“МЕЛ”кие лепестки больших страстей

Во Макбетовом садочке бела яблонька цвела

21 июня 2005 в 00:00, просмотров: 319

Уж сколько раз твердили миру, что необузданность в любви ведет к преступлению! Однако театр “МЕЛ” решился напомнить человечеству сию прописную истину. Новая трактовка “Леди Макбет Мценского уезда” впечатляет контрастом нежности и жестокости, решительными поворотами и вывертами сюжета. Театру уже 10 лет, и ложная скромность ему чужда. Достаточно сказать, что сама аббревиатура “МЕЛ” не что иное, как фамилия-имя-отчество его вдохновительницы.

Театр расположился в “уездном” районе Отрадное, в цокольном этаже заурядной серой 16-этажки. Видимо, эта провинциальность вкупе с постоянно давящими на голову 15 этажами заставляет коллектив выбирать для себя сюжеты-прорывы, расцвеченные всеми мыслимыми радужными красками. Уже в фойе прибывающих зрителей встречают скрипичными гаммами и пианинными фугами лауреаты различных международных конкурсов!

Представленная “Леди Макбет” рождена энтузиазмом худрука, режиссера, сценографа и актрисы (и это все в одном лице!) Елены Махониной. Согласно ее задумке, Катерина Измайлова не бездуховный кремень, не корыстный черт в юбке, а нежная раба обстоятельств. Бабью скуку и одиночество купеческого дома Измайловых героине заменяет яблоневый цвет. Даже дворовые облачены в розовые одежды. Но идиллия имеет трагическую развязку — в могиле оказывается большинство жителей Мценского уезда.

Пока сад цветет, в нем и знакомятся главные герои. Она — русская красавица, эдакая пава с дворянской статью и купеческой косой. Он (Александр Дейкин — Сергей) — белый, мягкий, пушистый, потому как белокур и ангелоподобен. Однако за обманчивой внешностью скрывается демоническая сущность. “Сахарный юноша” истово алчет убийства ради купеческого положения. Надо отдать должное физической подготовленности актера: в порыве страсти он способен перемахнуть через метровую металлическую конструкцию, чтобы взять на руки и закружить свою воздыхательницу в пластическом этюде. На фоне молодых обольстителей и обольстительниц, погрязших в разврате, садизме и прочая, выделяется мудрая праведница — бабушка Федора (Татьяна Бестужева).

Вообще, яблоня — центральный персонаж и образ спектакля. Она и алтарь, и перина, и место преступления. Вокруг нее герои водят хороводы, а свежеиспеченные покойники (свекор Борис Тимофеевич — Олег Абрамов, муж Зиновий Борисович — Юрий Оборотов, племянник Федечка — Ваня Лырчиков) отрывают веточки на память, оставляя от дерева лишь скелет в форме православного креста. Мрачный памятник высится на могиле из цветов, как своеобразная метафора судьбы. А в дальнейшем сей “ствол” побывает еще и корабельным шестом, на котором каторжанка Сонетка (Дарья Кузнецова) соблазнит макбетовского полюбовника.

Что касается художественного решения спектакля, то, несмотря на эффектность и компактность единственной декорации, с яблоневой тематикой наблюдается перебор. К слову, в вазонах фойе мелькают все те же ветки яблони. Зато в финале, вопреки канонической трактовке, Катерина Измайлова не бросается за борт вслед за соперницей, а всего лишь… выпивает бутылочку воды, глядя, как новая, молодая Катерина под звон колоколов идет к кресту. И это правильно. Ведь женское счастье — хрупкая субстанция, нельзя его так, сгоряча, в набежавшую волну швырять.






Партнеры