Беда из-под крана

Глава Мосводоканала Станислав ХРАМЕНКОВ: “Столичной воде грозят катера и яхты”

20 июля 2005 в 00:00, просмотров: 491

Прямые линии “МК” с представителями коммунальных служб столицы редко бывают наполнены сильными эмоциями. Квитанции, перерасчеты, жэки — материи весьма скучные. И от разговора с руководителем Мосводоканала Станиславом Храменковым мы ожидали бесконечных вопросов об установке счетчиков на воду и прочей сухости. Но...

Вода есть вода — сухим разговор не получился. Напротив, вопросы были крайне интересные. В итоге получился настоящий научно-популярный фильм в прямом эфире.

Питие определяет сознание

— Добрый день, Станислав Владимирович. Хоть и время прошло, но по-прежнему беспокоит ситуация с аварией в Тверской области. Она действительно никак не повлияла на нашу воду?

— Никакого влияния эта авария на качество воды в Москве не оказала. Не все обратили внимание на то, что в 900 метрах от места катастрофы, выше по течению реки, находится Вазузское водохранилище. Инженеры в свое время приняли очень грамотное решение: они построили плотину выше железной дороги, чтобы исключить неприятные последствия возможных техногенных катастроф.

Надо признать, поверхностные источники водоснабжения в целом более уязвимы, чем подземные воды. Но город Москва имеет две независимые системы водоснабжения: первая — из реки Москвы, вторая — из Волги. Система подачи воды из реки Волги предполагает, что вода сначала попадает в Иваньковское водохранилище, а потом принудительно подается через систему канала им. Москвы в сеть каскадных водохранилищ, где происходит отстаивание воды. Система устроена так, что обмен воды в Иваньковском водохранилище проходит медленно — в течение 3 месяцев. К тому времени нефтепродукты, которые в принципе могли оказаться в Волге, усилиями МЧС должны быть собраны с помощью сорбентов, насосов, боновых заграждений и проч.

Качество воды постоянно контролируется не только нашим ведомством, но и несколькими государственными организациями, не связанными между собой. Так что данные вполне объективные и свидетельствуют о доброкачественности московской воды.

— Короче, водой можно пользоваться?

— Можно. Если вы по каким-либо причинам опасаетесь пользоваться водой из-под крана — прокипятите ее.

— А если какой-то вопрос возникнет, то по какому телефону в Мосводоканал можно позвонить?

— 742-96-96 — служба по работе с клиентами.


— Мы пьем воду из речек, а они так уязвимы в плане экологии. Может, перейти на подземные источники?

— Вы совершенно правильно ставите вопрос. В пределах 100 км от Москвы есть довольно мощные подземные запасы воды. Действительно, сегодня вокруг Москвы разработаны четыре месторождения: Южное, Звенигородское, Клинско-Дмитровское, Восточное. Эти проекты не все в одинаковой степени реализованы, но я убежден, за этими источниками — будущее.

— В перспективе мы когда на них можем перейти?

— Я думаю, не очень скоро. По существу, городу надо строить новую систему водоснабжения, это очень дорого.

— Область же пьет из подземных источников?

— Да, но качество воды в области очень плохое из-за повышенного содержания железа. И вода от железа в скважинах не очищается. Москва сейчас делает основной упор на строительство современных очистных комплексов, которые будут очищать поверхностную воду от загрязнений.

Хлор, вода и чугунные трубы

— Добрый день, я жительница Западного округа. Слышала, что у нас новые системы очистки воды...

— Да, в районе поселка Западный, недалеко от Киевского шоссе, строится Юго-западная водопроводная станция, в следующем году мы ее введем в эксплуатацию. Она будет очищать воду качественно, с помощью ультрасовременных мембранных фильтров.

— А еще я читала, что вы собираетесь вводить новые реагенты для очистки воды. Чем они отличаются от обычных?

— Весь мир использует сегодня для дезинфекции и очистки воды хлор. Еще в 1870 году, когда Лондон потрясла страшная эпидемия холеры, там задумались, как спасти мир от возможного заражения. И впервые ввели хлор для дезинфекции.

Хлор бывает разный. Например, жидкий или газообразный. Это опасное вещество, но хлор выполняет очень важную санитарную функцию: он уничтожает болезнетворные микроорганизмы. Однако Америка после 11 сентября начала отказываться от использования хлора и переходит на более безопасный в использовании гипохлорид натрия. Это содержащее хлор соединение, его водный раствор. В таком виде при хранении и перевозках хлор не опасен. Мы уже имеем опыт использования гипохлорида натрия. Вот уже 12 лет он применяется на Черепковских очистных сооружениях Рублевской станции. В этом году принято решение о переходе всех московских водопроводных станций на этот реагент.

Но обеззараживающее действие раствора хлора чуть слабее, следовательно, расходовать его придется больше. Себестоимость воды вырастет на 2%. В настоящее время нами используется и очень эффективный метод очистки воды — озонирование.

— На всех станциях?

— Две московские водопроводные станции уже имеют озонирование, две будут оснащены в будущем. Но неверно думать, что мы, введя на всех станциях озонирование, откажемся от хлора. Мы просто уменьшим его дозу. Вода у нас движется к потребителю 5—6 часов, и чтобы по пути в воду не попали загрязнения, в ней должен содержаться остаточный хлор. Доза хлора в воде на выходе с водопроводной станции не превышает 0,8 — 1,2 мг связанного хлора на литр воды. Эта норма утверждена Минздравом России и очень жестко контролируется.


— Интересно, чем московская вода отличается от воды в других регионах? У нее есть какие-то особенности?

— Главная опасность, которая нас подстерегает, — это половодье. Тогда происходит смыв с полей и прибрежных дорог в водоемы. Несмотря на усиленную очистку на водопроводных станциях, которая обеспечивает безопасность воды, потребители в это время иногда ощущают неприятный запах воды. А человек в первую очередь оценивает воду по внешним признакам: прозрачность, запах и вкус. Например, если в воде попадаются частички ржавчины, это, конечно, отталкивает. К сожалению, 70% московских водопроводных труб сделаны из стали. Они очень быстро изнашиваются, ржавеют.

Мы перекладываем каждый год по 130 километров таких труб. Меняем их на трубы из чугуна либо делаем внутреннюю облицовку труб цементно-песчаным покрытием. Врачи во всем мире доказали, что самая безопасная внутренняя поверхность трубопровода — это цементно-песчаное покрытие. Оно в воде постепенно набирает прочность.В настоящее время отечественной промышленностью выпускаются чугунные трубы с внутренним цементно-песчаным покрытием. Срок их эксплуатации — 60 лет. А у стальной трубы — 25 лет. Конечно, Москва имеет самую протяженную в мире систему водопроводных сетей — 11 тысяч км. И те 130 км обновленных трубопроводов в год, которые мы сейчас имеем, — это очень мало. Поэтому мы ищем инвестиции, чтобы увеличить объемы перекладки.

По нашим расчетам, нам необходимо перекладывать по 300 км трубопроводов в год. Тогда мы восстановим систему в течение 10 лет, заменим большую часть некачественных труб.

— И все-таки чем наша вода отличается, скажем, от парижской?

— Критериям безопасности соответствует и парижская, и берлинская, и московская вода. А об отличиях... Париж берет воду из Сены. Французы 100% воды озонируют, мы пока озонируем 25—30%. Хлорируют воду и в Париже, и у нас. Полностью фторирует воду в водопроводе сегодня только Америка. Они богатые и могут себе это позволить. Важно еще учитывать содержание железа. Оно придает воде неприятный запах. Кроме того, там, где железа в воде много, вы можете наблюдать коричневые подтеки в раковине, унитазе, что тоже нехорошо. В Москве по содержанию железа вода на выходе с водопроводных станций соответствует нормативу. В отдельных случаях на пути к потребителю содержание железа может возрасти. Причина — использование стальных труб. Но по основным базовым критериям вода соответствует европейским стандартам. Сейчас мы работаем над тем, чтобы уменьшить содержание в воде хлорорганических соединений. В настоящее время наши стандарты по этим веществам отличаются от нормативов в странах ЕС и США. Однако, вероятно, в ближайшем будущем отечественная нормативная база претерпит изменения по аналогии с международной.

Куда капают деньги?

— За последний год значительно возросла цена на воду — это видно по квитанции за оплату. Предполагается ли дальнейшее увеличение тарифов?

— Нас всегда обвиняют в том, что мы хотим повысить тарифы. Городские власти, повышая тарифы, рассматривают всесторонне экономику Мосводоканала и исходят из простого расчета. Если сегодня инфляция в стране составляет 12%, если дорожают материалы, электроэнергия, зарплата увеличивается, то тарифы повышаются только сообразно с этими величинами. А в прошлом году мы имели убыток более 700 млн. рублей. Поэтому, наверное, я солгу, если скажу, что тарифы не будут увеличиваться. Но региональная энергетическая комиссия правительства Москвы, поверьте, очень тщательно все взвешивает и рассматривает перед увеличением тарифов в начале каждого года. На следующий год мы пока не имеем информации, как будут увеличиваться тарифы: это зависит от удорожания электроэнергии и газа. Это два главных компонента, от стоимости которых зависит стоимость воды.

— Скажите, существует ли в Москве норма расхода по холодной воде? И как на нее влияет установка счетчиков?

— Конечно, норма существует. Но не норма главное в нашей жизни. Главное то, сколько мы потребляем и сколько нам необходимо воды. Вообще специалисты подсчитали, что в день человеку нужно не более 180—200 литров воды.

— Какая же норма, я интересуюсь, там, где нет счетчиков?

— Норма осталась прежней, т.е. 384 литра. И вы платите сегодня 133 рубля с 1 человека за водоснабжение и канализование, если у вас дом с централизованным горячим и холодным водоснабжением.


— Я хотел узнать: к кому я должен обратиться, чтобы установить счетчики на воду?

— Вы можете обратиться в разные организации. Можете позвонить и в нашу службу по работе с клиентами, и вам предложат несколько фирм, которые устанавливают счетчики в Москве, и назовут цену. Телефон — 742-96-96.

— И еще я хотел бы узнать: там будет составляться акт, что счетчик берется на баланс?

— После установки счетчика составляется акт, и система расчетов запускается в работу. Там вам все объяснят, дадут перечень документов, которые вам нужно будет оформить, и подскажут, как это сделать.

Не плюй в колодец!

— Возможно ли такое, чтобы кому-то продали в собственность береговую линию Пестовского водохранилища?

— Нет, это исключено. Во-первых, береговая линия не продается. Такого материального понятия, как береговая линия, нет: она условная, выделена на картах. Есть земля, которая может продаваться: гектар, сотка или квадратные метры. Но вокруг Пестовского водохранилища земля не продается, и 100 м от уреза воды — это водоохранная зона, где всякое строительство запрещено.

— Смею вас уверить, что это не так. Я живу в деревне Румянцево, которая находится на берегу Пестовского водохранилища. И я видел свидетельство одной фирмы о частной собственности на землю с кадастровым планом участка. Там написано, что они купили береговую линию, прямо от уреза воды на 150 м прибрежной земли.

— Что такое может быть, я не исключаю. Но это явное нарушение, это незаконная вещь. Вы пришлите по факсу нам это свидетельство о собственности, и мы оспорим его. Это самоуправство.

— И что делать в этом случае жителям деревни?

— Во-первых, написать письмо в прокуратуру. Вы имеете на это право. Если бы вы приехали к нам и привезли копии этих документов, то мы бы сделали точно такое же обращение в прокуратуру. Потом обратились бы в суд.


— Меня беспокоит то, что и в подмосковные водохранилища могут попадать нефтепродукты. Уже сейчас там базируются более 500 моторных яхт мощностью от 150 до 400 лошадиных сил. Через 5—6 лет счет может пойти на десятки тысяч. Это не повлияет на чистоту воды в наших кранах?

— Да, это для нас сегодня самая большая опасность. Если бы уважаемое Министерство природных ресурсов помогло навести порядок на Истринском, Клязьминском, Пироговском водохранилищах! Там творится сейчас настоящая локальная катастрофа. Количество нефтепродуктов в воде там достаточно высокое. Пока это не влияет на качество воды в источнике питьевого водоснабжения, так как при движении к водозаборам вода многократно отстаивается. Но ПДК по нефтепродуктам там превышен во много раз. И это нас очень тревожит. В прошлом году мы были вынуждены обратиться к губернатору Московской области. Водная милиция, к сожалению, недостаточно хорошо справляется со своими обязанностями. К тому же она есть не на всех наших водохранилищах.

В последние годы наблюдается настоящий бум увлечения моторными яхтами и лодками. Я хочу обратиться к читателям “МК”. Не используйте моторные лодки и яхты на Истринском, Можайском, Рузском, Озернинском, Пяловском, Пестовском, Клязьминском, Химкинском водохранилищах системы водоснабжения столицы, где постановлением губернатора Московской области от 30.04.97 г. базирование и эксплуатация моторного флота категорически запрещены. Никому не придет в голову вылить канистру бензина в собственный колодец на дачном участке. А эти водохранилища в совокупности — наш общий колодец, источник питьевой воды для Москвы и ближнего Подмосковья. Чистота его зависит и от нас с вами.


Связь предоставлена компанией “Аэроком”.



    Партнеры