Черный ящик “Трансвааля”

так и не найден. Момент истины — кому он нужен?

10 февраля 2005 в 00:00, просмотров: 221

Приближается годовщина со дня кошмарной трагедии в “Трансвааль-парке” — трагедии, унесшей жизни 28 человек, большую часть из которых составляли дети. Все прекрасно помнят кадры по телевизору: дымящиеся в темноте громадные колонны, поломанные, словно невероятных размеров папиросы, из-под которых выбирались ошалевшие от ужаса раздетые малыши, еще несколько минут назад беззаботно плескавшиеся в бассейне... Вся страна следила за событиями по телеэкранам со смешанным чувством ужаса и надежды: может, кто-то еще остался в живых?


Буквально на следующий день после трагедии в средствах массовой информации стала муссироваться только одна версия кошмара: техногенная катастрофа. Гипотезу о теракте отбросили решительно и бесповоротно. А главные вещдоки, надломленные и изуродованные опорные конструкции — своеобразный “черный ящик” трагедии, — были как-то небрежно, не по-хозяйски свалены в общую кучу вперемешку со всем остальным строительным мусором. Самый главный источник летописей трагедии был влегкую изолирован от пристального и дотошного взгляда специалистов.

...Чуть позже городская комиссия вынесла вердикт, что парк эксплуатировался нормально. А раз так — столь необратимые дефекты, способные привести к сокрушительному обвалу здания, ну никак не могли накопиться в предельно сжатые сроки — аккурат за время правления нового владельца.

Не надо быть Нострадамусом, чтобы понять, что два теракта за две недели, да еще за месяц до президентских выборов, — непозволительная роскошь для спецслужб. Тут уже не только показательной поркой — массовой рубкой погон дело пахнет.

Ответный прессинг, известное дело, дал результат: агентура ликвидировала крупного “важняка”, криминального эмира Грозного, отмороженного командира отряда боевиков Хамзата Тазибаева, обвиняемого в подготовке и организации терактов на Тушинском поле и взрыва возле “Националя”.

Тем не менее единственной и самой удобной для спецслужб версией могла и продолжала быть только версия о техногенной катастрофе. Дело оставалось за малым: убедить в этом самого мэра и заставить взять вину на себя. В качестве тарана привычно выступила “свободная и независимая” пресса. Поднес свой горящий фитиль к общей информационной бочке пороха и владелец турецкой фирмы, строящей аквапарк. Турок одним махом отвел от себя все подозрения, заявив, что он как бизнесмен и строитель бесконечно далек от мысли хоронить под обломками парка собственный бизнес. После чего в предельно сжатые сроки отбыл на историческую родину. Сугубо спорные высказывания турка были пропущены мимо ушей. Ибо в тот момент все внимание сконцентрировалось на подброшенной “утке”, в которой упоминалось имя владельца фирмы “Интеко” — Елены Батуриной. Но, судя по тому, как был нанесен информационный удар по “Интеко” — неуверенно, невнятно, без достаточной фактологической базы, — становится ясно, что реального компромата у его заказчиков под рукой не было.

Но самое интересное началось потом. Версии о техногенном характере катастрофы одна за другой стали лопаться со скоростью мыльных пузырей. Уже через неделю после трагедии комиссия признала, что грунт, на котором покоилось здание, был не насыпным, а нормальным, жестким и вполне пригодным для масштабного строительства. Что снег при всем своем желании не смог бы обрушить купол, способный по своим прочностным характеристикам вынести на себе антарктический айсберг. Что влажность в 60 процентов внутри помещения, на которую уповали “искатели истины”, — оказывается, совершенно нормальная уличная влажность. Что бетон, впитывая влагу, становится только крепче. Что эксплуатация здания была практически безукоризненной...

В конце концов сам автор проекта — архитектор Нодар Канчели — публично заявил, что ошибка в его расчетах исключена в принципе. “И в такой не самой сложной конструкции, как московский аквапарк, он не мог ошибиться по определению: проект все-таки прошел международную экспертизу, — сообщил на условиях анонимности профессор одной из кафедр инженерно-строительного университета. — Спроектированные же Нодаром Гостиный Двор и Лужники охватывают гораздо большую площадь, и аквапарк по сравнению с ними по уровню сложности — все равно что бухгалтерские счеты по сравнению с ноутбуком пятого поколения. Конструкция парка почти хрестоматийная, классическая, и уже только поэтому надежность ее достигает предельно возможной отметки...”

Прошел год. Хочется надеяться, что следствие продвинулось хоть в каком-то направлении. Осталось много вопросов — и не только к следователям. Сыскари то ли в силу несгибаемой корпоративной этики, то ли потому, что так велено, то ли оттого, что действительно не могут докопаться до истины (возможно и такое), ведут свою игру. Возможно, реальные факты вскроются тогда, когда поступит команда.

Да, прошел уже год. Но в “старых песнях о главном” не изменилось решительно ничего — даже тональность. В СМИ появилась теперь новая одиозная тема: к примеру, сравнить строительство фундаментальной библиотеки МГУ (которое — вот оказия! — вела та же фирма “Интеко”) с возведением другого аквапарка — чеченского, в Грозном, — и сделать вывод: мол, тот рано или поздно взорвут, и библиотека — такой же мыльный пузырь. Логика, достойная отдельного психиатрического исследования. А вопрос об отсутствии у многих журналистов своего внутреннего цензора, профессиональной и нравственной скрупулезности по-прежнему весьма актуален...

Спустя год после трагедии стало очевидно, что охота на ведьм и сверхактивные поиски козлов отпущения увенчались фиаско. Если Канчели действительно виновен — почему нам об этом до сих пор не известно? Если это теракт — кто взял на себя ответственность за его исполнение? Террористы, как известно, после совершения очередного теракта обычно раскланиваются с потерпевшей стороной. В случае с парком раскланиваться никто не стал. Интрига, раскрученная вокруг приобретения госпожой Батуриной аквапарка, быстро сдулась: выяснилось, что фирма “Интеко” его не покупала...

Или следствие окончено — забудьте — и момента истины не будет?..





Партнеры