Невеста Aннушка и братец “Иванушки”

Отец Игоря Сорина: “Я женился на фанатке покойного сына, и меня назвали педофилом”

28 февраля 2005 в 00:00, просмотров: 15481

Подростково-девчачья половина страны в середине 90-х с ума сходила от очаровательного романтика с грустными глазами Игорька Сорина. А он мечтал полететь к звездам, но сам быть звездой не желал. На пике популярности “Иванушек International” он покинул группу, а спустя несколько месяцев кумира девчонок-малолеток не стало. Сделав семь лет назад всего один шаг с балкона шестого этажа, Игорь прервал свою песню и перечеркнул жизни близких ему людей...

Но жизнь — жестокая штука, и она идет своим чередом. Вскоре его 66-летний отец Владимир Семенович Райберг ушел из семьи, чтобы создать новую.

Сегодня у Игоря Сорина растет маленький братишка Марк, как две капли воды похожий на него. Жаль, что Игорь никогда его не увидит. А жена Владимира Райберга — фанатка его сына.

“Хочу забыть я эту вечность.
И, все забыв, уйти во сны...”

Девчонке в пятнадцать лет нужен кумир, идол, которому можно поклоняться и чьи фотографии будут смотреть на нее с каждого свободного сантиметра комнатной стенки. Дальновидный музыкальный продюсер Игорь Матвиенко попал, что называется, в десятку, когда вывел на сцену трех обаятельных парнишек, так ловко вписывающихся в образы идеалов для школьниц.

Пресса моментально окрестила Андрея Григорьева-Апполонова Рыжим, Игоря Сорина — Клоуном, а Кирилла Андреева — Суперменом. А после выхода хита “Тучи” началась настоящая “иваномания”: аншлаги на стадионах, стаи поклонниц и первые строчки хит-парадов.

“Я мечтаю о том, чтобы маленький мир, который я придумал, никогда не разрушился...” — скажет Игорь в одном из своих интервью на пике популярности. Но все рухнуло...

— Игорек не сам все разрушил. Всему виной обстоятельства, в которых он оказался, — считает отец Сорина Владимир Райберг. — Его погубила истерия вокруг “Иванушек”: фанатизм поклонниц, пристальное внимание прессы. Дело в том, что самому Игорю не нравилась роль весельчака на сцене. Он ведь никогда не страдал от звездной болезни (в которой его не раз упрекали), а хотел быть “широко известным в узком кругу”...

Игорь не раз говорил, что вся эта мишура не для него. Вскоре пошли срыв за срывом. Клоун начал бунтовать. “Вам нужны девочки, слава?! Ну вот и идите туда... На сцену! Я вам ее уступаю!” — кричал он в минуты гнева Кириллу и Андрею прямо перед началом концерта.

— Он бросал все и не выходил к публике. Бывало даже, что во время “живых” концертов на сцене находились только Андрей с Кириллом, а сын просто стоял за кулисами и пел оттуда в микрофон, — вспоминает Владимир Семенович. — К тому же у него начались ссоры с Андреем... Тот жаловался Матвиенко — мол, Игорь делает все не то и не так. Рыжий хотел быть лидером в группе — Игорь ему мешал. Но Матвиенко любил Игоря и Андрея не слушал. Пока в конце концов сын сам не решил покинуть группу. Мы с его мамой тогда очень расстроились. Ведь он ушел в никуда.

После ухода из “Иванушек” Игорь впал в депрессию. Все, кто предлагал ему помощь, оказывались либо недостаточно влиятельными людьми в музыкальном мире, либо обычными проходимцами. В прессе не раз упоминалась история о некоем загадочном “помощнике” Сорина, который предложил свои услуги, а потом просто кинул парня.

— Да, был такой. Он действительно очень сильно подставил Игоря. Я не хочу говорить об этом подробнее. Скажу только, что Игоря тогда все это очень сильно подломило... — признается Владимир Семенович. — У меня всегда был какой-то страх потерять его. Он всю свою жизнь куда-нибудь да влезал. Сперва, когда был еще мальчишкой, в какие-нибудь котлованы, ну а когда повзрослел — все стало намного серьезнее. Я очень боялся за него...

Официальная версия гибели Игоря Сорина — самоубийство. Говорят, в своей предсмертной записке он написал: “Приглашаю всех полететь со мной к звездам”. Но отец, Владимир Семенович, считает, что это была не предсмертная записка.

— Просто когда человек уходит, то все начинает восприниматься по-иному. Любое слово, строка или звук воспринимаются как послания. Я думаю, это была обычная бумага, где просто была написана случайная фраза, которая пришла ему в голову. Я не верю, что он покончил с собой. У него на тот момент было много предложений, куча планов, любимая девушка. Зная о его вокальных данных, ему предлагали роль Пушкина в кино, роли в мюзиклах, опере и даже петь Евгения Онегина в одной из постановок. Но следствие завершилось, и возвращаться к нему никто не хочет...

“Две слезы столкнулись в небе и потом, упав на землю, без сознания лежали”

— Если бы Игорь остался жив, наверное, мы со Светланой Александровной — его мамой — были бы вместе до сих пор... Со Светланой мы познакомились, когда ей было 26. Она приехала вместе с подругой в Москву отдохнуть на каникулы, — вспоминает Владимир Семенович. — Мы влюбились друг в друга с первого взгляда... Уже через несколько дней я приехал к ней в ее родной город. Потом — свадьба и больше тридцати лет брака.

— Ваш союз разрушила смерть сына?

— Мы любили друг друга. И Игорь был ребенком любви. Просто в какой-то момент наши отношения дали трещину. И это произошло давно. Мы отдалились друг от друга еще до гибели сына. А когда сын погиб, сразу появилась какая-то пустота. Я думал: “Для чего все? Зачем вся эта суета? Зачем жить?”

А между тем многие поклонницы Игоря Сорина после его смерти сменили место своего пристанища. Им теперь стал погост. Девчонки ухаживали за могилой, приносили цветы.

— Однажды мы пришли к Игорьку и увидели, что с могилы сына исчезло его большое фото. Мы со Светланой были просто в шоке, — вспоминает Владимир Семенович. — А через несколько дней нам домой позвонила девушка и, плача, сказала: “Извините, это я взяла фотографию. Мне стало страшно — ведь Игорь там стоит один, на холодном кладбище...” Они, эти девчушки, действительно любили сына. Вообще, его поклонницы были частыми гостями в нашем доме. Образовалась целая компания вежливых девочек, которые не исписывали подъезд нашего дома надписями типа: “Если ты со мной не встретишься — я убью себя!”, а просто заходили пить чай с конфетами и вспоминать Игоря. Ну вот, Аня была одной из них.

Примерная 19-летняя студентка медицинского института появилась на пороге дома родителей своего кумира, держа в руках портрет Игоря, написанный ею. Изумленные Владимир и Светлана с благодарностью приняли подарок и пригласили девушку в дом. Так для отца Игоря Сорина началась другая жизнь.

Аня чаще других заходила в гости после занятий, стала добрым другом семьи. Но дружба зашла далеко... Владимир Семенович начал понимать, что его тянет к этой милой девушке, так неожиданно появившейся в их доме. Он гнал от себя странные мысли: “Ей 19, мне за 60 — это же просто смешно!” Но Аня почувствовала то же влечение. Она скучала по Владимиру Семеновичу, ждала коротких встреч с ним. Наконец оба поняли, что все зашло слишком далеко и нет смысла скрывать их отношения.

— Сложно было решиться на такой шаг? Ведь у вас огромная разница в возрасте.

— Да уж! Кем только меня не называли! Сколько гадостей я наслушался. Страшно вспомнить. И “педофил”, и “крыша поехала”, и “извращенец”. Даже не знаю, как мы все это тогда пережили, — вспоминает Владимир Семенович. — Ане тоже досталось от ее родителей. Я их, кстати, очень хорошо понимаю — как еще они могли отнестись к такому выбору дочери!

Уход Владимира Семеновича из семьи повлек новые сложности. Первое время они вместе с Аней жили у ее родителей, но постоянные конфликты с ними вынудили Владимира Семеновича искать другое пристанище. Где только после этого ему не приходилось скитаться! Жил у каких-то друзей, знакомых, спал на стульях, даже в прорабской коротал ночь на дырявом матраце.

“Когда-нибудь, прелестное созданье, я стану для тебя воспоминаньем...”

“Прелестное созданье” зовут Марк. Он появился на свет через год после знакомства Владимира и Ани.

— Я всегда мечтал о втором ребенке, — признается Владимир Семенович, — хотел, чтобы у Игоря был тыл. Он рос один, но я всегда мечтал о брате или сестре для него. А когда говорил об этом Светлане Александровне, она наотрез отказывалась рожать еще раз. Я не знаю, хотел ли Игорь братика или сестричку, мы с ним об этом так и не поговорили... Думаю, он обрадовался бы. А когда он погиб, я понял, что теперь просто схожу с ума от мысли о втором Игорьке... Светлана тогда предложила усыновить мальчика, но я хотел только своего ребенка. Родного. Появилась Аня, в которую я по уши влюбился. Родился Марк. Это просто чудо. Я не знаю, за что мне такое счастье.

Сейчас брату Игоря Сорина Марку четыре года, и он как две капли воды похож на Игоря.

— А каким был Игорь в детстве?

— Ну, его пробовали на роль Тома Сойера в фильме Станислава Говорухина, но утвердили очаровательного мальчугана с огненными волосами, Федю Стукова. В итоге Игорь сыграл роль школьного друга Тома. Сам же Игорек в детстве был скорее Геком Финном. Таким очень рассудительным и хитрым ребенком. Он с детства обладал умением высказать свои мысли не так, как все. Он подбирал какие-то необычные слова и витиевато все объяснял, философствовал. У него была жажда... Жажда своего пути.

— Марк такой же?

— О! Марк еще хитрее, чем Игорь. Очень творческий мальчик растет. Он постоянно что-то напевает, танцует, у него прекрасное чувство юмора. Я хочу ему дать все то, чем в свое время обделил Игоря. Я был в чем-то слишком жестким со своим старшим сыном, не был ему другом, которым должен быть отец. И огромное чувство вины не дает мне покоя. Сейчас, я думаю, жизнь дала мне второй шанс, чтобы я исправил все свои ошибки.

— Кстати, в титрах к фильму у Игоря фамилия Райберг...

— Мы уже позже решили, что Сорину, это фамилия Светланы Александровны, будет легче в жизни чего-нибудь добиться, чем Райбергу.

— А у Марка какая фамилия?

— Райберг.

Родители Ани долго не хотели признавать Владимира Семеновича. Только рождение внука немного смягчило их сердца. Сейчас мальчик, которому пошел пятый год, временно живет у бабушки, так как условия, в которых приходится перебиваться Владимиру Семеновичу с Аней, совсем не подходят для маленького ребенка. Сами они ютятся в крошечной комнате в коммуналке.

— Светлана Александровна оставила себе две квартиры — нашу и Игоря. У нее, кстати, сейчас тоже мужчина появился, насколько я знаю. Мне она купила эту комнату, — рассказывает Владимир Семенович. — Но вы себе даже не представляете, как нам хорошо вместе с Анечкой. Как это здорово — проснуться утром вместе с ней, пусть даже в крошечной комнатушке. Нас никто не трогает, и мы просто счастливы от этого.

Нравы коммунальной квартиры известны. Когда на пороге появились Владимир Семенович и Аня, соседи сразу насторожились — какой-то старик любовницу в дом привел. Только когда супруги показали паспорта со штампами о заключении брака, бабульки немного успокоились. Хотя до сих пор недоумевают: “Она же во внучки ему годится...”

Сейчас Аня закончила институт, учится в ординатуре и... хочет второго ребенка. Она ходит на все концерты мужа (Владимир Райберг — певец-бард. — Авт.), и ее место всегда в первом ряду. “Вот эта девушка, — часто указывают на Аню Владимиру Семеновичу, — так похожа на вас! Она ваша дочь?” — “Это моя жена”, — улыбается он. Владимир Семенович и Аня каждый день навещают маленького брата Игоря. Марк уже сам звонит по телефону. Скажет: “Папа, у меня все хорошо! Приезжай!” — и кладет трубку.

В комнатке Владимира и Ани живет частичка Игоря. На пустой стене висит его большое фото. Владимир Семенович и его новая супруга считают, что Игорь не умер. Он жив. Жив в Марке, жив в его фотографиях. Жив в его песнях. Недавно Аня разбирала старые фотографии и наткнулась на снимок, где маленький Игорек вместе с отцом на отдыхе на море, плещутся в воде под обжигающим солнцем.

— Мы с ним вдвоем отдыхали. А тогда я его взял с собой на несколько дней, и мы просто посвятили эти дни друг другу.

Аня увеличила эти снимки. Сейчас они тоже заняли свое законное место на стене рядом с портретом Игоря. Он смотрит на них. На брата, которого он так и не увидел, на отца, который смог так круто изменить свою жизнь, и на молоденькую фанатку “Иванушек” Аню, родившую ему брата.

Владимиру Семеновичу часто снится один и тот же сон. Маленький Игорек, еще младенец, ползет к нему по теплому, согретому лучами солнца, песку. Навстречу сыну ползет сам Владимир Семенович, и он такой же крошечный ребенок. Они улыбаются, тянут друг к другу пухлые детские ручки и становятся одним целым.

— Вы понимаете, — говорит Владимир Семенович, — я как будто заново родился... Начал жизнь с нуля. И теперь мечтаю только о том, чтобы у меня было больше времени на жизнь... Скажу только вам, по большому секрету: Аня ждет еще одного ребенка. И теперь у Марка тыл будет прикрыт, чего, возможно, не хватило для жизни Игорю.



Партнеры