Если Звездные войны зажигают

Значит, Джорджу Лукасу нужно было истратить 115 миллионов долларов

16 мая 2005 в 00:00, просмотров: 279

В воскресенье в Канне чествовали Джорджа Лукаса — сам фестивальный директор Тьерри Фремо вручил ему приз за вклад в киноискусство на приеме после внеконкурсного просмотра “Звездных войн. Эпизод III. Месть ситхов” на пришвартовавшемся на побережье корабле — копии океанского лайнера “Куин Мэри”, затонувшего в Атлантическом океане.

В понедельник в Лондоне английские фанаты с 7 часов утра и до глубокой ночи смогут смотреть всю сагу в шести частях. Марафон будет длиться ровно трое суток. Все давно расписано. Более 1000 лондонцев купили уже “галактические паспорта”, позволяющие прибыть на мировую премьеру с участием режиссера и главных исполнителей, включая Хайдена Кристенсена. В четверг премьера шестой и последней части “Звездных войн” состоится во всех европейских столицах, в том числе в нашей.

Почти тридцать лет назад молодой режиссер Джордж Лукас затеял проект надоевшего всем к тому времени фантастического ужастика. Он еще сам не знал толком, ужастик ли это, сказка или военная мелодрама. Проект стоил 11 миллионов, собрал 460 в одной только Америке и потребовал двух продолжений, снятых другими людьми. “Звездные войны” ловко разводили неких “джедаев” и “темных рыцарей” по схеме “добра” и “зла”, сделали звездой Харрисона Форда, осуществили массу невиданных до той поры кинотрюков. Фильм будил воображение всех, от Москвы за имперским “железным занавесом” до свободных британских морей. Лукас мог всю оставшуюся жизнь спокойно почивать на лаврах.

Несколько лет назад тем не менее обнаружилось, что история так и не ставшего джедаем, хотя тоже прошедшего от морей до красной планеты Мустафар Энакина Скайуокера — какая-то очень подозрительно современная. В ней могут быть: глобализация, сепаратизм, Буш, Путин, Кадыров, Саддам, но только как бы в космосе, в исполнении Сэмюэла Л.Джексона, Йена Макдармида, Кристофера Ли. Энакин взрослеет — война не кончается.

Лукас слез с печки и решил внятно договорить все, о чем умолчал по молодости. В XXI веке компьютеров и повторов он сделал три приквела к “Звездным войнам” (“Эпизод I. Скрытая угроза”, “Эпизод II. Атака клонов”, “Эпизод III. Месть ситхов”). Из них последний, решительный, разоблачающий всех и вся — пожалуй, самый сильный.

Фильм состоит только из спецэффектов, весь снят на “зеленом фоне”, но это — исходное условие. Мы заведомо попадаем в фантастический мир, и проблема не в восприятии, а в том, что из-за хронологии съемок в самом мире все страшно запутано. Впрочем, фанатам картины не надо объяснять, что лишь эпизодник Энтони Дэниелс (“Трипео”) продержался в своей роли все шесть фильмов, и так же все шесть фильмов ушастого Йоду озвучивал знаменитый Фрэнк Оз. Что нынешний Эван Макгрегор — это бывший сэр Алек Гиннесс (Оби ван Кеноби). Что молоденькая Натали Портман (Падме Амидала) теперь — мать Керри Фишер (Лейя), которая по жизни легко годится ей в бабушки. Только те зрители, что на новеньких, могут не понять связи Люка Скайуокера с превращающимся в Дарта Вейдера Энакином Скайуокером. Только для них это ребус, но остальные тридцать лет ждали, как все-таки разъяснится, почему иногда сын вправе убить своего отца. В “Мести ситхов” они дождались.

Лукас сосредоточился на превращении Энакина Скайуокера из милого молодого мужа глубоко беременной жены в абсолютного монстра и сделал это блестяще. Хайден Кристенсен ради роли потолстел на 11 килограммов, а когда весь фильм сплошь состоит из спецэффектов (космос, ракеты, пожары, драки, футуристические города), волей-неволей начинаешь подмечать, где их все-таки нет. И Кристенсен-Энакин убеждает, что человек из хорошего может превратиться в плохого, из влюбленного мужа и молодого отца — в обезноженный и обезрученный металлический ходячий труп просто по обстоятельствам. Все в превращениях на самом деле просто: чуть глаза потемнели, чуть улыбочка застыла. Когда на него наконец надевают знаменитую черную маску — это смерть, а причина — дешевые амбиции.

Лукас вроде бы долго мучает зрителя и себя — хронометраж два двадцать. Но он был обязан снять все остальное “на уровне”, чтобы свести концы, соблюсти стилевое единство и реализовать идею. Чтобы все-таки осталось чувство, что еще в 1977 году он знал, как Скайуокер дошел до жизни такой, что он, Лукас, все предвидел. Недаром слоганом фильма становится одна реплика, повторяющаяся по самым разным поводам: “Попытайся почувствовать”. Это претензия к бушам, путиным и саддамам, фантазии у которых, всех вместе взятых, меньше, чем у одного голливудского режиссера.






Партнеры