Богатые тоже плачут

Из самого богатого человека России сделали самого известного заключенного

1 июня 2005 в 00:00, просмотров: 209

Виновны! В таком вердикте суда никто не сомневался, и все же до последнего сторонники экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского надеялись на лояльный приговор. 9 лет колонии общего режима — это почти максимум, что мог дать суд Ходорковскому и Лебедеву. И дал. Третьего подсудимого, Крайнова, приговорили к 5 годам условно.

— Приговор мне понятен, — ответил Ходорковский на вопрос судьи. И добавил: — Я считаю его памятником басманному правосудию.

В 11 часов вторника судьи продолжили читать приговор. До 12.00 они анализировали доводы защиты, которые все как один были признаны несостоятельными. После 20-минутного перерыва появился судебный пристав и занял место рядом с конвоем, охранявшим клетку с подсудимыми. Все сразу поняли: сейчас начнется…

“Прошу всех встать!” — неожиданно громко прозвучал голос Ирины Колесниковой. Все напряглись, особенно подсудимые. И хотя исход был вполне предсказуем, нервы у них все же не выдержали. Услышав назначенные им сроки, Ходорковский демонстративно отвернулся от судей, а Лебедев часто-часто заморгал глазами.

— Беззаконие, позор! — раздалось в зале. То же самое изо всех сил кричали на улице митингующие сторонники Ходорковского.

— Понятен ли вам приговор? — обратилась тем временем судья по очереди ко всем подсудимым.

— Нет, непонятен, — сказал Платон Лебедев. — Ни один вменяемый человек понять этого не может...

— В таком случае я вам еще раз разъясняю… — ответила судья.

В чем, по мнению суда, виновны Ходорковский и Лебедев?

В двойном мошенничестве (ст. 159).

В частности, в хищении госсредств путем организации в 1999—2000 гг. незаконного возврата якобы переплаченных налогов подконтрольными им фирмами на сумму более 407 млн. рублей.

В организации злостного неисполнения служащими компании решения суда (ст. 315).

Это было дважды. В 1997 г. было проигнорировано решение Арбитражного суда Москвы о расторжении договора купли-продажи 44% акций НИИУИФ, в 1998 г. — решение Арбитражного суда Москвы, обязавшего АОЗТ “Волна”, гендиректором которого был Андрей Крайнов (он также признан виновным по данному эпизоду), вернуть Фонду имущества Мурманской области 20-процентный пакет акций ОАО “Апатит”.

В присвоении и растрате (ст. 160).

Ходорковскому вменены два эпизода по этой статье, тогда как Лебедев признан виновным по одному эпизоду. Как отмечается в приговоре, в 1999—2000 гг. Ходорковский безвозмездно изъял более 2 млрд. 649 млн. рублей из средств НК “ЮКОС” и под видом вексельных операций перечислил их на счета компаний, подконтрольных медиа-магнату Гусинскому.

В причинении ущерба собственнику в крупном размере без признаков хищения (ст. 165).

Получив право на управление деятельностью ОАО “Апатит”, Ходорковский обеспечил передачу его продукции посредникам по заниженной цене. Затем посредники — швейцарские компании и подставные российские фирмы — продавали апатитовый концентрат за рубеж по рыночной цене. Полученную разницу, как установил суд, Ходорковский и Лебедев обратили в свою пользу.

В уклонении от уплаты налогов с организаций в особо крупном размере (ст. 199).

Как указывается в приговоре, в 1999—2000 гг. четыре подставные фирмы, зарегистрированные в зоне с льготным налогообложением, пользуясь незаконно полученными льготами, а также платя налоги не деньгами, а векселями НК “ЮКОС”, недоплатили в бюджет более 17 млрд. рублей.

В уклонении от уплаты налогов (ст. 198).

Суд считает, что Ходорковский и Лебедев сами, как физические лица, недоплатили подоходного налога и взносов во внебюджетные фонды: Ходорковский на сумму более 54,5 млн. рублей, а Лебедев — на сумму более 7 млн. рублей.

Ни по одному из предъявленных обвинений ни Ходорковский, ни Лебедев своей вины не признали.



Жена и мама

Мама Михаила Ходорковского во время оглашения сроков наказания стояла, поддерживая мужа под руку, иногда поглядывала на него, потом достала для него из сумочки воду...

Жена, Инна Ходорковская, как чувствовала — пришла в суд в темных очках. Услыхав, сколько лет предстоит сидеть мужу, вздрогнула, прижала кулачок к носу. Услыхав ободряющий шепот мужа: “Держись, зайка”, взяла из рука отца Михаила Борисовича бутылку воды, тихонько всхлипнула.

…Помимо сроков, назначенных Лебедеву и Ходорковскому, суд постановил взыскать с них 17 млрд. руб. в пользу Федеральной налоговой службы. Все счета Лебедева и Ходорковского арестованы, средства с них будут обращены в счет погашения нанесенного вреда.



Может ли Ходорковский рассчитывать на условно-досрочное освобождение?

— Условно-досрочное освобождение может быть применено только после отбытия осужденным не менее половины срока, назначенного за тяжкое преступление, и не менее двух третей срока наказания, назначенного за особо тяжкое преступление, — говорят юристы. — Среди статей УК, по которым признаны виновными Ходорковский и Лебедев, есть и “особо тяжкие”, так что на условно-досрочное освобождение они могут рассчитывать, только отсидев две трети срока. И не забывайте, что оно применяется только к осужденным с примерным поведением.

При самых лучших раскладах на свободу Михаил Ходорковский может выйти только через 4 с лишним года. И еще при условии, что Генпрокуратура РФ не предъявит ему, как обещала, новых обвинений. Впрочем, это решение Мещанского суда, конечно, еще будет оспорено в более высоких инстанциях.



Как среагирует экономика?

Приговор бывшим хозяевам ЮКОСа, безусловно, подстегнет бегство капитала из России, отпугнет западных инвесторов и развяжет руки силовикам и фискалам. Что неминуемо скажется на экономическом росте. Но и это можно пережить. Опасно другое — в Москве создан прецедент, который могут взять на вооружение в российских регионах. В то время вексельные схемы и минимизации налогов использовались практически всеми. А теперь, когда их можно запросто квалифицировать как “мошенничество”, появляется заманчивая перспектива “замочить” конкурентов руками людей в мантиях и погонах.






Партнеры