Кобели и сучки довели до ручки

Завотделом мэрии напала на директора ветеринарной клиники

14 июня 2005 в 00:00, просмотров: 768

— Что? Жаловаться? Да как вы посмели?! — документы из сейфа полетели на пол, а разъяренная дама бросилась на стоявшую рядом хрупкую женщину, вцепилась ей в руку, затем схватила висевший на шее жертвы мобильник и, затянув шнур, перекрыла той кислород. Потом — хвать противницу за волосы и... Лишь чудом обошлось без перелома носа или сотрясения от удара коленом — в последний момент несчастной удалось увернуться.

Дикая сцена разыгралась среди бела дня в пятницу в одной из старейших ветеринарных клиник Москвы — “Обзор-Зоо”, которая работает по городской программе стерилизации бездомных животных. В роли нападавшей выступила чиновница мэрии Татьяна Павлова — начальник отдела городской фауны. А жертвой стала директор клиники Вероника Баратова. Зрителями же (точнее, свидетелями) оказались два десятка недавно прооперированных бродячих псов и сотрудники ветклиники.


С чего бы солидной чиновной даме, фамилия которой не сходит со страниц газет, а лицо — с телеэкранов, устраивать прилюдную драку? — спросите вы. Чтобы понять это, нужно знать предысторию...

Москва по-прежнему остается единственным городом в России, где запрещено убивать бродячих животных. Вместо этого их ловят, стерилизуют и возвращают в прежние места обитания. Это не только гуманно, но и эффективно с экологической точки зрения — иначе места дворняжек в Москве тут же займут крысы и подмосковные бешеные лисы. Но если смотреть на ту же стерилизацию с финансовой точки зрения, то из нее, как неоднократно писал “МК”, сделали настоящий Клондайк. Поскольку процесс регулирования собачьего поголовья щедро оплачивается из городского бюджета.

— Все началось еще в прошлом году, — рассказала “МК” избитая Вероника Баратова. (Мы встретились с ней сразу после драки. А после посещения травмопункта, где были зафиксированы побои, она подала заявление в ОВД “Хамовники”. Сейчас там решается вопрос о возбуждении против Павловой уголовного дела.) — Каждый год проводятся тендеры на стерилизацию собак в том или ином округе. В Центральном и Юго-Западном мы работаем уже много лет, каждую дворняжку, можно сказать, знаем “в лицо”. А г-жа Павлова прозрачно намекнула, что в этом году нам ничего не светит, если…

“Если” срочно не заключить договор с МГКЦ (Московским городским кинологическим центром), во главе которого стоит подруга Татьяны Павловой Анна Гавриш. После чего у МГКЦ и “Обзор-Зоо” появляется единый расчетный счет. Клиника работает в прежнем режиме, а бюджетными деньгами распоряжается МГКЦ. “Вы ни о чем не беспокойтесь: все, что вы заработаете, все равно получите”, — заверили сотрудников клиники.

(Кстати. 7 млн. рублей — столько московское правительство выделяет каждый год на создание и нормальную работу единой компьютерной базы по учету бродячих собак (МГКЦ, собственно, когда-то и был придуман под эту программу). Но закончилось все громким скандалом — единую базу так и не создали, а деньги до сих пор не нашли.)

Поскольку выбора у припертых к стенке ветеринаров не было (отказ фактически означал бы увольнение всех сотрудников), кабальный договор был подписан. И городские деньги “упали” на “совместный” счет аккурат под Новый год. Но вместо честно заработанного за стерилизацию врачам в клинику привезли просроченные антибиотики, сердечно-сосудистые лекарства, мази и горчичники.

— Их не то что животным давать нельзя — фармфирмы обязаны их уничтожить, да еще и заплатить за это, — говорят ветеринары. — Вместо этого по документам мы якобы заплатили за них чуть ли не втридорога, а деньги ушли неизвестно куда...

Дальше — больше.

— Из МГКЦ к нам приехали с фальшивыми печатями ДЕЗов (одна из них хранится в “Обзоре”. — “МК”), где мы должны были начать стерилизацию, — продолжает Вероника Баратова. — И сказали, что теперь мы по-новому должны оформлять документы.

Фальшивки легко могли обнаружить в ГУП СОДЖ (Служба отлова диких животных), туда их должны направлять для проверки и оплаты. Но эта организация подконтрольна... отделу городской фауны. Так что стерилизуй — не хочу. Сколько на самом деле будет прооперировано собак — неважно. Главное — сколько их будет на бумаге. А сколько будет, столько и оплатят из горбюджета.

Ветеринары участвовать в афере отказались. И у них начались черные дни. Вскоре “Обзор” довели до грани банкротства. Оставалось лишь окончательно прибрать клинику к рукам (вместе с помещением в центре столицы). Тактика известна: перестанешь платить, народ останется без зарплаты и сам разбежится. А затем надо поставить “нормального” директора, взять других ветврачей, и вперед — осваивать деньги налогоплательщиков.

По большому счету, это работники “Обзора” могли бы объесться “озверина” и наброситься на г-жу Павлову, фактически оставившую их без работы. Но они и дальше продолжали спасать собак и кормить дворняжек на свои кровные и пожертвования зоозащитников, не получая зарплату месяцами. “Оказание помощи животным, попавшим в беду” — есть в уставе клиники и такой пункт. Покалеченных животных лечат и держат до тех пор, пока не найдут им старых или новых хозяев. Вот лишь несколько случаев из ветеринарной практики.

…Русланчика привели со сломанной лапой. Собака, было видно, ухоженная, домашняя, только от хозяина почему-то никаких вестей. После операции немецкая овчарка еще два месяца жила в “Обзоре”, а в это время ее владелец, военный в отставке, лежал в больнице — после перенесенного инсульта. Заработал его, пока искал своего Русланчика.

...Афганка Найда — классическая потеряшка: в Новый год испугалась петард и рванула куда глаза глядят.

...Колли Магду сбила машина, прохожие подобрали ее и принесли в клинику.

...Ризеншнауцера в крайней степени истощения привезли из настоящего собачьего концлагеря для породистых псов, который на днях обнаружили на окраине подмосковного города Щелково. Там собак держали взаперти, в наглухо заколоченных будках, оттуда торчали лишь лапы и нос. Чтобы не выли, завязывали им морды толстой веревкой. Концлагерь на бумаге назывался собачьим питомником по разведению ризенов и цвергов и был зарегистрирован в Российской кинологической ассоциации. Заводчица, пока могла, зарабатывала на породистых псах, а потом, когда мода на породы прошла, устроила им “райскую жизнь” — псы умирали от голода и болезней прямо на ее огороде.

Именно последний спасенный ветврачами доходяга-ризен с поседевшей мордой, которого выхаживают сейчас в “Обзоре”, и довел г-жу Павлову до озверения.

“Устроили тут богадельню!!!” — так, по словам сотрудников клиники, закричала она перед тем, как с кулаками броситься на директора, которая все никак не хотела сдаваться на милость победителям и выбрасывать животных на улицу. А разворошить сейф чиновница решила после того, как узнала, что там хранились жалобы сотрудников в прокуратуру и КРУ с просьбой наконец разобраться со сложившейся ситуацией...

Многие городские чиновники, как говорится, не ангелы. Но, чтобы они устраивали разборки с телесными повреждениями, о таком мы, честно говоря, доселе не слышали. Как отреагирует на случившееся руководство города? Заметят ли наконец в мэрии, что с программой стерилизации творится что-то неладное? Это как раз не тот случай, когда после драки кулаками не машут. Естественно, в переносном смысле.





Партнеры