Вещь в себе

“Сейчас уже можно отказаться от того, чтобы обнажать на подиуме грудь”

23 июня 2005 в 00:00, просмотров: 200

Их жизнь кажется красивой и яркой: дорогие туалеты, богатые поклонники, светские тусовки. Профессия манекенщицы в России сегодня одна из самых престижных. А между тем мало кто знает, что мы — единственная страна, в которой нет профессии “модель”. Так что если завтра юная прелестница сломает ногу или повредит личико, ее просто выбросят как ненужный товар. И никакой суд не сможет ей помочь. О тяжких трудовых буднях рассказывает 21-летняя модель Клавдия Большакова.


— Наверное, все модели носят одежду “от кутюр”?

— Нет, это бывает крайне редко. Так что обычно мы носим то же, что и все: джинсы, кроссовки, в общем, удобную одежду. А топ-модели на Западе действительно полностью одеваются в именные вещи, ведь их им дарят дизайнеры. Это своего рода бесплатная реклама для модельера. Вообще, на Западе хорошим тоном считается подарить что-то манекенщице после показа.

— К чему тебе было труднее всего привыкнуть в профессии?

— Работодатели могут пощупать мускулатуру, волосы, посмотреть зубы. Или говорят: “Короткие стрижки — направо, длинные волосы — налево”. Сейчас модели уже могут позволить себе отказаться от того, чтобы перед показом им вдруг отстригали волосы или просили выйти на подиум с обнаженной грудью: такие вещи должны заранее оговариваться. Но если агентство нечистоплотное, то девушке ничего не остается делать, как согласиться на “опыты” над собой, иначе она потеряет работу. Русские модели вообще отличаются от западных тем, что готовы практически на все, лишь бы не остаться без заработка.

— А сколько манекенщицам платят?

— В Москве за каждый показ платят до $100, за съемку — $80—200, за презентацию — $100—250. Съемки в рекламном ролике могут принести от $300 до 1500. Самое выгодное, если модель заключает контракт на работу за границей: в Европе можно заработать 300—500 тысяч в год. Агентству мы отдаем 20%. Кстати, в Европе модели делятся половиной заработка, но там и гонорары другие, и есть свой профсоюз, который выплачивает страховку.

Ну вот сравните: европейские модели получают за рабочий день от $300 до 1200, за съемку на обложке — $30—50 тысяч.

— Чем отличается модельный бизнес за границей от отечественного?

— Всем. На каждую съемку, показ заключается мини-контракт. В нем оговариваются вид работы, время, оплата и даже такие мелочи, как аллергия на кошек. Чтобы случайно не отправить вас на съемку с животными.

У моделей там своя иерархия: начинающие, постоянные и звезды. У каждой своя ставка. Там очень ценят время. На съемке каждая минута оплачена. Это деньги фотографов, визажистов, осветителей, так что если вы опоздаете, с вас возьмут такую неустойку, что вы на всю жизнь научитесь приходить вовремя.

Если вы придете без предварительного звонка, в агентстве просто не будут разговаривать. Для звонков даже есть негласное расписание: с восьми до одиннадцати утра модель может уточнить время съемки или показа, с трех до пяти — пообщаться с менеджерами в офисе. Официально рабочий день в агентстве заканчивается в шесть — все встречи и разговоры завершаются.

Еще одна отличительная черта — в Москве очень мало работы для мужчин, поэтому контракт заключается только с девушками. За границей контракты заключают со всеми. Опять же работа там — это возможность объездить весь мир.

— Если тебе после показа делают непристойное предложение и ты против, что делать?

— Нужно постараться без скандала уладить ситуацию, мягко отшить человека. Если он очень настойчив, то позвать менеджера.

— А почему без скандала?

— А то заказчик будет недоволен: на его мероприятии — и ругань! Могут уволить.



Партнеры