В интересах революции

Сойдя с баррикад, “Океан Эльзы” доехал до Москвы

13 апреля 2005 в 00:00, просмотров: 614

Один из героев “оранжевой” революции, украинский если не Робеспьер, то уж точно Дантон (то бишь — поэт-вдохновитель) Святослав Вакарчук отыграл давеча (с “Океаном Эльзы”, разумеется) первый большой сольник группы в России. И отыграл не где-нибудь, а, понимаешь, в “России” (до последней субботы украинские рок-звезды №1 выступали в Москве лишь по клубам или на всяческих фестивалях).


В консервативный плюшево-кресельный концертный зал народу набрело много и разного: от олигархов-меломанов до студенток-фанаток в очках-велосипедах, от рок-персон до топ-моделей, плюс весь украинский дипломатический корпус, понятное дело.


Авторитет “Океана Эльзы” — непререкаем, их песни — пронзительны, драйв неубиваем, и вообще Вакарчук — молодец. Но на данном конкретном концерте лично “Мегахаус” ощущал определенный дискомфорт. Все как-то так, да не эдак. Давит серой тяжестью привыкший к бенефисам Галкина зал, в котором и люди вроде вскакивают с мест, и звук хороший, но вот все как-то распадается, не очень состыкуется друг с другом... “Группа сама по себе, музыка сама по себе, зрители сами по себе, и только злобные бабушки-контролерши всегда на стреме.” — услышал “Мегахаус” на выходе.


В любом случае последующая постконцертная встреча с Вакарчуком была необходима и интересна. Революционный герой-музыкант пережил, безусловно, сильные внутренние потрясения. А эдакие метаморфозы изрядно меняют людей.


— Какое у самого послевкусие от этого концерта?

— Мы сделали нетрадиционную для России вещь. Мы сознательно выбрали не рок-н-ролльный зал и превратили его в рок-н-ролльный. Как бы ни мешали тамошние охранники и бабушки (постоянно одергивающие и обламывающие зрителей) — все равно получилось.

— Все-таки странно как-то… Отыграли бы, допустим, в “Горбушке”.

— Мы — не русский рок, чтоб в “Горбушке” играть. Сначала мы хотели в “России” акустическую программу показать, а когда поменяли формат, подумали: фиг с ним, не будем уже зал менять. Да какая разница — какой зал? Это уже давно никакого значения не имеет. Это всего лишь место, где я стою на сцене, а ты слушаешь музыку, не более.

— А вот планировавшийся тур по России — 15 городов — ты отложил из-за случившихся событий. И сейчас уже непонятно: когда он будет и как… Насколько оправданно было так срывать хорошо проплаченную спонсором бюджетную гастроль?

— Я просто не мог уехать из своей страны, оставить свою семью и близких людей, когда такое творилось. Ты бы тоже не уехала, если б у вас такое было… И я не думал в тот момент о каких-то неустойках и проданных билетах. Это форс-мажор, при котором тебе совсем не важно, будут ли туры у тебя и все такое…

— Ну и ты все это время там что — непрерывно стоял на баррикадах, был центральной фигурой всего этого?

— До момента, когда Ющенко отравили, я старался быть в стороне. Я не скрывал, что я его сторонник, но вел себя так: музыка музыкой, политика политикой. Потом у меня глаза кровью налились — когда очевидной стала несправедливость. И просто жалко стало этого человека: он так намучился! И меня переклинило, я сам пришел в штаб (“оранжевых”) и сказал: “Мы готовы делать все, что нужно!”. Именно в тот момент, когда начала рушиться вера людей, в то, что будущее теперь не будет предсказуемым, мы начали действовать.

А фишка “Океана Эльзы” в том, что мы востребованы на всей территории Украины равномерно. И слушатели “ОЭ” были в двух лагерях, и там, и там. Я не хотел никого агитировать и ездил в города не говорить: “Голосуйте за Ющенко, он хороший!” Я говорил: “Ребята, голосуйте за кого угодно, только давайте делать это честно”. Ведь люди на майдан вышли не из-за того, что выиграл не тот, кого хотели, а поскольку очевидно было: большинство проголосовало за одного, а им сказали: ни хрена. Люди тогда не выдержали. Когда тебе постоянно какают на голову — ты этого не выдержишь. В первый день революции все просто спонтанно вышли на улицы, потом уже каждый занялся своим делом. Врачи пошли раздавать таблетки, юристы — готовить судебные процессы, оптовики привозили одеяла и теплую одежду. Музыканты пошли играть, зажигать людей, чтобы они хорошо себя чувствовали. Абсолютно безвозмездно это все. Кроме того, я дал огромное количество различных интервью, в которых объяснял свою позицию. Про то, что неважно, кто выиграет, только бы все честно. Что повод выходить на майдан в том, что тебя обманули.

— То есть ты всем объяснял, что их обманули. Понятно. А сколько концертов в пользу революции ты отыграл?

— Не считал. В Киеве это были даже не концерты, а скорее символические выступления. Три-четыре дня провели на майдане, чтобы люди видели, что все хорошо. И еще концертов 15 дали по разным городам, в основном восточным (ну где большинство было за Януковича. — К.Д.): Днепропетровск, Харьков, Запорожье…

— То есть ваша главная миссия была — пойти на Восток?

— Конечно. Я им везде говорил: “Вы же любите “Океан Эльзы”. Мы вам пришли сказать, что люди в Киеве просто хотят знать правду!”. Я вот сейчас заметил странную вещь: как только Ющенко стал президентом, 90% его противников куда-то испарились. Кто-то, понятно, как хамелеон, перекрасился. Но большинство просто осознали — что туфтою было все то, что они защищали.

— И никаких вам гонораров за 15 концертов, за целый революционный тур?

— Какие деньги, да ты что!

— Ну а как же звук, сценические конструкции, технические райдеры, проезд, пропитание? Это же все кто-то оплачивал?

— Конечно. В каждом городе находились энтузиасты, которые говорили: мы все сделаем, приезжайте. Да мы райдеры почти не обсуждали, хотя обычно очень придирчивы к звуку. Но здесь — условия не важны, важно было оказаться перед людьми. Ведь не “Океан Эльзы” герои революции, и даже не президент Ющенко, а люди, миллионы людей — вот кто настоящие герои. Никакие сумасшедшие пиар-технологии самых крутых политмаркетологов не заставят бесплатно в минус 10 три недели круглыми сутками стоять на площади полмиллиона человек! За деньги — да, но не бесплатно. И не существует технологий, которые затянут туда людей на “Мерседесах” и “Хаммерах”.

— Ну что ты! Существуют же сверхэффективные техники НЛП (нейролингвистическое программирование), а проще говоря — мегаталантливая, воздействующая на эмоции пропаганда!

— Может быть. Но я абсолютно уверен в том, что в этой революции не было никаких вмешательств со стороны. Вот наш концерт вчера — никто же не заставлял людей вскакивать с мест и танцевать в проходах. Так и здесь: ну любят люди Ющенко, и все. Он самодостаточный: выходит и ничего особенного вроде не говорит, но ведет себя так искренне и так уверенно, что люди ему верят.

— Ну ты ему в личном плане, сразу видно, очень симпатизируешь!

— Как человек он супер. Образец порядочности. Понятно, что в политике — все непростые ребята, и лучше туда глубоко не лезть. Но вот за этого человека я уверен.

— Что, регулярно с ним ужинаете?

— Регулярно — не регулярно… Я много раз с ним разговаривал, я чувствую его энергетику, он хороший человек. Все, больше не о чем говорить.

— И какая была главная революционная песня, которую пели на баррикадах?

— “Майже весна”. Хотя когда я ее писал, даже и не представлял себе ничего о революции.

— И что сейчас, после такого взбодрения чувств и мыслей?

— Продолжаем заниматься музыкой, пишем пластинку, получаем от жизни удовольствие. Хотим напомнить, что мы ведущая рок-группа Украины, а не политическая партия. Ею и останемся.

— И когда пластинка?

— Наверное, в начале осени. Демонстрационно она уже полностью готова. Какая она? Наш саундпродюсер говорит, что в духе “Суперсимметрии”, кто-то из музыкантов — что это нечто более рок-н-ролльное и тяжелое.

— С выходом Земфириной “Вендетты” разделилась эпоха, в том числе и музыкальная. На прошлое и настоящее. Через неделю вот выходит новый “Мумий Тролль”. Он вот делался совершенно параллельно Земфире, но идет совершенно во след ей, он уже из новой эпохи (по звуку, по свободе ощущений, по экспериментаторству, превращающемуся в настойчивый мейнстрим). То, что делаете сейчас вы, откуда?

— Мы живем в другом мире, в другой стране. Поэтому эпохи у нас идут разные. Пластинка Земфиры очень красивая, но для нас она ничего не разделила.

— Я знаю музыкантов, которых она потрясла до испуга.

— Я всегда жду от Земфиры хорошего. Но потрясения нет: потому что я хорошо понимаю все, что она там сделала.

— А вообще у тебя случались музыкальные потрясения за последнее время?

— Показательный факт: новые релизы меня совсем не трогают. Но за последний год я много стал слушать джаз, и Майлз Дэвис — вот это потрясение. Я все больше прихожу к выводу, что после “Led Zeppelin” (которых любить сейчас очень модно, впрочем) и классического рока 60—70-х ничего нового ведь на самом деле не придумано.

— Ну да, “Franz Ferdinand” ногами, типа, из “Madness”…

— “Franz Ferdinand” — это прикольно, но это не потрясение. Все как-то сконцентрировалось и стало таким узким, нишевым, что аж страшно. Личностей новых не появляется. Еще в 90-х появлялось глобальное влияние на умы. Пусть жутко примитивный, но искренний “Oasis”. Сейчас же: там вылез “Franz Ferdinand”, там “Scissor Sisters”, там “White Stripes”, там еще что-то… Оно все классное, но какое-то все узенькое, урезанное… Качественное, но посредственное, короче.


Ну да, не хватает бури в стакане воды.



Партнеры