Брак голубой крови

Александра Толстая — внучатая племянница писателя Льва Толстого и дочь историка Николая Толстого, женщина, оригинальная до крайности

1 июля 2005 в 00:00, просмотров: 409

Утонченная светская львица и одновременно завсегдатай конюшен, англичанка до мозга костей и авантюристка похлеще любой русской, наследница самых что ни на есть голубых кровей и жена самого обычного спортсмена-конника узбека Шамиля.


С мужем она познакомилась во время путешествия по Шелковому пути. В эксклюзивном интервью “МК” она рассказала про свою судьбу, про то, как встретила мужа, и про комплексы русских. А еще про то, как за 5 лет проехала на лошадях расстояние, равное примерно трети экватора.

— Александра, в каком году вы впервые приехали в Россию?

— В девяносто втором.

— Почему не раньше? Не тянуло на родину знаменитого предка?

— Дело в том, что я ведь из эмигрантов, из дворянской семьи, в советские времена такие путешествия для нас были невозможны, во всяком случае достаточно опасны.

— Даже для вас — внучатой племянницы Льва Толстого?

— Так то внучатый дядя... А вот мой отец, Николай Толстой, — очень известный историк в Англии. И он писал про казаков, которых англичане после войны отправили обратно в Россию, а Сталин их расстрелял. Так что и ему, и мне было опасно приезжать сюда до того, как СССР распался.

— Когда вы первый раз прилетели в Россию, что увидели, что почувствовали?

— Это так давно было! Уже столько воды утекло.

— Ну а все-таки.

— Честно скажу: я не ждала чего-то хорошего. Я тогда вообще не говорила по-русски. Но отец очень хотел, чтобы я учила язык. Дядя в то время очень дружил с актером Василием Ливановым, и мне повезло — я жила в семье его родственника. А его сын, как бы по обмену, жил у нас в Лондоне. Они стали для меня как вторая семья.

— Как же вы друг друга понимали без языка-то?

— Было очень смешно: они не говорили по-английски, а я — по-русски. Но, конечно же, общий язык мы находили.

Всерьез русский язык Толстая начала учить в Эдинбургском университете. Там она получила степень магистра гуманитарных наук по русскому языку. Знание родного языка пригодилось почти сразу же: Александре поступило предложение продавать русские акции на Лондонской бирже. По словам Толстой, “это было жутко скучно: вставать приходилось в пять утра, причем каждый день”.

— Часто путешествуете?

— Мы с мужем, Шамилем, ездим в конные походы. Уже шестой год.

— Где вы с ним познакомились?

— В Узбекистане. Я ездила в экспедицию на лошадях, и он был гидом. А вообще он спортсмен.

— Когда это произошло?

— В 99-м году.

— Любовь с первого взгляда?

— Он говорит, что да. Я не знаю. Мы путешествовали сначала по Узбекистану, потом по Киргизии и так дошли до границы с Китаем.

— Как вас туда занесло?

— Да уж не говорите… Мы восемь месяцев путешествовали на лошадях и на верблюдах из Туркмении до Китая. А началось все еще в Англии. Путешествия всегда были у Толстой в крови, а тут, по счастливому совпадению, университетская подруга Александры рассказала о своей мечте — проехаться по Великому шелковому пути. Толстая сразу решила, что эта мечта должна стать реальностью. Дело оставалось за малым: найти деньги на путешествие. Эту проблему решила стипендия от Королевского географического общества, которую девушки выиграли, представив на конкурс столь оригинальный маршрут: Шелковый путь проходил через Туркменистан, Узбекистан, Кыргызстан и Китай. Через два года подготовки девушки отправились в путешествие, даже толком не осознавая, где находится Узбекистан, Киргизия и другие страны выбранного маршрута и что они из себя представляют. Но мечта университетской подруги Александры все-таки сбылась: верхом на лошадях, а порой и на верблюдах, девушки покорили Великий шелковый путь. В этом путешествии Александра нашла свою любовь, Шамиля Галимзянова.

— Так он прошел с вами весь поход?

— Нет, только Узбекистан и Киргизию.

— Как же вы потом общались?

— Мы приезжали в Узбекистан каждый год летом. Как-то я даже с родителями приехала. Потом, в 2003 году, он прилетел ко мне в Лондон.

— И?..

— Мы жили в Англии два года, но потом переехали сюда, в Москву. Для него как для спортсмена здесь больше возможностей. А в Англии в конном спорте огромная конкуренция. Шамиль начал заниматься лошадьми, когда ему было 12 лет. Был членом сборной команды, пока существовал Советский Союз. Потом он ушел из конного спорта и стал гидом. А после нашего знакомства мы возим туристов в Узбекистан и устраиваем походы на лошадях.

— Маленький семейный бизнес?

— Маленький, но жутко интересный.

— А чем еще сейчас занимаетесь?

— Я тоже писательница. Пишу книги про путешествия, которые издаются в Лондоне.

— Вы верите в судьбу?

— Скорее да, чем нет. Это большое совпадение, что мы познакомились.

— Интересно, что может быть общего у такой девушки, как вы — светской, манерной, — и обычного спортсмена?

— Я не очень хорошо понимаю ваш вопрос.

— Ну как же? Вы — потомок великого писателя, дворянка. Ведете светский образ жизни. А ваш муж — из Узбекистана, спортсмен, конник, гид.

— Вы знаете, для меня так дико и смешно то, что вы сейчас говорите.

— Почему же?

— Вы в России здесь все странные и в какой-то мере закомплексованные.

— Вы можете объяснить?

— Я не совсем уверена, что это правильно у меня получится на русском языке. Ведь я до сих пор думаю на английском.

— Попробуйте.

— В Москве люди, у которых есть деньги и положение в обществе, они, как бы вам это сказать, боятся наклониться — ведь может упасть корона. Я думаю, что это все отголоски той мрачной жизни, которая была еще при Союзе. Взрыв, который дал людям свободу, произошел уже очень давно, но комплексы остались. У меня же нет этой болезни, какую я наблюдаю у многих русских. Я всегда жила светской жизнью. Я знаю, что я дворянка, я уверена в себе в любых ситуациях. У меня нет комплекса от того, кого я люблю, и от того, чем занимается мой муж. В Англии я жила в деревне — у меня с детства были различные животные, и лошади в том числе. Под Лондоном у нас есть огромный загородный дом с конюшней.

— Мне как-то даже обидно. Я ведь тоже русский.

— И я русского происхождения! Но понимаете, в Лондоне люди попроще. У них нет такого пафоса. Они привыкли так жить. Кстати, там моего мужа просто все обожают. А здесь я вижу, что меня многие, скажем мягко, не совсем понимают.




Партнеры