Секрет фирмы

Работа: соль жизни или поцелуй смерти?

13 мая 2005 в 00:00, просмотров: 229

Одни идут туда как на праздник, другие — словно на эшафот. Если треть жизни человек проводит во сне, то на службе — никак не меньше. Что важнее: семья или работа? — это все равно что спросить ребенка, кого он больше любит: маму или папу. Работа — это и хлеб насущный, и самореализация, и общение.

Три опоздания на работу — и до свидания!

…Он звонит мне примерно раз в полгода с одной и той же просьбой: “Нет ли у тебя кого-нибудь на примете?” — “Что, опять?” — я прекрасно знаю, о чем пойдет речь. Алекс Т., шеф московского представительства одной европейской фирмы, снова ищет личного секретаря. Высокая зарплата, офис в центре города, поездки за рубеж, подарки к Рождеству — что может быть лучше? Увы, сотрудники у Алекса не задерживаются, потому что он требует невозможного: чрезмерной дисциплины. Три опоздания на работу, три телефонных разговора на личные темы — до свидания! Он не любит, когда в офисе смеются, громко болтают или выходят покурить. “Я слишком много хочу?” — недоумевает Алекс.

Нам комфортно, когда коллеги — друзья, а не террариум единомышленников. Когда дни рождения празднуются на службе и чаепитие устраивается прямо за рабочим столом. Когда в “курилке” говорят по душам. Когда не делают карьеру на костях товарища. Когда начальник — отец родной, который и к сердцу прижмет, и к черту пошлет. Все-таки советский трудовой менталитет прочно сидит в нас и пока не сдается. Несмотря на то что управленцы давно превратились в менеджеров, обед — в ланч, а посиделки — в корпоративные праздники.



Красная Шапочка с пирогами

В Советском Союзе на работу устраивались в основном по распределению или “по блату”. Сегодня требуется резюме, портфолио и все та же протекция. Раньше при поступлении достаточно было предъявить диплом об окончании учебного заведения и заполнить простую анкету по принципу “не был”, “не состоял”, “не участвовал”.

— Чем выше позиция будущего сотрудника, тем больше информации о нем требуется, — рассказывает Михаил Зотов, психотерапевт, бизнес-тренер. — Компании, которые занимаются подбором персонала, разрабатывают анкеты под ту или иную должность. Претендента рассматривают словно под микроскопом. Человек отвечает на сотню вопросов, многие из которых просто ставят в тупик. “Расскажите, как вы отдыхали в детстве”, — невзначай интересуется психолог фирмы. “Меня отправляли на все лето в деревню или в пионерский лагерь”, — простодушно признается испытуемый, не подозревая, что один минус он уже заработал, потому что психолог делает вывод, что в семье у претендента не все было гладко, раз отпрыска, словно Красную Шапочку, отсылали с пирогами подальше.

В некоторых компаниях соискателю никогда не зададут вопрос, как бы он поступил в той или иной ситуации, — фантазировать могут все. “Нет, — скажут ему, — расскажите, какое решение в конкретном случае было принято именно вами”.

— Мы принимаем на работу через собеседование, — рассказывает Елена Мюлляринен, директор департамента кадров крупнейшей машиностроительной компании, насчитывающей 15 тысяч сотрудников. — У нас используются специальные методики, помогающие раскрыть личность человека, понять его мотивы. Выбираем тех, кому у нас интересно работать. Если человек сразу начинает говорить о деньгах — значит, ему все равно, где числиться. Прийти, отсидеть и отправиться домой — сегодня это неприемлемо. Нам важно, чтобы претендент разделял ценности, предлагаемые компанией, был инициативным, творческим человеком.

Температура кипения воды, высота Джомолунгмы, формула этилового спирта, первый закон Ньютона — такие вопросы показывают уровень общей осведомленности и интеллекта. Внешность тоже играет роль. Если системный администратор может выглядеть человеком не от мира сего, взъерошенным и даже не очень опрятным, то бухгалтер должен быть тщательно одет и причесан. Конструктору — генератору идей — тоже позволено выглядеть свободным художником, а вот классическому исполнителю лучше выбрать деловой стиль.



Потерять в зарплате, но жить спокойно

— На рядовые позиции в компанию принимаем людей со стороны, а дальше все зависит от самого человека, — говорит Елена Мюлляринен. — Но менеджеров высшего звена берем только изнутри. Это наши сотрудники, которые прошли все ступеньки. В компании есть все возможности для карьерного роста. Когда появляется вакансия, мы объявляем конкурс, участвовать в котором может каждый.

Когда человек чувствует, что ему дышат в затылок и наступают на пятки, он начинает выкладываться по полной программе. Страх оказаться на улице заставляет сотрудников серьезных корпораций держать высокую планку. Они задерживаются на работе допоздна, готовы пожертвовать выходным днем и даже здаровьем. Самоотверженность, конечно, приносит плоды, вот только выдерживают этот прессинг не все. Многие предпочитают потерять в зарплате, но жить спокойно.

— На рынке труда происходят глобальные перемены. Экономика бурлит, а настоящих профессионалов мало. Вчера — технический секретарь, а сегодня — шеф по персоналу. Скачки происходят сплошь и рядом. Идет настоящая война за таланты. Мы не заинтересованы в том, чтобы в отдел кадров выстроилась очередь безработных, — признается Руслан Ильясов, директор по персоналу крупного банка. — Лучше, когда ты сам находишь того, кто тебе нужен. Компании, способные привлекать и удерживать лучших специалистов, имеют огромное конкурентное преимущество на рынке. Это штучный товар, который нельзя имитировать. Как удержать золотой фонд? Человеку важно знать, что его работа оценена, что с его мнением считаются, что его вознаграждение достойно, что в его успехе заинтересованы. Эти люди, как правило, знают себе цену и рассчитывают на уважительное отношение. Был случай, когда человека долгое время уговаривали перейти к нам на работу, и он наконец решился, но, прождав час в приемной, развернулся и ушел.

Не последнюю роль играет и бренд фирмы, когда не стыдно похвастаться перед друзьями, где ты работаешь. В Финляндии, например, чуть ли не 90 процентов выпускников мечтают работать в компании “Nokia”. А бренд — это и лидерство на рынке, и стабильность, и возможность карьерного роста, и корпоративная культура.



О бывшем начальнике — как о покойнике

По официальной статистике, ежегодно свыше 15 процентов россиян меняют место работы. На первый взгляд в этом нет ничего необычного, если бы не одно обстоятельство: самой распространенной причиной увольнения служит конфликт с руководством. Не все способны подстроиться под крутой норов шефа и с олимпийским спокойствием нести свой крест. Тогда работа из “соли жизни” превращается в “поцелуй смерти”, по образному выражению американского профессора психосоциальной медицины Л.Леви.

О бывшем начальнике принято говорить, как о покойнике, — хорошо или никак. Если человек обливает прежнего шефа грязью, не исключено, что в недалеком будущем ситуация повторится, и ведро помоев достанется нынешнему боссу. Кроме того, плохой отзыв о прежнем месте работы нередко свидетельствует о конфликтности претендента на новую должность.

— Исторически складывалась такая ситуация, при которой традиционный российский стиль управления выглядел как абсолютная монархия или патернализм в кубе, — считает Руслан Ильясов. — В иностранных компаниях не так. Там руководитель наделен определенными полномочиями и ограничен жесткими рамками. В то же время и в российских, и в иностранных компаниях успешный начальник — фактически — бог и царь. Если у него все о’кей, вопросы этики часто оказываются вторичными. Я не припомню случая, чтобы менеджера высшего звена уволили из-за плохого характера или других личных качеств.



Галстук набок — всем сидеть!

И все же холодный душ или жаркая баня на ковре редко действует на подчиненных бодряще. Наоборот, когда выходишь из кабинета шефа в подавленном состоянии, руки опускаются и ничего не хочется делать, хотя еще с утра было настроение работать. Иным чувствительным натурам приходится целый день зализывать душевные раны, а дело страдает.

Идеальный начальник — такая же редкость, как ворон-альбинос в живой природе. Лидер — практически всегда агрессивный тип, который прет как танк и все знает лучше других. На Востоке говорят, что если начальник не заботится о подчиненных, как о своих детях, то он не почувствует запаха рая.

Многочисленные социологические опросы показывают, что подчиненные больше ценят в боссе его личные качества, чем профессиональные. Любят шефа, который печется о своих подчиненных, и равнодушно относятся к умному и образованному руководителю, не вникающему в проблемы сотрудников. Правда, любовь подчиненных к начальнику недолговечна, как жизнь бабочки. Пока он смотрит сквозь пальцы на опоздания и прогулы, пока повышает зарплату, пока терпеливо выслушивает личные исповеди, он хороший. Но стоит только сделать сотруднику выговор или, не дай бог, намекнуть о возможном увольнении, о прошлых заслугах будет забыто.

— Жесткий тиран, наделенный властью, все равно останется на своем месте, как бы его ни “чмырили” между собой сотрудники, — убежден Михаил Зотов. — Вот он выходит из лифта, и подчиненные, затаив дыхание, смотрят, в каком настроении шеф. Так, галстук набок — ребята, всем сидеть тихо! Грубость и конфликтность начальника, конечно, блокирует выполнение задач. Но тот же окрик действует на людей по-разному. Одного парализует от страха, другого подстегнет. “Свободный радикал” скорее всего, дав волю праведному гневу, хлопнет дверью и уйдет. Но для большинства людей такого выбора просто не существует. Поэтому им придется терпеть и подстраиваться.

Конечно, сотрудники вправе рассчитывать на ровное настроение своего начальника. Но если в понедельник к нему не подойдешь, во вторник, в среду и в четверг будешь караулить в приемной до посинения, а в пятницу после обеда его и след простыл, то решать какие-то производственные проблемы весьма проблематично. Руководитель, требующий от подчиненных четкой и слаженной работы, сам должен соответствовать этим требованиям. Профессионалам тяжело работать под началом шефа, у которого семь пятниц на неделе. Никому не хочется напрасно тратить время и силы, зная, что все зависит от сиюминутного увлечения начальника.



Если шеф говорит: “Люблю...”

Многие начальники считают, что деньги — лучшая мотивация. Если человеку в два раза повысить зарплату, то не стоит рассчитывать на то, что он теперь будет работать ровно в два раза лучше. Можно купить время человека, но креативность и продуктивность, увы, не продаются…

По мнению Михаила Зотова, материальное вознаграждение — только один из факторов привлекательности работы. У каждого человека есть цели, и он должен видеть перспективу. Не менее важна эмоциональная сфера. Комфортно работать в хорошем коллективе, где, к примеру, принято поздравлять друг друга с днем рождения. Четкая структура подчинения по вертикали и по горизонтали — тоже плюс. И, наконец, человеку необходимо сознавать свою сопричастность общему делу.

Как показывают социологические опросы, всего 18 процентов российских служащих смогли припомнить, что за последние шесть месяцев получали благодарность от начальства. В США количество таких счастливчиков доходит до 40 процентов. Казалось бы, невелика важность: ну сказал босс простое человеческое “спасибо”, одарил улыбкой, сделал дежурный комплимент…

Оказывается, это необходимо. Не получая морального поощрения, люди теряют энтузиазм и начинают выполнять свою работу механически. Если начальник каждый день говорит: “Мне нравится, как ты работаешь”, — рвение подчиненного резко возрастает. Иначе многим непонятно, довольно ли начальство их работой.

Мы выросли на комсомольских традициях, переходящих знаменах и вымпелах. Сегодня многое возвращается, даже социалистическое соревнование — правда, в новой форме. Оказалось, что это хорошо забытое старое очень неплохо действует.

— Моральное поощрение — очень важный стимул, — считает Елена Мюлляринен. — Каждому сотруднику надо уделять внимание, чтобы он это чувствовал. На заводах нашей компании существуют доски почета. О лучших работниках пишут в корпоративной газете, их портреты висят в местном музее. И люди гордятся этим. Мы устраиваем корпоративные мероприятия, отмечаем День машиностроителя и, конечно, Новый год, 8 Марта и 23 февраля. Совместные праздники сближают, дают ощущение причастности к общему делу.



Систему штрафов надо отменить

Сегодня не принято вдаваться в личные мотивы, ставшие причиной тех или иных производственных срывов. Недостатки в работе берутся на карандаш и караются жесткими штрафами. Ни выговоров, ни порицаний, ни предупреждений. Допустил ошибку — плати из своего кармана. Но этот, казалось бы, самый эффективный инструмент управления далеко не всегда приносит результаты.

Если в российских компаниях к дисциплине относятся достаточно толерантно, то в иностранных время выверено до минуты. Прошел без опоздания через турникет — получи бонус. Припозднился — жди выговора. Правда, сотрудникам порой приходится задерживаться на работе до позднего вечера, но это для руководства уже ария из другой оперы.

— До недавнего времени в нашем банке существовала целая система штрафов, — говорит Руслан Ильясов. — Иногда вычеты доходили до 30 процентов месячного оклада. Наказывали за разные нарушения: начиная с тех же опозданий и заканчивая принятием неудачных решений. Например, сотрудник ходатайствовал о выделении кредита, а клиент подводил с оплатой. Естественно, банк нес определенные убытки. Но в итоге штрафы привели к тому, что сотрудники начали бояться выполнять свои профессиональные обязанности, перестали принимать рискованные решения. А человек должен иметь право на ошибку — это лучший стимул к риску. И нам удалось убедить руководство, что систему штрафов надо отменить. Оказалось, что вполне достаточно соблюдать нормы, заложенные в трудовом законодательстве: те же выговоры, предупреждения. Порой такое порицание действует сильнее штрафа.



Забила картошку в выхлопную трубу

Многие подчиненные испытывают непреодолимое желание насолить своему шефу, особенно напоследок, прежде чем расстаться с ним навсегда. Причем фантазия народных мстителей не знает границ. Служащий одного рекламного агентства намеренно не замечал ошибки в текстах. Обиженная секретарша забила картофелину в выхлопную трубу начальственного авто, и шеф долго чертыхался, пытаясь завести машину. Другая дама не поленилась насыпать тальк в вентиляционные отверстия лимузина начальника. Если самое уязвимое место босса — его компьютер, мстительные сотрудники меняют местами кнопки или вставляют в дисковод деформированную дискету. Но всех превзошел, пожалуй, служащий частной компании из Цинциннати, который в разгар истории с письмами со спорами сибирской язвы подложил своему боссу конверт с толченым мелом.

Распространенная ситуация — когда ценный для фирмы сотрудник сам начинает задумываться об уходе. Одни бросают пробный шар, будто в другой компании получили предложение, от которого нельзя отказаться. Другие балансируют между “здесь” и “там”, третьи просто пишут заявление об уходе.

Как показывает жизнь, кто пытался уйти — тот все равно это сделает. В среднем “подвешенное” состояние длится около полугода. Поэтому в некоторых компаниях не делают попыток удержать сотрудника.

— Расставаться желательно корректно. Можно, конечно, предложить больше денег, но все-таки для людей важнее другие приоритеты: персональное уважение руководителя, хорошие отношения в коллективе, чувство удовлетворения. Если кто-то ищет только денег, он должен торговать оружием или наркотиками — это считается наиболее рентабельным бизнесом. Но почему-то не все хотят этим заниматься, — убежден Руслан Ильясов. — Кому-то, возможно, следует дать понять, что найти хорошую работу ему будет проблематично.

Как бы ни мучила нас ностальгия по советскому трудовому менталитету, он уже в прошлом. Вчерашние выпускники начинают работать по новым стандартам. Для этого не обязательно выезжать за рубеж. В нашей стране достаточно представительств известных мировых фирм. Менеджмент в них, как правило, российский, а стиль у нас разный. Подходит ли нам чисто западный путь развития?







Партнеры