Марафонец

Борис ГРЫЗЛОВ: “Легких денег не бывает, если говорить о честных деньгах”

11 августа 2005 в 00:00, просмотров: 220

Спикер Госдумы Борис Грызлов — человек немногословный и закрытый. Подобно опытному боксеру, редко открывается. Не особо жалует журналистов. Однако накануне Международного дня молодежи он решил сделать исключение. И дал эксклюзивное интервью корреспонденту “Московского комсомольца”. Разговор, впрочем, коснулся не только проблем молодежи.


— Борис Вячеславович, вы с молодыми общий язык быстро находите?

— Жалею, что слишком занят и поэтому мало общаюсь с молодежью. Но искренне ею восхищаюсь. Нынешняя молодежь — мужественное поколение. Их не баловали в постперестроечном детстве, когда опустели прилавки магазинов. Когда многие родители остались без работы и без зарплаты. Учителя подались в “челноки”, инженеры — в автослесари. Главным было — детей накормить. Многие росли без должного ухода. Однако с апреля 1985 года прошло 20 лет. Выросло новое поколение — без старых кумиров и иллюзий. И его не назовешь потерянным! Да, прагматичное. Да, настырное. Порою жесткое, но абсолютно самостоятельное, мобильное, легко интегрирующееся в любую область жизни.

— А вас не смущает, что буржуазные ценности заменили идеалы отцов?

— Если под буржуазными ценностями понимать добротное образование, хорошую работу, достойное жилье, счастливую семью, то это — основополагающие ценности свободного демократического общества. Мне кажется, что российская молодежь голосует за такое будущее обеими руками. Она жаждет быть успешной. Каждая ступень успеха — будь то учеба или карьера — требует от них колоссальных усилий. Мы в молодости спокойно учились 5 лет в институте, получали гарантированную работу по распределению. Потом 3 года наши права молодого специалиста охранял закон. Мы неторопливо входили в профессию, в жизнь. У сегодняшних студентов уже к третьему курсу возникают свои фирмы. Немедленных результатов от них требуют очень жестко. Они понимают, что другого не дано — век глобализации только начинается.

— Вас не задевает, что молодежь все меряет деньгами?

— Не задевает, потому что это не так. Молодые хорошо знают, что и почем в нашем мире. Они принимают суровую реальность без истерики. Я, будучи студентом, уезжал работать в стройотряд, потому что хотел заработать. Мы и траншеи рыли в колхозах, и коровники строили, и в Дрездене кирпичи на интернациональной стройке клали. А однажды на Неве нам поручили работу, которую запомнил на всю жизнь. По реке сплавляли лес из Ладоги — вдруг один из плотов разметало штормом. На Неве и летом вода свинцовая, а тут пришлось нырять, плавать. Стоя по пояс в воде, ловить мокрые тяжеленные бревна, связывать их. А утром надевать мокрую одежду и снова идти на берег. Легких денег не бывает, если говорить о честных деньгах.

Молодым инженером в конце 70-х я брался за любую работу, потому что мечтал купить машину. И когда через 3 года после окончания института купил “Запорожец” и смог поехать в путешествие по Прибалтике, то был откровенно счастлив. Если молодежь зарабатывает деньги, чтобы строить благополучие, чтобы иметь возможность своим детям дать образование, то, на мой взгляд, это созидательная позиция.

— Вам не кажется, что такая ситуация лишь в 10 крупных городах страны. А в глубинке, где нет работы, ни о каком созидании личности говорить не приходится!

— Выбор есть всегда! Мое детство прошло среди компаний таких же отвязных ребят. Жили мы не в глубинке, а в Ленинграде, в Невском, самом бедном районе. Это сейчас там новостройки, метро, Ледовый дворец. А тогда, кроме школы, двора с вечными драками, спортивной площадки и катка, не было ничего. У меня были разные друзья. Но никто не упрекал меня, что я — круглый отличник, что не курю и матом не ругаюсь. Они уважали мой выбор, тем паче что благодаря занятиям спортом силы у меня хватало. Поэтому никому не приходило в голову набить морду этому, выражаясь сленгом нынешней молодежи, “ботанику”. Это тяжело — прорастать сквозь асфальт, но быть молодым тяжело всегда.

— Согласны ли вы с теми, кто винит нашу молодежь в аполитичности?

— Смотря кто обвиняет. Может быть, те политики, которые не дождались поддержки своих лозунгов. Зайдите в любую студенческую курилку, почитайте молодежные форумы в Интернете — разве там не бушуют дискуссии? Неужели наша молодежь аполитична? Она ненавидит, когда ею манипулируют. Поэтому легко ходит на предвыборные рок-концерты от любой партии, но в день самих выборов оказывается от избирательного участка за тридевять земель. У нас в стране сотни, тысячи молодежных объединений. Они хотят сами делать политику — посылать своих представителей в Общественную палату, которая будет формироваться при президенте. На встречах прямо об этом говорят. Молодые не любят, когда им объясняют, словно малым детям, как им жить, как любить Родину или голосовать. Они не хотят стать разменной монетой в играх политиков.

— Однако политические партии, в том числе и “Единая Россия”, которую вы возглавляете, ищут поддержки у молодых избирателей...

— Искать поддержки, на мой взгляд, еще не значит заигрывать с молодежью. Мы как правящая партия ответственны за то, чтобы в период нашего пребывания у власти были созданы условия, облегчающие молодежи интеграцию в трудовую и общественную жизнь.

— Красиво звучит, Борис Вячеславович!

— Я считаю, что среднее образование должно быть бесплатным, а значит, доступным для всех. Второе — качество образования. Если оно высокое — значит, наша молодежь конкурентоспособна. Опыт с ЕГЭ имеет свои плюсы и минусы, но эксперимент надо продолжать. Только после всестороннего анализа можно принимать решение о его введении. Можно оставить за ведущими университетами право проводить испытания по профильным предметам. Особая проблема — материальная база образования. Как обучать детей информатике, если единственный компьютер в сельской школе под замком в кабинете директора и нет выхода в Интернет? Устаревшая на 80% приборная база в вузах: за последние 10 лет почти не обновлялась — нет денег.

Учитель должен иметь нормальную зарплату и льготы при получении кредита. Смешно — профессор получает 5 тысяч рублей! Средняя зарплата квалифицированного строителя в Петербурге — 18 тысяч рублей. Поэтому наши профессора работают до гробовой доски. А молодые талантливые ученые уезжают за границу или уходят из науки в бизнес. Разве мы как политическая партия не должны постоянно лоббировать эти вопросы? Добротное образование — это государственная стратегия. В последние годы правительство Китая подняло зарплаты своих профессоров до 1—2 тысяч долларов в месяц и намерено поднять ее до уровня ведущих университетов США, чтобы остановить утечку мозгов. И мы обязаны в ближайшие годы переломить ситуацию.

— Почему же дискуссия на заседании правительства по проекту федеральной целевой программы “Молодежь России” на 2006—2010 годы вызвала такой резонанс в обществе?

— Потому что этот проект был поддержан депутатами Госдумы от фракции “Единая Россия”, представителями гражданского общества, самими молодежными объединениями. Но встретил жесткое неприятие со стороны Министерства экономического развития и торговли. Вопрос упирается в деньги. Нам необходимы инвестиции в молодежь! До сих пор в стране отсутствует титульный государственный закон о молодежной политике. Да, президентская программа “Молодежь России” существовала. Энтузиасты пытались сохранить клубы, кружки, спортзалы, спортплощадки, не давали пустить их с молотка. Старая программа грешила размытостью. Новый проект предполагает четыре приоритетных направления: “Гражданское воспитание молодежи”, “Интеграция в общество молодежи, оказавшейся в трудной жизненной ситуации”, “Включение молодежи в социально-экономическую жизнь страны” и “Взаимодействие с молодежью в информационном пространстве”.

— А почему “Единая Россия” поддержала эту программу?

— Потому что мы живем в правовом поле, которое радикально изменилось за год. В 150 федеральных законов внесены существенные поправки, которые меняют законодательство о молодежи. Со следующего года вступает в силу закон о местном самоуправлении, который кардинально меняет расстановку сил в регионах. Он позволяет на уровне района определять финансирование молодежной политики. Поэтому нужны новые ориентиры и новые подходы.

— Борис Вячеславович, о вашей целеустремленности и сдержанности ходят легенды. Как вам удается сдерживать эмоции, невзирая на ситуацию?

— В молодости спорт был моей страстью. Я увлекался волейболом, плаванием, баскетболом, играл в хоккей и футбол. Но самым главным была спортивная ходьба. Со стороны — это муторно, неинтересно. Кажется, что нет интриги. Но это спорт выносливых, терпеливых и упорных людей. Пройти 10—20 километров шаг за шагом и при всем азарте не сорваться на бег — может не всякий. Я был рад, что сумел стать призером первенства Ленинграда по спортивной ходьбе.





Партнеры