“Коля уже слушает музыку!”

Состояние любимого артиста улучшается

14 марта 2005 в 00:00, просмотров: 165

В Склифе врачи продолжают бороться за жизнь Николая Караченцова. Семья артиста каждый день приходит в Склифосовского — жена Людмила Поргина, невестка Ирина и сын Андрей. Последнюю информацию мы получили из первых уст, от супруги Николая Петровича.

— Люда, только ты можешь передать истинную картину. Каково сейчас самочувствие Николая Петровича?

— Коля поднимает голову. Он может уже сам повернуться: когда я его переворачиваю на бок, он сам ложится на спину. Двигает руками и ногами, закрепились все рефлексы. Когда делают укол, морщится. Сделали томограмму мозга — все хорошо, как у нормального мужчины его возраста.

— А что с легкими? Он еще на аппарате?

— Пока да, но 60 процентов легких дышат сами, 40 — с помощью аппарата. Врачи говорят, что внутри много поломов и ему еще нельзя ворочаться, легкие надо беречь.

— Ты разговариваешь с ним?

— Каждый день, постоянно. Я знаю, что он меня слышит. Мы принесли ему плеер, он слушает музыку. Свои песни тоже. Когда что-то не нравится — морщится.

— Как его кормят?

— Коля ест через зонд. Получает 2000 калорий в день. У него отличный аппетит. Желудок, почки, сердце — все работает отлично.

— Что говорят медики по поводу выхода из комы?

— Врачи делают все, что можно, и Коля идет им навстречу. Врачи говорят так: три недели обычно находятся в таком состоянии. Уже прошло две, значит, через неделю ждем выхода.

— Передай, пожалуйста, от “МК”, от всех наших читателей и фестиваля актерской песни наш привет. И — держись, держись, Петрович!

— Обязательно передам.

* * *

Как сообщили “МК” в реанимации нейрохирургического отделения, Николай Караченцов постепенно выходит из коматозного состояния. Медики уже смело говорят о положительной динамике в его состоянии, хотя по-прежнему давать индивидуальный прогноз опасаются. Около Караченцова постоянно дежурят врач и медсестра, точно мониторы, наблюдают, как отклоняются зрачки глаз, насколько напряжен подбородок...

Артист находится в реанимации, которая рассчитана на девять коек. Его, как и других обитателей палаты, кормят через зонд, который через нос вставляется в желудок. Медсестра в большой шприц набирает специальную молочную смесь, которую готовят на кухне института, и присоединяет его конец к зонду. Хотя в реанимации не принято говорить, что больных кормят, — их питают, причем по-разному. Считается, что лучше, если пища поступает прямо в желудок больного, иначе его слизистая оболочка начинает себя изъедать, могут возникнуть острые язвы, начнется кровотечение. Хорошо, если больной глотает сам. Питают больных и протертой пищей, которую приносят родственники: мясом, бульонами, фруктами и соками. Если пища в желудке у больного не усваивается, его приходится “кормить” специальным раствором через вену. Специальные датчики фиксируют вдох больного. И если происходит случайное рассоединение больного с аппаратом искусственной вентиляции легких, раздается сигнал.

Что будет чувствовать Николай Петрович, когда начнет выходить из комы?

Человеку, выходящему из комы, легче сосредоточить взгляд на каком-то ярком фоне, говорят специалисты. Поэтому над постелью больного часто подвешивают детские игрушечки. Из комы больные обычно выходят постепенно, через измененное сознание. Это только в американских фильмах человек, месяц пролежавший в коме, вдруг вскакивает и начинает убегать от полицейских. Моментального выхода из коматозного состояния не бывает. Больные не помнят, как их все это время переворачивали, расчесывали волосы, разговаривали с ними... Это нормальная защитная реакция организма. Они могут помнить только последнюю смену врачей и медсестер.

Никого, кроме родственников, к Николаю Караченцову сейчас не пускают. С точки зрения санитарно-гигиенических норм никакие посторонние предметы в реанимацию не берут. Исключение составляют маленькие иконки, нательные крестики, которые кладут больным под простыню. Не передают медики больным цветы — они им просто не нужны. А в реанимации повернуться и так негде.




    Партнеры