Борис Kрюк: нам нужны дураки

Продолжение игры "Что? Где? Когда?" — это и есть лучшая память о Ворошилове

2 июня 2005 в 00:00, просмотров: 788

После смерти основателя и бессменного ведущего программы “Что? Где? Когда” Владимира Ворошилова многим казалось, что игру надо закрывать. Что без Ворошилова она жить не может. Не имеет права. Но вышло по-другому. Вот уже четыре года “Ч?Г?К?” ведет приемный сын Владимира Яковлевича Борис Крюк, который до того в течение 11 лет работал режиссером на программе. Наверное, продолжение Игры — это и есть лучшая память о Ворошилове.


— “Что? Где? Когда?” — это только игра?

— Там есть очень много разных пластов. Целый мексиканский сериал. Тот же Друзь, который пришел студентом, был в команде мальчиком на побегушках, а теперь дорос до магистра, в клубе отметили его 50-летие, и дочки у него уже обладательницы “Хрустальной совы”. Есть разные команды, за которые можно болеть. А многие, наоборот, думают: ну когда же эти в смокингах проиграют, надоели все.

— Борис, а что такое ум? Вот мне кажется, что Козлов практичнее Друзя, хоть и меньше знает.

— Ты попал абсолютно в точку. В каждой команде существует капитан, который и есть этот практический ум. Я всегда говорю, что эрудированные знатоки — это исполнители. А ими надо руководить. Ведь за редким исключением карьеры у знатоков нет, большинство из них — абсолютные бессребреники. Кто в науке, кто еще в чем... А капитаны даже по профессии отличаются. Сиднев, к примеру, — мэр Троицка, Каморин — процветающий продюсер. Не случайно Ворошилов занимался изучением каждой “шестерки”. В лучших командах есть одна, а то и две женщины. Чисто мужские “шестерки” никогда ничего не выигрывают. Психологи высчитали, что в таком коллективе обязательно должен быть “дурак” — человек, который может выдавать множество версий, в том числе и абсолютно абсурдных.

— То есть ты имеешь в виду “дуру”?

— Нет, я не намекаю на женщин. Есть и мужчины-“дураки”, но здесь я бы хотел обойтись без намеков на личности.

— Можно сказать, что знатоки — люди странные, а в чем-то — больные, ненормальные?

— При Ворошилове у нас еще был вопрос о том, что азарт человека лечится в какой-то чешской клинике. Да, все они постоянно разгадывают кроссворды, каждую свободную минуту играют между собой.

— И получается, что пар уходит в свисток, всю энергию они кладут на игру, а в жизни — неудачники?

— Чаще всего эти люди не знают жизни, они в ней не ориентируются, теряются. Вот КВНщики все отлично упакованы. А наши: то, что делал Людовик ХVI 18 июня такого-то года, знают, а что делать, если тебе картошки недовесили или в РЭУ отключили горячую воду, — нет.

— Но как же у вас классно Басков раскрылся. Получается, человек, отдавшись игре и не думая, как он выглядит по телеку, становится самим собой?

— Человек же в процессе мышления себя не контролирует и не думает, как он выглядит. С Басковым я немного пообщался перед игрой и понял, что его очень долго учили, как себя вести на сцене. А если ему дать волю, он бы вел себя по-другому.

— Выходит, человек в игре проявляет себя как после выпивки: одни добрее становятся, а другие и убить могут.

— После смерти Ворошилова, к примеру, Друзь себя чувствовал очень неуютно. То ли он был не уверен в себе, то ли не доверял мне. Но вот когда мы ему подарили на 50-летие котенка, все сказали: “Какой же Друзь, оказывается, человечный человек”. Мы ведь боялись: вот отставит он корзинку и скажет: ну что это такое, давайте мне орден. А Друзь отнесся к котенку так трепетно, в поезде не спал с ним всю ночь.

— Вот все у вас в клубе улыбаются, обнимаются. Но позволь мне сказать по Станиславскому: не верю. Они же все амбициозные, умные. Кто против кого дружит?

— Вот почему Валентина Голубева каждый раз играет с новой командой? Все мирно у нее происходило, только когда она была капитаном женской команды. А с мужчинами она почему-то не ладит. А вот команде Козлова интересно играть только друг с другом. Они перед игрой едут в пансионат, любят там хорошенько закусить. Точно так же Сиднев, Бялко, Друзь — вместе ходят в баню. А у молодых все по-другому. Теперь нам нужно обязательно учитывать, кто с кем не разговаривает и на одном поле не сядет. А ведь, как правило, с самыми яркими людьми процентов 70 и не садятся. А садятся те самые 30, которые понимают, что если они сейчас не сядут, то они вообще играть не будут.

— Но ты и сам, наверное, создаешь и поддерживаешь интриги?

— У Ворошилова был вопрос в “Зеро”, один из последних: что говорил китайский мудрец о том, как надо руководить страной? Ответ: страной нужно руководить так же, как жарить мелкую рыбешку. Нельзя перемешивать. То есть все будет хорошо, если туда не вмешиваться. У нас в клубе таких вот всеобщих любимцев я и назвать не могу. Разве что Козлов, как это ни парадоксально. Даже у Поташова есть недоброжелатели. Про Друзя и говорить не буду.

— А как у знатоков с личной жизнью? Ведь если они такие “слепые”, им нужен хороший поводырь?

— Здесь все по-разному. Есть и ловеласы, есть семьянины, а есть те, кто до сих пор не женился, прожив долгую жизнь знатока.

— А у кого из знатоков самая верная подруга?

— У Друзя. Его Лена — единственная в семье Друзь, которая не играет. Она человек разумный, говорит: если еще я начну играть, будет просто чума. Когда младшей дочке Друзя было лет 16, я у нее спросил: “Марин, слушай, а что будет, если надумаешь выходить замуж, а жених не знаток?” Она говорит: “Не волнуйтесь, папа его быстро обучит”.

— А вот Двинятин несколько лет назад женился. У него все нормально?

— Двинятин уже развелся. У него ребенок от первого брака, сейчас есть девушка, не знаю, женаты они или нет. Все знатоки — люди очень скрытные.

— Владимир Яковлевич строил театр знатоков и незримо манипулировал ими. Я вижу, ты тоже этим занимаешься.

— Ты чересчур большое значение придаешь непосредственно знатокам.

— Ну конечно, они же марионетки, и, как пел Макаревич, после игры ты снимаешь их с веревочек и складываешь в чемодан.

— Это, конечно, не так. Самые яркие люди ведь почти все — в нашей игре. Остальные викторины без наших знатоков просто плачут. И если “Своя игра” сумела взять на сезон того же Друзя, то они считают, что жизнь удалась. Нет, знатоками, в отличие от Владимира Яковлевича, я не управляю.

— Как ты думаешь, Владимир Яковлевич там тобой доволен?

— Какими-то программами, может быть, доволен, какими-то нет. Но для него самое главное, чтобы эта игра оставалась живым организмом. Он всегда ценил людей, которые не думали так же, как он.

— Тебя сейчас уже не сравнивают с Ворошиловым?

— Эти вопросы есть и всегда будут. Но, как это ни парадоксально, недавно на форум нашей игры одна 15-летняя девочка написала: “Смотрю вашу передачу, вы там все время говорите “Ворошилов”. А кто это?”. Формируется зритель, который Ворошилова не видел. С одной стороны, очень жалко, что это так. Но ведь это значит, что у нас появляется новый зритель. Главное, чтобы жила Игра.




    Партнеры