Дико голый диско трэш

Как Rammstein угодил в Паучьи сети

18 марта 2005 в 00:00, просмотров: 1199

“Белый Медведь” — это, как говорят ее участницы и создатели, “организованная группа экстремального диско”. Неведома зверушка уродилась на многострадальных подмостках отечественной попсы...


Их первый по-настоящему крупный публичный перфоманс состоялся почти год назад на празднике “Московского комсомольца” в “Лужниках”.

Спустя полгода трио “экстремального диско” практически могло завершать карьеру после триумфального участия в гастролях европейских звезд “огненного металла” Rammstein в Москве. В песне “Moskau” участницы “БМ” Барби, Вампир и Любовь в черных мини и белых блузках с повязанными на шеи пионерскими галстуками маршировали на сцене “Олимпийского” и подпевали звонкими девичьими голосами под раскатистые гитарные риффы немецких метал-монстров: “Пионеры там и тут песни Ленину поют”. Они обскакали самих “Тату” в тендере на участие в московских гастролях Rammstein.

Они готовят дебютный альбом и задумали видеосериал из клипов со сквозным сюжетом про трех хохотушек-стриптизерш, грабящих на гастролях то клубы, то банки, то просто лохов...

Rammstein пригласили “медведиц” сниматься в их очередном тоталитарном клипе в Северной Корее, где по такому случаю будут собраны 150 тысяч человек с флагами и транспарантами...

Их последняя фишка — шлягер “Черный Хаммер” как антитеза “Черному Бумеру” Сереги.

— Серегу раскручивают для размытия бренда Шнура, — считает “медвежий” продюсер Паук. — Людям хочется брутального Шнура, сходить на стадион, например, чтобы “Ленинград” послушать. А им запрещают в Москве выступать и ставят людям этого Серегу — не Шнур, но вроде близко и поприличнее. Люди успокаиваются, и у них заглушается чувство внутреннего протеста против современной действительности нашего общества...

Паук — он же Сергей Троицкий — великий и ужасный главарь дэд-метал-трэш-секс-шоу “Коррозия Металла” — один из составляющих того, что называется “Белым Медведем”, “организованной группы экстремального диско”. Именно он придумал, что на своем концерте девушки не только станут ублажать слух публики экстремальными диско-сюжетами, вроде: “Убили меня вчера, а я так хочу тебя, ты ножки мои сломал и платье мое порвал...”, но и вовсю голосить “самые жутчайшие матерные песни Шнура”. “Медведи”-то пока в Москве не запрещены...

Однако экстремальные составляющие на этом не заканчиваются. Трио практически не обременяет себя одеждой, что сильно затрудняет им выход в массы посредством массовых же средств информации. Это — раз. И они действительно играют очень качественное, почти фирменное по всем евростандартам диско. Это — два. В наших условиях последний фактор, пожалуй, можно считать самым экстремальным.

Опуская все Паучьи телеги о “приехавших из Антарктиды дикарках, у которых не было денег на одежду”, и о том, как их хотели взять на “Фабрику звезд” за “секс или деньги”, но они сбежали и стали скитаться “по извилистым московским улицам”, где их Паук и подобрал, “ЗД” сегодня все же намерена потрещать с мастером провокаций Пауком о проекте “Белый Медведь”, хоть и трэшевым по сути, но тем не менее совершенно нетрадиционным в контексте известных музыкальных пристрастий лидера “Коррозии Металла”.


— Паук, не сошел ли ты с ума? Как тебя в диско занесло?

— Дело в том, что в детстве, еще со школьной скамьи, мое становление в музыке происходило не только на творчестве таких групп, как AC/DC, Iron Maiden, The Beatles, но также и ABBA, Boney M и Tschingishan, под которые мы отплясывали на пионерлагерных дискотеках, хотя после 10 вечера они были дико запрещены большевистским руководством этих лагерей. В общем, я вспомнил молодость, детские годы. Жизненные циклы часто возвращают человека в состояние, в котором он был раньше. Для себя мне по кайфу писать металл, уйат-пауэр или панк-рок, а для такого ансамбля, как “Белый Медведь”, — создавать диско-песни, в которых используются не тяжелые гитары, а клавиши, например. Главное ведь не тяжелая или легкая музыка. Главное, чтобы были правильные и хорошие аккорды. Обычно у нас диско-музыкой считается просто банальный ритм, на который накладываются какие-нибудь блатниковые аккорды, что не имеет ничего общего ни с диско, ни вообще с поп-рок-музыкой в том понимании, которое существует во всем мире.

— Как считаешь, удалось ли тебе?

— К записи была привлечена масса людей. В том числе несколько иностранцев, которые эпизодически приезжали. И мы ездили в Лондон. У нас там записывался саксофонист, который участвует в записях Стинга — вот! Ну, и разные гитаристы, клавишники фирменного уровня.

— Вам удалось даже обскакать “Тату” в проекте с Rammstein...

— Все произошло мистически. У нас дружеские отношения с “Ночными Волками” и Хирургом, и девки часто тусовались на их вечеринках в “Секстоне”. Там было как-то заделано мощнейшее огненное шоу, и Хирург согласился предоставить возможность выступить “Белому Медведю”, так как они играли не блатниковую попсу, а фирменные песни, и это радовало всех байкеров. Они забрались на громадную конструкцию, дико выступили, ездили голыми на мотоциклах, а так как на байк-шоу находились всякие иностранцы, то любительская видеозапись оказалась в Германии. А моя бывшая любовница, которая живет сейчас во Франкфурте-на-Майне, узнала, что как раз мутится какая-то ситуация между “Раммштайном” и “Тату”, но есть напряги, и подсунула через своего немецкого дружка, тоже байкера, который дружит с “Раммштайнами”, эту запись с концерта. “Раммштайнам” тоже нравятся девушки, и они сразу срубили, что это клевые чувихи, которые им гораздо больше по кайфу, чем капризные малолетки — псевдолесбиянки с коронами на головах. Они связались с нами. Правда, люди с российской стороны тут же попытались нагрузить нас счетами за кормежку каких-то 78 грузчиков, которые приехали с “Раммштайном”, и принесли нам дурацкий счет на 850 тысяч ру.

— Вас разводили на взятку?

— Да. Но когда вокалист “Раммштайна” узнал об этом, он пришел в дикую ярость. Орал, возмущался и чуть не избил местного устроителя. Мы в итоге уплатили 500 долларов просто за то, чтобы лимузин проехал на территорию ближе к гримерке и чтобы мы могли спокойно принести ящик вискаря в гримерку.

— Сдружились с немчурой-то?

— Немцы сразу врубились в девок. Было несколько дней кутежа и совместного отдыха, поездки по клубам. Договорились участвовать в турне “Раммштайна” в Северной Корее и Японии. Летом едем.

— А вы показывали Rammstein’у собственные песни?

— Да, им понравилась пара вещей. Особенно одна — в стиле Мадонны. Они говорили: “Клево, клево, что вы ее там простебали...”




Партнеры