре безымянного дворника, недавно появившейся в городе Владимире, некоторые изощренные горожане усмотрели облик... Феликса Дзержинского. “Вот если у Феликса Эдмундовича бородку сбрить и вместо кителя фартук повязать — вылитый наш дворник будет”, — говорят они.

К подобным сооружениям можно относиться по-разному. Многие представители старой скульптурной школы “малыми памятниками” возмущаются. Так, известный скульптор Левон Лазарев, создавший памятники Сахарову, Станиславскому и Немировичу-Данченко в Петербурге, считал, что скульптуры, представляющие людей различных профессий, вообще неприемлемы для больших городов — не тот уровень. Но горожане так не думают. Своих “малых героев” они любят нежно. И продолжают возводить то там, то сям. Например, в Ростове-на-Дону должна скоро появиться целая скульптурная композиция на набережной: читатель газеты, присевший на скамеечку, а рядом — его собака...



Собачья жизнь

Кстати, о собаках... В последнее время в российских городах появилось немало памятников животным. С большим отрывом лидируют памятники собакам. Почти все они призваны вызывать в людях умиление и жалость. У обочины Южного шоссе города Тольятти сидит на постаменте овчарка и не отрываясь смотрит на дорогу, словно ждет кого-то. Это — “Памятник преданности”. Хозяина пса Константина, послужившего прообразом монумента, в этом месте сбила машина. Семь лет, в зной и стужу, верный пес сидел у дороги. Люди пытались забрать его домой, но он неизменно возвращался на место трагедии. Здесь он и умер. Местные жители сами установили на месте гибели собаки мемориальную доску с надписью: “Псу, научившему нас любви и преданности”. Воссоздал пса в бронзе ульяновский скульптор Олег Клюев.

В Новосибирске стоит памятник псу-саперу, спасшему немало солдатских жизней. В Москве, возле станции метро “Менделеевская”, — дворняжке по имени Мальчик, любимице округи, павшей от рук озверевшей фотомодели.

Есть монументы “литературным” псам. В Петербурге на площади Тургенева открыт памятник самой известной его героине — Муму. Чугунная псина уютно свернулась у огромных сапог Герасима. Инициаторами создания памятника послужили члены общественного движения “За человеческое отношение к собаке”. А в Воронеже установлен памятник Белому Биму Черному Уху.

Встречаются и курьезные композиции. Например, в Вологде недавно установили необычную скульптурную группу — фонарный столб и… задравшая около него ногу дворняжка. Памятник создан в честь знаменательного события: сто лет назад на улицах этого старинного русского города зажглись первые электрические фонари. Так что в данном случае объект “увековечивания” — столб. Но горожанам больше нравится собачка.



Львы, орлы и куропатки, рогатые олени...

Как только появилась такая возможность, народ принялся возводить монументы своим любимцам. На крышах Питера поселились бронзовые кошки, на центральной улице Казани расселась стая почти настоящих голубей. И даже маленький фонтан в подмосковном Железнодорожном теперь украшают дельфины из нержавейки. На ночь их, впрочем, уносят в подсобку ближайшего магазина: вдруг, не приведи бог, кому-то придет в голову украсить ими собственную дачу.

Обычно памятники животным устанавливают не просто так, а за конкретные заслуги. Так, в селе Михайловском стоит памятник зайцу, спасшему “наше все” — то есть Пушкина. В свое время поэт не принял участия в восстании декабристов только потому, что дорогу ему перебежал заяц. Сочтя это за плохое предзнаменование, Пушкин на Сенатскую площадь не поехал и избежал виселицы.

Памятник коту в Санкт-Петербурге тоже имеет свою историю. После блокады, когда в голодное время съели всех кошек, в Ленинграде расплодились крысы и мыши — разносчики опасных инфекций. Тогда по специальному распоряжению советского правительства в город срочно доставили целый вагон усатых охотников. Их выпустили на улицы, и вскоре наступление грызунов было остановлено. Скульптурку так и назвали: памятник “Хорошему коту”.

А власти города Урюпинска решили поставить памятник козе. Ведь сколько от нее пользы: и шерсть, и молоко, и вообще это животное помогало россиянам выживать в самые непростые времена. И чего уж объяснять, за что на Украине поставлено аж два памятника хрюшке. И так все ясно: “Кормилице украинского народа” — выбито на постаменте. Последняя новость: в городе Медыни Калужской области будет установлен памятник пчеле.

Однако самый странный памятник животному установлен не в нашей стране, а в Австралии. Это памятник... моли. Но не простой, а кактусовой. Дело в том, что в свое время первые переселенцы завезли с собой кактусы, намереваясь строить из них живые изгороди, но зловредные растения пошли в рост так быстро, что фермеры не успевали с ними бороться. Пришлось завозить из Бразилии кактусовую моль, которая и справилась с сорняками, да так успешно, что ее увековечили в бронзе.



Герои нашего романа

Памятников писателям в России много, а вот скульптурных изображений литературных героев еще десять лет назад почти не было. Зато теперь...

Небольшая загадка: у французов любимый литературный герой — Д’Артаньян, а у нас — кто? Судя по количеству памятников этому персонажу, наше литературное все — это Остап Бендер. Его скульптурные изображения установлены в Петербурге, Жмеринке, Краснодаре и Элисте, а жители Пятигорска собираются открыть памятник великому комбинатору у входа в знаменитый Провал. В Киеве стоит памятник Паниковскому, а в Харькове по железнодорожной платформе “бежит” отставший от поезда отец Федор с чайником в руках. В Одессе же установлены целых три памятника героям “Двенадцати стульев”.

В Петербурге, вообще перенасыщенном памятниками, больше любят классику. Так, в 1995 году на фасаде дома №11 по Вознесенскому проспекту был установлен барельеф, изображающий нос майора Ковалева. Прототипом для носа послужил обонятельный орган героя повести Гоголя “Нос”, имевший обыкновение разгуливать по городу отдельно от своего хозяина. В 2002 году нос опять взялся за старое — исчез со стены. Искали его целый год, а нашли на лестничной площадке в соседнем доме. Говорят, что теперь унести его можно только вместе со стеной.

На площади Восточного поселка в столице Удмуртии Ижевске стоит железный Буратино. Его происхождение — загадка даже для сотрудников городской администрации, однако местных жителей он очень радует. Они посещают Буратино по праздникам и любят чокнуться с ним стаканчиком водки.

А Пензу с недавних пор украшает памятник Ежику в тумане. Ежик совсем маленький — всего метр ростом. Он испуганно таращит глазки и прижимает к груди узелок. Установлен памятник на месте скульптуры Родины-матери, разбитой вандалами.

Самый загадочный монумент литературному герою имеется в городе Екатеринбурге — это памятник Человеку-невидимке. На плите, что лежит прямо на газоне, видны отпечатки двух босых ступней. Причем пятки явно разные. А все потому, что следы оставляли два соавтора-скульптора.



Ну ты и фрукт!

И наконец, есть совсем странная категория памятников — памятники продуктам питания. Но не всем подряд, а только тем, которые внесли ощутимый вклад в развитие русской культуры. Судя по всему, русскую культуру авторы понимают несколько однобоко. Чем еще можно объяснить стремление установить памятники излюбленным закускам русского человека — плавленому сырку и соленому огурцу?

Кстати, памятник соленому огурцу первоначально предполагалось установить в столице, однако московские власти выразили некоторое недовольство выбором темы для скульптурной композиции и предложили убрать памятник туда, где огурцы произрастают, — в сельскую местность. Судя по всему, его установят в Луховицах — городе, который издавна славится замечательными огурчиками.

Памятник еще одной излюбленной закуси — капусте — собираются установить в Ижевске. Правда, автор памятника Юрий Демин имел в виду не ту капусту, что подается к столу в квашеном виде, и не ту, которая выражается в долларовом и рублевом эквиваленте, а ту, в которой нас всех нашли. Ну, разумеется, кроме тех, кого принес аист.

И совсем непонятный памятник украшает поселок Птицеград, что под Сергиевым Посадом. Это памятник яйцу. Сделано оно из нержавейки, а внутри полое, поэтому за время, прошедшее с момента изготовления, изрядно помялось.



Резюме

Прежде памятники устанавливали строго согласно плану. Понять, как сейчас появляются памятники в городах и вывести закономерность, — абсолютно невозможно. Ну может быть, чуть-чуть прояснит картину одна история. Ростовские журналисты решили выяснить, на основании чего возводятся те или иные скульптурные группы. Разработали легенду и под видом общественной группы пришли в местную администрацию. Представились активистами из международной организации по охране медведей-панд. И попросили в целях спасения вымирающей зверушки поставить в городе памятник. Само собой, пообещали изрядные финансовые вливания. “А каков макет памятника? Что будет изображено?” — поинтересовались чиновники. “Ну как что? — развели руками “общественники”. — Маленькая панда с большими вилами”. — “Панда? С вилами? — задумались было сановники. А потом махнули рукой: — Ну что, зверек хороший. Ставьте”.








Партнеры