Марс-бросок

Как набирают добровольцев в полет на Красную планету

24 июня 2005 в 00:00, просмотров: 201

Руководитель Федерального космического агентства Анатолий Перминов озвучил потрясающую новость: осенью Россия объявит о наборе добровольцев для участия в полете на Марс.

Правда, “лететь” люди будут пока понарошку: им предстоит всего лишь репетиция полета на Красную планету, который, по прикидкам ученых, состоится в 2015—2020 годах.

Эксперимент будет поистине уникальным: по всему миру сейчас подбирают для “марсиан” одежду, белье, обувь, бытовую технику и даже музыкальные диски. Французы собираются приготовить для них вместо привычных тюбиков баночки с красным тунцом в засахаренном лимоне из Ментона и поджаренными овощами по-тайски.

Уже готов проект марсолета, а добровольцы, не дожидаясь приглашения, заваливают ученых письмами — из Австралии, Греции, с Украины, не говоря уже о России.

Шестеро добровольцев-“марсиан” проведут взаперти 500 суток, примеряя на себя ситуации, которые могут возникнуть во время космического путешествия. О невиданном эксперименте “МК” рассказал один из руководителей проекта — 1-й замдиректора Института медико-биологических проблем, академик РАМН Виктор БАРАНОВ.


— Наш институт уже давно думает о Марсе. Наземный экспериментальный комплекс у нас был введен в эксплуатацию еще в 1970 году! Он предназначался для испытания систем, которые могли бы обеспечить жизнедеятельность человека при полете к Марсу. Фактически — это макет марсианского корабля, состоящий из разных модулей. Именно он, только модернизированный, будет использоваться и в нынешнем эксперименте. Сейчас там три модуля объемом в 100, 200 и 50 кубических метров. Он напичкан аппаратурой, регистрирующей всевозможные параметры внутри объекта и отслеживающей медицинские показатели людей.

— Эта практика — изоляция космонавтов — не нова…

— Еще в то время, когда готовился полет Юрия Гагарина, космонавтов запирали в камеры, где была полная тишина и отсутствовала информация. Правда, тогда запирали на срок до 10 дней, потому что полеты были краткосрочными. В этом смысле отличился наш институт: в 1967 году мы впервые закрыли людей надолго — на год. Год оказался високосным, и ребята — врач, биолог и техник, специалисты нашего института, — провели там 366 дней. Помещение у них было всего 48 кубических метров. Мы их изучали, проводили медико-биологические исследования, испытания систем жизнеобеспечения. Опыт будет использоваться и в марсианском эксперименте... 10 лет назад врач-космонавт Валерий Поляков провел на орбите более 14 месяцев, тем самым доказав, что пилотируемый полет к Марсу возможен.

— Чем опасен полет к Красной планете? Ведь он продлится 458 суток...

— Прежде всего — радиацией. Нам надо выяснить, какие меры должны быть приняты для того, чтобы предохранить космонавта от ее влияния. Но экспериментировать с дозами облучения мы будем без участия человека — на животных. Результаты этих экспериментов будут полезны специалистам, которые конструируют корабль.

— А его уже конструируют?

— Конечно. К примеру, прекрасный вариант корабля разработан специалистами РКК “Энергия”; его называют “марсианский экспедиционный комплекс” — МЭК.

Еще одна беда — солнечные вспышки: мы должны научиться их прогнозировать и знать, сколько они продлятся, чтобы вовремя уйти в убежище.

На Красной планете людей ожидает очень агрессивная среда: разряженная атмосфера, облучение, сильное колебание температур. Поэтому требуются особые скафандры, чтобы там работать. Те, в которых сейчас выходят в открытый космос космонавты, весят сотни килограммов, но там-то невесомость, а на Марсе — притяжение. Упадет космонавт в таком скафандре, а встать не сможет. Значит, скафандры должны быть достаточно легкими и иной конструкции, чтобы обеспечивать движение.

Там сила тяжести 40% от нашей — 0,38 g. Но ведь люди полтора года находились в невесомости и даже такую легкую гравитацию будут ощущать сильнее, чем земную. Мы должны максимально сократить их адаптацию на Марсе. Для этого хотим во время нашего земного эксперимента отработать режимы применения искусственной силы тяжести. На корабле ставится центрифуга радиусом примерно два метра и диаметром четыре. Она создаст ускорение и перегрузки, способные воспроизводить притяжение Земли или Марса. Тогда космонавты не отвыкнут от силы тяжести. В США уже построили такую центрифугу, будет она и у нас, и в Германии.

— А на всем корабле нельзя создать постоянную силу тяжести — как в фантастических фильмах, где люди передвигаются по звездолету своими ногами?

— Такие проекты есть, но они требуют чрезвычайно много энергии. Это очень сложно осуществить. И дорого. Здесь же сила тяжести создается не на всем корабле, а для конкретного человека...

Еще одна сложность — полная автономность полета. Члены экипажа должны быть, что называется, специалистами широкого профиля. Они должны быть готовы к тому, что связь с Землей прервется, и все решения им нужно будет принимать самостоятельно, самим же придется решать все хозяйственные, психологические и прочие вопросы. Но даже если связь налажена, она все равно особенная — ведь сигнал с марсолета Земля примет лишь через 20 минут после того, как его отправят. Плюс 20 минут на ответ из Центра. Итого — задержка в 40 минут.

— Но ведь в экстремальных ситуациях все решают секунды...

— Вот именно. Поэтому и должна команда быть “мастерами на все руки”. К тому же мы впервые используем возможности телемедицины.

— А это что такое? Видеосправочник, глядя в который, доктор будет аппендикс удалять?..

— Примитивно говоря — да. Но не только. Ну, удалит врач аппендикс, а у пациента — осложнение. Значит, у него должна быть система поддержки с Земли — информационный банк-телесистема, из которой можно почерпнуть необходимую информацию.

— Еще один вопрос — “гигиенический”. Как люди смогут полтора года не мыться?

— А как сейчас? Космонавты обтираются салфетками. Разработана специальная система лосьонов и процедур. На станции “Мир” у нас была душевая установка. Помыться из-за невесомости там было нельзя — только париться. Поэтому вопросом сбора и распространения воды сейчас занимаются специалисты. Мы изучаем, как, предположим, нанести шампунь на волосы и как его смыть. Можно, конечно, создать очень большой напор воды, но в этом случае может смыть космонавта... Пока этот вопрос решить не удалось. Наверное, будут какие-то другие варианты — капсулы с водой, быть может. Я знаю, что космонавты (неофициально, конечно) как-то нагревают полотенца, пропитывая их влагой, и обтираются ими. Но такие несанкционированные вещи нарушают процент влажности на корабле, и могут появиться ненужные микроорганизмы, грибки.

— А чем будут питаться космонавты и, соответственно, добровольцы, участвующие в эксперименте?

— Помимо тюбиков и баночек с традиционным рационом ожидаются и кардинальные новшества. Буквально на днях у нас в институте была французская делегация. Она предлагает по нашим российским технологиям изготовить целый ряд продуктов питания знаменитой французской кухни. Вы только послушайте, чем будут потчевать космонавтов: красный тунец в засахаренном лимоне из Ментона, приправленная пряностями куриная ножка и поджаренные овощи по-таиландски, утиная ножка “конфит” с каперсами!.. Все это будет в стограммовых алюминиевых баночках.

Сейчас за рубежом ищут фирмы, которые могли бы предоставить для нашего проекта воду, продукты питания, одежду, белье, обувь, бытовую технику и даже музыкальное оформление. Мы были бы рады, если бы российские производители тоже приняли участие.

— Помимо музыки какие “радости жизни” ждут добровольцев на звездолете? В космосе, говорят, очень ценятся зеленые грядки...

— Конечно, когда кругом железо, маленький зеленый оазис очень радует. Эксперименты по обеспечению экипажей растительной пищей проводились на “Мире” и сейчас проводятся на МКС. Имитируя полет на Марс, мы планируем создать оранжерею — чтобы было где снять психологическую нагрузку, и еще две зеленые зоны, обеспечивающие экипаж растительной пищей.

— Общаться со своими “подопытными” вы будете посредством мониторов?

— Что вы, никакого общения! Режим “полета” будет абсолютно автономным — в этом особенность эксперимента. Контактов с “обслуживающей бригадой” не будет. Все решения должен принимать экипаж, даже в экстремальных ситуациях, касающихся здоровья. Правда, свое решение врач должен будет записать в компьютер, а контролирующий эксперимент врач имеет туда доступ. Конечно, если что-то угрожает жизни человека, мы его выведем из “звездолета”.

— Правда, что экипаж будет чисто мужским?

— Никакой дискриминации по половому признаку нет. Самое главное, чтобы это был профессионал, причем профессионал здоровый. Женщина или мужчина — не важно. С рядом задач и проблем женщина справляется даже лучше мужчины. Правда, для эксперимента группа все же должна быть однородной: возраст, вес (многие показатели мы рассчитываем на килограммы веса) и пол. Иначе не получить достоверных результатов исследований.

— Значит, полетят все-таки мужчины...

— Ну почему? Если мы найдем шесть “однородных” женщин… Но пока вариантов для реального полета три: чисто мужской экипаж, смешанный и женский.

— Конкурс добровольцев Роскосмос объявит только в октябре, но, я слышала, вас уже завалили письмами!

— Да, люди спрашивают, как попасть к нам на эксперимент. Добровольцы из самых разных стран мира, начиная от Австралии, Греции, Украины, Бельгии, очень много россиян. В основном мужчины самых различных возрастов и специальностей. Многие не знают, что такое компьютер, не имеют высшего образования... Один комбайнер написал: “Если нужна какая-то помощь, я готов ее оказать”. Это очень приятно. Это говорит о том, что народ наш космонавтику считает одной из объединяющих идей, гордостью российского народа. Вообще мы уверены, что экспедиция на Марс будет экспедицией всего человечества, а не какой-то отдельной нации. Это миссия Земли. На данном этапе наш стратегический партнер — Европейское космическое агентство, в которое входят 14 стран.




Партнеры