“Мосфильм” взяли в “Плен”

У нас снимают стопроцентно американский фильм

12 июля 2005 в 00:00, просмотров: 506

Шестой павильон “Мосфильма”. На дверях пришпилена бумажка: “Без бейджей на съемочную площадку не входить”. В павильоне носятся люди с красными бейджами и иностранной надписью “Captivity”. При входе на площадку — щит с объявлениями, в них — полный план работы на день, раскадровка всех сцен, которые будут снимать сегодня, координаты участников процесса. В самом павильоне — полумрак, светящиеся мониторы компьютеров, десятки проводов под ногами, и в центре — настоящий двухэтажный викторианский дом.

На “Мосфильме” полным ходом идут съемки триллера “Плен” режиссера Роланда Джоффе — первого русско-американского проекта с 17-миллионным бюджетом.


В данном случае русская сторона — а именно кинокомпания “Рамко”, чей первый фильм, “Теневой партнер” с Ником Мораном и Тарой Рид, вышел в российский прокат в мае, — полностью финансирует проект. Правда, ни одной сцены в России сценарием не предусмотрено. Собственно, в этом и заключается уникальность первого по-настоящему русско-американского фильма. А еще в том, что все на съемках не так, как привыкли в России. На каждый день составляется так называемый Call List, где есть все — от точного часа восхода солнца и температуры на улице до предметов реквизита в конкретной сцене. Кстати, там же прописаны слезы героини в графе Make Up. Плюс список сегодняшних сцен, имена актеров и дублеров на площадке, время их появления в павильоне. Здесь даже обедают не в темном пыльном углу, а в специально оборудованной столовой. Роланд Джоффе, кстати, придерживается собственной вегетарианской диеты и прыгает по площадке как кузнечик. Видели вы русских классиков, порхающих на съемках? А Джоффе, между прочим, в ноябре будет ни много ни мало — 60.

Уникальность “Плена” еще и в том, что весь Аrt-department — именно так себя называют те, кого мы привыкли считать художниками-постановщиками, — русский. И это при том, что основное действие фильма происходит в американском доме викторианской эпохи. Руководит процессом Аддис Гаджиев, который ни разу в жизни не был в Америке.

— Для меня все здесь впервой, — говорит Аддис. — Все крайне нетипично для нашего кино. Наше кино — я имею право так говорить, потому что работал на десяти фильмах, — делается так: можем мы это снять? Да нет, сложновато. Ну ладно, тогда не будем. Оно построено на безумных компромиссах. Я перфекционист и считаю, что компромиссов быть не должно. Кино — как автомобиль, нельзя в него вкрутить неподходящий болт, он развалится. Поэтому наше кино разваливается. Может быть, то, что мы делаем, на экране будет видно всего 5 секунд, но эти 5 секунд должны быть такими, что зритель из них почерпнет определенное количество информации. Здесь нет ни одной вклейки, ни одного проходного кадра.

— Вы сказали, что не были в Америке. Как же тогда вы нарисовали дом?

— Что важно продюсеру и режиссеру? Чтобы все было по правде и исключительно эксклюзивно для этого кино, чтобы фильм стал произведением искусства. Дом мы построили по огромному количеству информации из Интернета и журналов. Просто процедили все, и получился такой результат.

Что самое интересное — американцы, оказавшись в декорациях, утверждают, что именно такой дом был у их бабушки. Или тетушки. Кстати, дом действительно выглядит как настоящий. Он был построен все теми же русскими умельцами всего за полтора месяца, а придуман шестью художниками.

Съемки “Плена” продлятся до конца июля. Потом группа уедет в Америку. И монтировать, и озвучивать фильм будут уже в США.

О ЧЕМ

С вечеринки в модном нью-йоркском клубе похищена фотомодель Дженнифер. Девушку похитил маньяк, запер ее в подвале и через видеокамеры наблюдает за каждым ее движением. (Кстати, то, что зритель увидит как запись с видеокамер, снимается в режиме он-лайн параллельно с основными съемками.) За стеклянной стеной, замазанной краской, обнаруживается еще один арестант — молодой человек по имени Гарри. Расшалившись, неизвестный наблюдатель открывает двери между камерами, и молодые люди становятся любовниками. Они понимают: чтобы остаться в живых, необходимо совершить побег, но попытки спастись оканчиваются неудачей, так как маньяк искусно расставляет ловушки, в которые всякий раз попадают беглецы…



КТО

Режиссер Роланд Джоффе — автор фильмов “Ватель”, “Алая буква”, “Миссия”, “Поля смерти”. Собственной персоной вкалывает каждый день на “Мосфильме”. Приходит в 7.30 (остальная группа появляется на площадке часом позже), работает не покладая рук и, по словам очевидцев, может изменить сцену в последний момент, потребовать новый реквизит. Но никто не против — все понимают, что на благо. Джоффе создает особую атмосферу фильма, именно она должна гарантировать картине успех.

Сценарист Ларри Коэн — автор сценариев таких фильмов, как “Телефонная будка” и “Сотовый”. По словам продюсера Марка Дэймона, Коэн — сценарист категории “А”.

Продюсер Марк Дэймон — настоящая акула Голливуда. Продюсер фильмов “Девять с половиной недель”, “Монстр”, “11:14”, “Страх.com”, “Мушкетеры”, “У моря”. Над “Пленом” Дэймон работает в содружестве с русскими продюсерами Сергеем Коновым и Леонидом Миньковским.

Элиша Катберт — исполнительница главной роли, одна из многих восходящих голливудских звезд. Сыграла в “Доме восковых фигур”, “Соседке”, “Американском пироге”. Вполне возможно, что работа с такой звездной командой сделает из нее звезду настоящую.

Дэниел Гиллес — исполнитель роли Гарри. Играл в фильмах “Невеста и предрассудки”, “Человек-паук-2”.



ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Элиша Катберт на “Мосфильме” имеет собственную гримерную, собственного ассистента, собственную дублершу, собственного охранника у дверей гримерной. Не так мало. Но, как все простые смертные, приходит на площадку в 8.30. К 9.00 она уже в костюме, а к 9.10 полностью загримирована. В день, когда Элиша нашла пару минут, чтобы ответить на вопросы корреспондента “МК”, снималась сцена с песком. Это когда неизвестный маньяк решил засыпать свою пленницу песком прямо в душевой кабине. Как юную блондинку засыпали отборным белым песочком, видели только режиссер и оператор. Остальные же наблюдали за троицей рабочих, расположившихся на крыше душевой кабины и с удовольствием подсыпающих песок внутрь через шланг.

— Элиша, вам не страшно залезать в будку с песком?

— Немного — ведь там грязновато (стряхивая с себя песок). Честно говоря, мы вчера репетировали сцену с дублером, и я убедилась, что это действительно безопасно. Просто нужно быть спокойной, набрать побольше воздуха и делать то, что нужно. Тогда все пройдет гладко.

— Как вы себя чувствуете на площадке под руководством именитого Роланда Джоффе?

— Я всегда была большой поклонницей его фильмов, и мне очень нравился результат — как актриса я понимаю, что он большой мастер. И когда мы только начинали работать и он объяснял мне мою роль. Для меня это самая сложная роль.

— Вы думали когда-нибудь, что окажетесь в Москве?

— Мне действительно было немного сложно вначале. Все работники на площадке говорят на двух языках, есть те, кто вообще не говорит по-английски. Мне очень сложно было общаться с моим гримером. Я даже была немного в депрессии, но потом увидела, что все делают одно дело, за камерой есть два человека, говорящих по-английски, мой ассистент говорит по-английски, так что я успокоилась. Но, конечно, здесь все не так, как я привыкла, здесь я не всегда уверена, что меня понимают достаточно точно.

— Вам было сложно принять решение о приезде сюда?

— Да нет, не очень. Я работала по всему миру, побывала во многих местах. У меня были съемки во Франции, в Австралии, в Англии, на Коста-Рике. Так что, если мне нравится фильм и нравится режиссер, я поеду за ним хоть на край света. И это действительно очень здорово, что я здесь оказалась, не знаю, появилась бы у меня такая возможность без Роланда.

— Что вы ждете от фильма?

— Я надеюсь, что он получится таким, как мне хочется, — особенным, уникальным. Если люди, посмотрев его, выйдут из кинозала и скажут: “Вау! Я такого никогда раньше не видел!” — это будет просто фантастика. Но мы все понимаем, что заранее знать результат в кино нельзя, нельзя знать, как зритель отреагирует. Но очень надеюсь, что наш фильм понравится.






Партнеры