Человек на короткой волне

Каждый день с 22.00 до 23.00 домодедовский мэр разговаривает с миром

21 июня 2005 в 00:00, просмотров: 1102

Волны бывают разные: амурские, электромагнитные и еще — радиоволны. Из всего этого набора домодедовский мэр Леонид Ковалевский в короткие минуты передышки предпочитает радиоволны, а точнее, те из них, которые “работают” в диапазоне 20—80 метров. Любители и профессионалы называют их короткими. Хотя по сути дела они являются самыми что ни на есть длинными, проникая в самые дальние медвежьи углы и вообще доходя до каждого.


На сегодняшний день Леонид Павлович (его позывной RZ3DU) общался уже с 290 странами мира, о чем в “шеке” (радиорубке) имеются специальные открытки-подтверждения. Среди них Албания, Вьетнам, Бразилия, ЮАР, Австралия, Шпицберген, Новая Зеландия... Чтоб в прямом смысле покорить мир, не хватает еще стран 40—50. Тогда он получит специальный диплом и нагрудный знак, подтверждающий, что добился всего, чего можно добиться на коротких волнах. Своего рода адреналин.

Однако некоторые страны могут навечно остаться непокоренными. Например, Северная Корея. Известные коротковолновики, в частности, племянник Слободана Милошевича, не раз и не два договаривались с руководством этой державы о том, что приедут туда с аппаратурой и антеннами — чтоб в течение нескольких дней установить одновременный и круглосуточный сеанс со всем коротковолновым миром. Приезжали, разворачивали антенны, но... В последний момент северокорейские товарищи выпроваживали их из своей страны.

Ковалевский — один из немногих любителей, который... пообщался-таки с Северной Кореей! Несколько месяцев назад там заработала полуподпольная станция радиолюбителя, который попал туда по линии ООН — и Леониду Павловичу совершенно случайно удалось установить с ней контакт. Какое-то время эта связь не признавалась мировым сообществом, ведь радиостанция в Пхеньяне работала без лицензии, а потом и вовсе прекратила свое существование. Потом Ковалевскому и другим счастливчикам пошли навстречу и официально подтвердили его коротковолновую (не шпионскую) связь с Кореей.

Есть на земном шарике еще несколько территорий и частей света, где “нога” (или ухо?) радиолюбителя-коротковолновика не ступала. Это Африка, глухие уголки Амазонки и острова Юго-Восточной Азии.

Таким же “белым пятном” в России до недавнего времени считалась Арктика, Земля Франца-Иосифа (ЗФИ): оттуда тоже никто и никогда не выходил в эфир. И никто на белом свете, соответственно, не общался с этим краем. Коротковолновики всего мира спали и видели чудный сон, что они говорят с легендой — Землей Франца-Иосифа то есть.

Недавно сон этот свершился наяву! В феврале 2004 года по коротковолновым каналам и сайтам прошло сенсационное сообщение: в марте русские готовят беспримерную экспедицию на ЗФИ, которая будет “сидеть” в эфире круглосуточно в течение целой недели. В экспедицию вошли 5 доблестных российских радиолюбителей, специалистов по антеннам и компьютерам. Леонид Павлович оказался в их числе.

Поначалу в это сообщение никто в мире не поверил. Дело в том, что аналогичное мероприятие готовилось на ЗФИ еще в марте 2003 года. И на ожидаемое время работы экспедиции именитые коротковолновики всего мира взяли себе отпуска. Чтобы “соединиться” с архипелагом, нужно пробивать эфир несколько суток — в мире около 3 млн. радиолюбителей. Представляете, какая выстроилась пэйлаб, очередь то есть?!

Однако коротковолновый праздник в 2003 году так и не состоялся. Члены экспедиции (тогда среди них Леонида Павловича не было, дела района не отпустили) почти три недели просидели в аэропорту Воркуты: по погодным условиям своенравная Земля Франца-Иосифа не принимала. После чего экспедиция несолоно хлебавши вернулась в Москву.

Новая попытка-2004 тоже чуть было не провалилась. Как и в предыдущий раз, самолет с аппаратурой вынужденно приземлился в Архангельске. Даже в далекой Мексике радиолюбители поняли: если русская душа — потемки, то уж Земля Франца-Иосифа потемки и подавно. Потом нашим коротковолновикам чудом удалось перелететь в Воркуту — Леонид Павлович не мог надолго отлучаться, областное начальство с большим скрипом разрешило ему отпуск ровно на две недели.

Но из Воркуты они вдруг и враз (через 4,5 часа) оказались на загадочной и суровой Земле Франца-Иосифа! Погода там была просто идеальной: в последних числах марта заканчивалась полярная ночь, мороз стоял –35° и дули сильнейшие ветры, 15—20 метров в секунду.

Чем они питались на ЗФИ? Всем, чем угодно, но только не “белой медвежатиной”. Как выяснил Ковалевский, белый медведь не только опасный, но еще и ядовитый зверь. Он “пропитан” сальмонеллой, кроме того, в его органах содержится смертельное для человека количество вредных веществ. Поэтому провиант (почти полсамолета!) они захватывали из Москвы. И оставили его нашим пограничникам: среди вечных снегов там стоит погранзастава из 32 человек и 5 собак. Поскольку в такую глушь президент не летает, то на пограничных столбах до сих пор написано, что этот край земли — священные рубежи СССР.

Почти за 90 лет существования заставы пограничники не задержали ни одного нарушителя границы. Им тут просто неоткуда взяться: за несколько сот километров от нашей казармы находится маленькая норвежская экспедиция, но ее членам на нашей территории делать решительно нечего. Так думает весь мир. Только не российские пограничники, которые всегда начеку. Понятно, что если россияне уйдут, то эту землю тут же захватят норвежцы, им лету до нее ровно час.

Служба российских пограничников, которая и опасна, и трудна, заключается в том, что с помощью собак они обороняются от белых медведей. Снега там столько, что его не убирают скребками в обычном понимании этого слова, а целыми днями пилами “Дружба-2” режут на большие блоки. Блоки эти бросают в снеготопильную машину и получают воду для бытовых нужд, в том числе и для канализации.

Нужно ли говорить, что наши погранцы с большой радостью встретили посланцев с Большой земли, соотечественников?

Коротковолновики сразу же приступили к делу, за 2,5 часа развернули свое оборудование и поставили антенны. Устойчивость высоким мачтам обеспечивали оттяжки. Их крепили к пустым бочкам, бочки зарывали в снегу, а через полчаса метель так заметала это крепление, что система стояла намертво.

— Времени на раскачку у нас не было, на сильнейшем морозе антенны мы разворачивали вручную: то на Японию, то на США, то на Россию… — вспоминает Леонид Павлович. — Работали круглосуточно 7 дней: спали и выходили в эфир по очереди — нас же было пять человек. За это время пообщались с 22 тыс. 352 коротковолновиками. Чтобы максимально уплотниться и охватить большее количество радиолюбителей, общение длилось по 5—7 секунд. Обменивались радиопозывными, сообщали качество связи и — good luck, удачи!

* * *

Мы уже говорили, что в Северной Корее радиолюбительство запрещено в принципе, там даже не выделяют радиопозывные. В советское время (а Ковалевский — коротковолновик со стажем, занимается этим делом аж с 7-го класса) в нашей стране было примерно то же самое. Чтобы получить пароль, нужно было иметь отдельную квартиру. А поскольку Леонид Павлович, как и каждый советский человек, долгие годы жил в общежитии, то ему о своем хобби предлагали забыть раз и навсегда.

Он все равно упорно собирал детекторные приемники, усилители, цветомузыку и “радиопиратствовал” — выходил в эфир нелегально. Впрочем, так поступали очень многие, люди его поколения это отлично помнят.

Затем Леонид Павлович женился и переехал на квартиру к теще. Но по советским законам тому, кто жил у тещи, позывной тоже не полагался. Официально пароль он получил только в 1984 г., когда стал секретарем домодедовского горисполкома и, соответственно, справил новоселье в отдельной квартире. Долгожданный радиопозывной он запомнил на всю оставшуюся жизнь: UA3DLR — с развалом СССР он поменялся на новый.

И хотя на короткой волне Ковалевский человек известный, в элиту он не входит. По той причине, что не фанат. Просто это хорошая разрядка, снятие стресса после напряженных трудовых будней.

— В эфир, — рассказывает Леонид Павлович, — я стараюсь выходить каждый день. В 10 вечера укладываем дочку спать, а с 10 до 11 я в эфире. Два раза мне совершенно случайно удавалось побеседовать с бельгийским принцем Филиппом — он признанный авторитет в этом деле. В первый раз я и не знал, с кем вышел на связь, выяснил только несколько дней спустя, когда от него пришла открытка-подтверждение, что такой контакт у нас состоялся. У принца только-только родилась дочь, и на открытке были сфотографированы его королевское высочество принц Филипп, принцесса Матильда и их дочь.

Во второй раз “перехлестнувшись” с его королевским высочеством в эфире, Ковалевский действовал уже более осознанно. Но обменяться с монаршей особой какими-нибудь житейскими подробностями, чтоб сравнить уровень жизни в Бельгии с уровнем жизни в родном Домодедовском районе, все равно не удалось. У коротковолновиков жесткое правило: долго не “трепаться”, не занимать эфир.

Лет десять назад Леонид Павлович неожиданно поговорил с Чечней. Вышел в эфир, работал на общий вызов. Вдруг голос с сильным кавказским акцентом называет пароль. “Чувствую, что говорит неуверенно, будто не знает, что делает. Оказалось — на связь действительно вышел не сам коротковолновик, а его знакомый. Шла первая чеченская война. “У нас штурмуют Грозный, — сказал голос, — я своих родных в Астрахань отправил, не знаю, добрались ли они...” Попросил меня узнать — и оставил телефон в Астрахани”.

* * *

Мы сидим в малюсенькой комнатке Ковалевского, откуда он почти ежедневно, с 22 до 23.00, выходит в коротковолновый эфир. Это целый мир, в котором человеку непосвященному делать нечего. Поэтому глава района любезно согласился прочитать “МК” небольшую лекцию о необходимости работы на коротких волнах, об азбуке Морзе и о прочих радиомоментах. Оказывается, самая длинная из коротких волн — 160 метров, а самая короткая — 10. Наиболее устойчивую связь любителю обеспечивает 20-метровый диапазон. А труднее всего работать на 80 и на 40 метрах. Они отражаются только в темное время суток, поэтому на них лучше выходить в эфир в зимнее время — когда длинные ночи и куражатся синие московские метели.

После короткой поучительной лекции об электромагнетизме мэр включает аппаратуру. Во дворе (профессиональным взглядом автоматически оцениваю ситуацию — кучеряво ли живет домодедовский мэр; оказывается, так себе, огород всего 11 соток) стоят две высокие антенны: Ковалевский собирал их сам — коротковолновик, как врач, должен чувствовать каждый узел антенны.

Весь стол в его комнате занимает аппаратура: транссивер (приемо-передатчик), усилитель и компьютер. Сейчас с техникой для коротковолновиков проблем никаких нет. Этот рынок такой же насыщенный, как рынок иномарок. Он тоже делится на три категории: старая аппаратура, “трехлетка” и новая. У Ковалевского старая, но никем не отмененная японская аппаратура, которой он обзавелся 10 лет назад. Тогда она стоила 4 тыс. долларов, сейчас ей красная цена — не больше 2,5 тыс.

В советские времена, когда мы не знали, что такое японская электроника, все эти премудрые устройства своими руками делали любители-коротковолновики. Леонид Павлович, несмотря на свое общественное положение, и сегодня за час спаяет усилитель или отремонтирует старый советский телевизор. Школа! Радиотехникой, как мы уже говорили, он увлекается со школы, и даже странно, что в конечном итоге заканчивал он не технический вуз по электронике, а юридический институт.

Конечно, каждый подмосковный мэр “лепит” район по своему образу и подобию. Если в Балашихе, где глава Владимир Самоделов — заядлый голубятник, увеличивается количество голубятен, то в Домодедове действует не один, а целых пять центров любителей-коротковолновиков! Два при департаменте образования, два при департаменте культуры и один — в ДОСААФ. Более того, в районе на берегу речки Рожайки, в дубовой роще, специально создан лагерь для детворы, там каждое лето проводятся слеты коротковолновиков из Москвы и Подмосковья.

— Я радуюсь этому обстоятельству, — признается Леонид Павлович. — Многие наши школьники не мучаются вопросом “кем быть?”. Они становятся электронщиками, компьютерщиками, инженерами-системотехниками.

Правда, эта лафа очень скоро может закончиться. По новому Жилищному кодексу вопрос установки антенн на крышах домов отдается на откуп жилищным товариществам. Опыт Москвы (где с антенным хозяйством уже разобрались) показывает, что такие устройства разрешают ставить только коммерческим организациям за соответствующую таксу. Но школьники платить жилтовариществам не в состоянии. И здесь скорее всего дети окажутся крайними.

— Я сделаю все, чтобы в нашем городе любители-коротковолновики не пострадали от этих реформ, — заявляет домодедовский мэр.

Значит, быть Домодедову коротковолновым центром всего московского региона. Но большой радости это почему-то не вызывает. С удвоенной энергией молодежь ринется во Всемирную паутину. А она не требует особых знаний радиотехники...





Партнеры