Питиё моё

Чтобы купить пива, подростки “покупают” алкоголиков

12 июля 2005 в 00:00, просмотров: 192

— Козел холодный есть? Мне дво-их... — еле выговаривает слова молодой человек и, заплатив за пиво, покачиваясь удаляется из палатки.

— Мне попить. Пять бутылок! Ну что так медленно-то!

Все это происходит в 10 часов утра в обычной торговой палатке района Свиблово, где корреспондент “МК” поработал в качестве продавца целый день. И этого оказалось вполне достаточно, чтобы понять главное: столичный народ спивается в полном составе, начиная с подростков.

Рабочий день в небольшой торговой палатке начинается в 8.00. Клиенты уже ждут, переминаясь с ноги на ногу. Ночевали они тут, что ли?

— Красавица, миленькая, дай в долг бутылочку. Хоть светлого, — бормочет пожилой мужик, разодетый в драную кожаную жилетку и заляпанные грязью штаны. — Ночевал сегодня под кустом — жена в дом не пустила. А деньги-то у нее...

Проникнувшись к мужику жалостью, чувствую себя неловко. Но отпускать в долг не положено.

Большинство своих постоянных покупателей моя напарница Наташа знает не только в лицо и по именам, но и по всем этапам их нелегкой жизни: пил — женился, пил — родил ребенка, пил — развелся, пьет… “Постоянному” достаточно появиться и показать на пальцах, сколько ему надо, как продавец уж знает, чего и какого...

— Они часами здесь могут стоять и рассказывать о себе, — вздыхает Наталья. — О женах, детях, любовницах. Я уже не продавцом себя ощущаю, а психотерапевтом. Вот этот, например, в кожаных штанах, уже год как ищет себе третью женщину.

Услышав слово “женщина”, собравшийся было уходить “клиент” разворачивается:

— Да, ищу. Первая жена — для любви, вторая — для разврата, ну а третья — от дьявола. Имею полное право! Ну что, дашь в долг?!

Следующий на очереди — абориген-“синюшник”. Он настолько пьян, что не в состоянии говорить. Вместо слова “пиво” мужик что-то мычит, протягивая мне полтинник. Палатка тут же заполняется “ароматом” перегара.

— Сколько тебе? — пытаюсь побыстрее отделаться от экзотического покупателя. В ответ — молчание и тупой взгляд.

— Две бутылки?

Клиент отрицательно мотает головой.

— Три?!

Наконец попала... Но какого пива? Наталья помогает: самого дешевого, естественно.

Чем ближе время к обеду, тем чаще среди опохмеляющихся с вечера мелькают “свеженькие” — увы, в основном подростки.

— Мам? Я возьму пива? — спрашивает пожилую даму парень. — А тебе минералочки...

— Нет, нет! — сопротивляется статная мамочка, в то время как высоковозрастный оболтус с вожделением разглядывает ряды бутылок. — Каждый день пьешь. Хватит уже!

В итоге парень все же уговаривает родительницу, щедро платит из ее кошелька, а затем тащит под руку в игровой зал напротив палатки. Видимо, сынок решил сделать для мамы экскурсию по всем своим любимым местам отдыха.

В палатку впархивают две юные леди. Казалось бы, вот оно — прекрасное мгновение с перерывом на трезвый образ жизни. Ан нет!

— Два пива. Светленьких для начала...

Начало для девушек было долгим: за последующие два часа они покорили пивную вершину пять раз! С каждым визитом к нам увеличивая спиртные обороты. В итоге разгар дня перешел в вечер с крепкой “девяткой”.

— Среди девушек постоянных покупателей нисколько не меньше, — комментирует Наталья. — Спивается наш народ... Способ зависит и от сезона. Так, с наступлением лета спрос на водку и коньяки резко падает, переходят в основном на пиво и коктейли.

С четырех часов дня народ начал прибывать, словно волны прилива. И тут между торопящимися, ругающимися (“Чего так медленно, копуша?!”) замелькали совсем пацаны.

— Ты читать-то умеешь? — торможу парнишку лет четырнадцати. — Вон на дверях про тебя написано.

Парень косит глазом на плакат “Несовершеннолетним спиртное не отпускаем!” и канючит: “Меня отец послал…” “Отец” в виде приятеля и двух девчонок того же возраста болтается у дверей, поминутно заглядывая в палатку.

— Иди-иди, — строго кричу я, игнорируя возмущение очереди по поводу задержки.

Парень удрученно отходит и тут же на моих глазах просит местного алкаша приобрести ему пару бутылок легкого спиртного. Сдача — три рубля — остается у последнего “на чай”.

— Выпить так хочется, что переночевать негде! — появляется возле прилавка то ли девочка, а то ли виденье — стройная, молодая, в модных позолоченных очках. — Пожалуйста, ящик! Нам с девочками на вечер хватит.

— У вас продаются… ну... это... — топчется, пряча глаза, парнишка лет шестнадцати. — Ну, резинки.

Трудно удержаться и от смеха, и от вздоха.

— Конечно. Вон по 10 рублей. Жвачка. А то, чего ты хочешь, — в ближайшей аптеке.

После 11 вечера в палатку снова повалили “многосерийные” — из тех, кто похмеляется.

— Возьмите пиво в холодильнике, — твержу уставившемуся на меня мужику. — Да вы не на меня смотрите, а в холодильник. Он сзади!

— Пить или не пить? Вот в чем вопрос. Что благородней духом? — вдруг проникновенно, с настоящим артистическим мастерством говорит законченный алкоголик.

— Девочки, милые, не лейте здесь свои коктейли! — уже перехожу на крик.

Терпение, терпение… До закрытия палатки еще полчаса. Ноги от целого “стоячего” за прилавком рабочего дня гудят. Но еще больше гудит от спиртных испарений голова.

— Тебе везет! — завистливо вздыхает Наташа. — А для меня завтра все сначала. Каждый день — как на войне.





Партнеры