Люди — не пешки

Каспаров жертвует собой. Зачем?

12 марта 2005 в 00:00, просмотров: 236

Гениальный шахматист Каспаров объявил:

— Бросаю шахматы. Ухожу в политику!

Каспаров решил возглавить оппозицию. Но это “ухожу” звучит странно. Он давно в политике.

В конце 1980-х он с гордостью назвал себя “Дитя Перестройки”. Это, конечно, не шахматная, а политическая вывеска.

Потом он был в партиях Гайдара — в “Выборе России”, потом в “Демвыборе России”. А потом, когда Гайдар все проиграл, Каспаров появился рядом с Лебедем и Рогозиным в Конгрессе русских общин (КРО). И на вопрос: “Почему Каспаров с вами?” — Лебедь гордо отвечал:

— Потому что он умеет считать!

Лебедь имел в виду, что Каспаров блестяще просчитывает варианты. Однако КРО в Думу не прошел. Потом Каспаров поддерживал Лебедя-губернатора. Но Лебедь, мир его праху, к сожалению, не справился и с Красноярским краем.

Потом было некоторое затишье. В перерывах между шахматными партиями Каспаров пропагандировал “Новую хронологию” академика Фоменко, которая утверждает, что Александр Македонский и Наполеон — одно лицо; египетским пирамидам не тысячи, а сотни лет; Чингисхан разбит Кутузовым под Бородином. Это кажется безумием, но мы своими ушами слышали, как Гарри Каспаров с огромным энтузиазмом, захлебываясь, объяснял, какие все историки были дураки и как оно всё было на самом деле.

Гениальный шахматист, но не очень хороший организатор. Мировая шахматная система развалена, и в основном Каспаровым.

Гениальный шахматист, но, как бы это сказать, сомнительный демократ. Пару лет назад, когда Кирсан Илюмжинов в очередной раз приказал калмыкам избрать себя в президенты, Каспаров публиковал невероятно хвалебные статьи в его поддержку. И это тогда, когда демократическая общественность пыталась привлечь Илюмжинова к уголовной ответственности за убийство журналистки Юдиной.

...Начинаешь перечислять минусы очередного претендента на роль лидера оппозиции, а от уважаемых демократов в ответ слышишь:

— Надоело! Сколько можно поминать старое?!

Это не ответ. Это раздражение. Это отказ признать ошибки и, значит, готовность совершать их опять. “Сколько можно?!” А сколько можно поминать фашизм? Ответ: всегда, покуда есть жертвы. Всегда, пока не забыт Освенцим.

Да, Каспаров великий шахматист и гениально умеет считать варианты. Но люди — не пешки, даже не кони. Это шахматные фигуры абсолютно повинуются игроку, даже когда он приносит их в жертву ради своей победы.

Люди тоже умеют приносить себя в жертву. Но их надо уметь убедить.




    Партнеры