Пройдя все круги “льготного ада”, дома Юля просто сказала матери:

“Я не хочу больше жить...”

11 марта 2005 в 00:00, просмотров: 1681

СПРАВКА “МК”. Медработникам предписано по первому же требованию выдавать льготный инсулин, без которого человек просто умрет. Услуги медиков в этом случае тоже оплачены государством.


Вот и письмо в редакцию Юлии Эйн было без злобы и возмущения. В нем только факты трехнедельного хождения по мукам: к участковому врачу, медсестре, заместителю главврача районной поликлиники №61, окружному чиновнику; а потом к тем же, только в обратном порядке — с единственной просьбой: выписать лекарство, гарантированное ей государством.

“С пяти лет (в течение 26 лет) я страдаю тяжелой формой сахарного диабета I типа (инсулинозависимый). Согласно подобранной в стационаре дозе инсулина, по льготным рецептам мне положено 4 баллончика инсулина актрапида и 1 баллончик инсулина лантуса в месяц, а также 100 полосочек (2 упаковки) для визуального определения сахара в крови в квартал.

Несмотря на это, с июля 2004 г. по январь 2005 г. мне не выдали ни одной упаковки полосок для контроля за сахаром в крови в домашних условиях. А в сентябре, октябре, ноябре 2004-го я не получила и инсулина актрапид НМ. Предлагали менее действенный. Но в течение последних 14 лет я получаю именно этот препарат — при нем была достигнута компенсация сахарного диабета и хороший уровень сахара в крови. На другой инсулин у меня резко повышается сахар (15 ммоль/л — в три раза выше нормы) и отмечены гипогликемии (3 ммоль/л — резкое падение сахара), что абсолютно недопустимо. Это подтвердила и последняя госпитализация в горбольнице №63 в ноябре 2004 года.

Участковый врач-эндокринолог Нина Григорьевна Вдовина объясняла отказ тем, что якобы “есть проблемы с поставками этого инсулина”, “его нет на складе”, “нет в аптеке”, что “на полоски у поликлиники не хватает бюджетных денег”.

Главный эндокринолог Южного округа К.Согомонян, к которой я обратилась за разъяснением, заверила, что на каждого больного сахарным диабетом выделено достаточно средств — она лично делала заявку.

Но — пришлось покупать лекарства самой (инсулин актрапид — 1480 руб. на месяц, полоски стоят 480 руб. на 1,5 месяца).

В декабре 2004 года, пока не было врача-эндокринолога, медсестра Т.Мачульская тоже отказала в рецепте на нужный инсулин: “нет на складе”. На складе ответили, что “этого лекарства достаточно, все больные им обеспечены”. Рецепт я все же получила, но с каким трудом! Ежедневно в течение двух недель надо было ходить в поликлинику, как на работу.

И так каждый месяц: чтобы попасть на прием к врачу, надо отсидеть в очереди 4—5 часов, чего физически я просто не выдерживаю — болят ноги, есть осложнение на почки, скачет давление. А уколы надо делать 4 раза в день, кушать 5—6 раз в день.

В январе 2005 г. мне снова отказали в инсулине — медсестра Мачульская сделала запись в карте, что отказывается выписывать мне рецепт. С этой записью я пошла к руководству поликлиники. Получив инсулин в аптеке, лишь дома обнаружила, что в коробке вместо 4 баллончиков актрапида только 3.

На следующий день я снова пошла в аптеку, где мне отказались выдать недостающее лекарство и вручили распечатку компьютера, в которой значилось, что я уже получила не только инсулин, но и другие лекарства (?!). Но рецепты-то на другие лекарства были еще у меня на руках (получить их, не отдавая рецепта, я никак не могла).

Я решила, пока не поздно, вновь обратиться к главному окружному эндокринологу. Но обнаружила, что в моей медкарте запись медсестры об отказе выписывать рецепты была уже замазана штрих-корректором, а компьютерная распечатка вырвана и заменена новой, с другими данными. Кроме того, в карте появилась запись о том, что в январе я получила 5 (вместо положенных 4) баллончиков актрапида НМ. (Доказать обратное я, конечно, не могу.)

Такие же проблемы и с другими препаратами: энапом, арифоном (от высокого давления). Сначала надо отсидеть в очереди к терапевту 3—4 часа, получить рецепт, отдать его в аптеку, где снова скажут: “Нету — ждите”.

Ждать приходится иногда 2—3 дня, а иногда и 2—3 недели. Информации о том, когда будут лекарства, не дают, говорят: “Приходите, узнавайте”. А когда приходишь, отвечают: “Уже нет. Были, но все розданы больным”.

Юлия ЭЙН, 31 год, инвалид II группы (бессрочно), ул. Кировоградская, 18.

Вопросы без ответа

Беседа с главным врачом поликлиники №61 Верой Ивановной Бутриной напомнила сказку про белого бычка.

— Вера Ивановна, если больная с пяти лет принимает инсулин и стационар определил ей конкретное лекарство, которое она, кстати, принимает последние 14 лет, почему надо каждый месяц заставлять тяжелобольного человека часами высиживать у кабинета эндокринолога, ждать по нескольку дней лекарства в аптеке?

— Надо же смотреть, какое лекарство ей больше подойдет. (?! — А.З.)

— Почему врач-эндокринолог, а в ее отсутствие медсестра, отказали Юлии Эйн в выписке лекарства, которое есть на складе?

— Может быть, у Юли были какие-то противопоказания. (?! — А.З.)

— А вы не допускаете, что ваши работники могли выписать другое лекарство из корыстных соображений?

— У моих сотрудников корыстных целей нет. Сейчас чехарда со 122-м законом. Видите, что в стране творится? Некоторые пациенты выписывают лекарства впрок: сегодня у одного эндокринолога, завтра — у другого. А некоторые выписывают лекарства, чтобы подарить их кому-то в качестве презента. (А зачем медкарта пациента, в которой должно быть указано, кому и какое лекарство выписано? — А.З.) С лекарствами у нас нет проблем.

— Тогда зачем пациент обращалась к вашему заму?

— А для чего существует администрация? Она и должна решать возникающие недоразумения.

Вот и поговорили...

“Подать бы на врачей в суд”

Мы попросили прокомментировать ситуацию президента международного клуба “Прощай, диабет”, спортивного физиолога Бориса Жерлыгина.

— Действия врачей, из-за которых льготники (как правило, это очень больные люди) испытывают нечеловеческие страдания, преступны. Подать бы на этих эскулапов в суд. И пусть те, кто причастен в данном случае к издевательствам над тяжелобольной девушкой Юлей, возместят ей хотя бы моральный ущерб. А после этого этих врачей уволить. Они же представляют опасность для больных! То, что они делают со своими пациентами, — намеренное издевательство.

Кстати. В выписном эпикризе, выданном Юлии Эйн городской клинической больницей №63, черным по белому написано, что “при назначении другого инсулина у больной отмечена гипогликемия”...

“В связи с тем, что на инс. “Actrapidi” достигнута компенсация, не заменять на другие короткие инсулины!!!” — дает указание участковым врачам главный окружной эндокринолог К.Согомонян, выслушав жалобу Юлии Эйн. Три восклицательных знака в конце распоряжения означают, надо полагать, не восторг, а возмущение работой медработников поликлиники №61.

— В данном случае налицо угроза не только здоровью Юли, но и ее жизни. С диабетом шутки плохи, с инсулинозависимым тем более. В один прекрасный момент, если организм вовремя не получит спасительную дозу нужного инсулина, может наступить кома. Юле с ее заболеванием нужна спокойная жизнь. Ведь сахар в крови повышается даже оттого, что она нервничает. А следом поднимается артериальное давление, страдают сердце, сосуды, почки, глаза, мозг. Когда в напряжении весь организм, идут разрушительные процессы.

Но русские люди терпеливы и не привыкли бороться за свои права. Тем более судиться с врачами. И напрасно. Если лекарство находится в льготном списке и оно есть на складе, но врач не выписывает, как в Юлином случае, значит, медработник заинтересован в выписке другого лекарства, за которое ему скорее всего заплатили деньги. Другого объяснения я не нахожу.

И второй момент, относительно лекарств. Средства на препараты для диабетиков, и тем более для инсулинозависимых, нашим государством отпускаются в достаточном количестве. Но дорогостоящие препараты часто до больных не доходят. Почему? Куда они деваются? Это уже вопросы к прокуратуре.


P.S. “Прошу вас обеспечить мне возможность получать льготные лекарства в поликлинике №182 ВАО г. Москвы, т.к. я уже в течение 4 месяцев (ноябрь 2004 г. — февраль 2005 г.) не получаю всех лекарств, кроме инсулина, эльтераксина, манинила, игл для ручки-шприца”, — это уже из письма в нашу редакцию москвича Ю.Г.Романова (ул. 1-я Прядильная, 7а).

“При обращении в канцелярию Президента РФ я получил сообщение, что мое заявление отправлено в правительство Москвы. Ответ пришел из Департамента здравоохранения Москвы, что получаю все лекарства... Это заведомый подлог.

И еще: лекарства мне подобраны стационаром, любое изменение приводит к ухудшению моего здоровья...

P.S. Амбулаторную карту я держу у себя дома, т.к. неоднократно в сходных ситуациях оригинал амбулаторной карты пропадал. Приходилось восстанавливать”.

Комментарии излишни...




Партнеры