Сценарии для “большого Кавказа”

Игорь ГЕОРГАДЗЕ: “У власти в Грузии по-прежнему дауны от политики”

11 августа 2005 в 00:00, просмотров: 602

Это интервью состоялось в столице одной из восточноевропейских стран. Дело не только в том, что генерал-лейтенант Игорь Георгадзе опасается за свою жизнь (он явно не робкого десятка). Просто в сложившейся ситуации он не хочет быть причиной еще одного российско-грузинского дипломатического конфликта. Тем более что очередной такой конфликт раскручивается как раз в эти дни — я имею в виду обвинения грузинского руководства в адрес России в том, что к теракту в Гори причастны сотрудники ГРУ Министерства обороны РФ.

Эти обвинения я счел хорошей “затравкой” для нашего разговора.


— Г-н Георгадзе, вы, безусловно, в курсе последнего “шпионского скандала”. Руководство Грузии официально заявило о том, что теракт в Гори организовали сотрудники российского ГРУ. В подтверждение демонстрируются доказательства и свидетели. Можете прокомментировать?

— Это смешно комментировать. Все равно что серьезного литературного критика попросить о комментариях к похабному анекдоту. Объяснение простое, оно на поверхности. Какими методами нагнетал ситуацию Шеварднадзе? Сгорела электропроводка — это “рука Москвы”. Сейчас делается то же и теми же методами. Потому что у власти в Грузии по-прежнему те же дауны от политики, что и десять лет назад.

Что касается “доказательств”... Видите ли, я знаю, как получают и как дают такие “признательные показания”. Ни по “почерку”, ни по тем объяснениям, что дают задержанные, происшедшее в Гори не похоже на работу профессионалов. А цель очевидна — найти “российский след”.


ИЗ ДОСЬЕ "МК"

Георгадзе Игорь Пантелеймонович. Родился 23 июня 1950 года в семье потомственного военного. Окончил Высшую школу КГБ, участвовал в боевых действиях в Афганистане. Работал заместителем министра безопасности, создавал управление контрразведки в Министерстве обороны. С октября 1993-го по сентябрь 1995-го — руководитель Службы безопасности Грузии. Генерал-лейтенант, почетный сотрудник КГБ. В настоящее время находится в эмиграции.


— Иными словами, с вашей точки зрения, суть грузинской политики после “революции роз” не изменилась? Ведь г-н Саакашвили шел к власти на идее перемен, которые должны наступить после отстранения от власти Шеварднадзе...

— “Революция роз” — это хорошо продуманный, грамотный сценарий передачи власти. Над ним работали и мои коллеги “на той стороне”, и команда Сороса. Шеварднадзе предложили: мы раскрутим твоих учеников, а ты проведи демократические выборы. Тебя не тронут. Но у него же болезнь членов Политбюро: сам не уйду — только ногами вперед. Тогда ему предложили другой сценарий, по которому его учеников и последователей вывели в оппозицию. Я имею в виду троицу Бурджанадзе — Жвания — Саакашвили. Но и тут в последний момент вышла нестыковка: оппозиция уже готова к действию, а Шеварднадзе по-прежнему цепляется за кресло. И тогда возник третий вариант. Троице сказали: Шеварднадзе нужно подтолкнуть, но мягко, выводите людей на улицы. А вывести людей против Шеварднадзе — святое дело, это политбюровское лицо в Грузии уже видеть не могли. Так что люди шли не столько за кем-то, сколько против. А теперь сравните, что делал Шеварднадзе и что делают его ученики из “оппозиции”. Ничего не меняется.

— А зачем смена власти понадобилась Соросу? Ведь революция — даже “революция роз” — стоит огромных денег.

— Так он их потом “отобьет”. Сорос — человек дальновидный, он понимает, что Грузия занимает одно из ключевых мест в регионе. Это порты, нефтепроводы, “шелковый путь”... Когда-то ведь все это заработает в нормальном режиме. И Сорос своего интереса не скрывает, открыто говорит, что эксперимент в Грузии вызывает у него чувство гордости. Он “спонсировал” не только передел власти в Грузии: в настоящее время вся команда Саакашвили получает зарплату из кармана Сороса. Делается это практически открыто, через фонды.


ИЗ ДОСЬЕ "МК"

Джордж Сорос. Родился в 1930 году в Будапеште. Эмигрировал в Великобританию, позже получил гражданство в США. В 1969 году основал Quantum Society Fund, которую в течение 10 лет превратил в многомиллиардную инвестиционную компанию, одну из крупнейших в мире. Эксперты полагают, что именно Сорос ответствен за коллапс британского фунта стерлингов в 1992 г. и за обвал азиатских валют в 1997—98 гг. По сообщению пресс-службы грузинского правительства (март 2004 г.), между Саакашвили и Соросом была достигнута договоренность о выплате Фондом Сороса зарплаты сотрудникам госаппарата Грузии в размере 2 миллионов долларов.

* * *

— Каковы, на ваш взгляд, перспективы нынешней грузинской власти?

— Не вдаваясь в детали, отвечу так: мне кажется, что режим Саакашвили рухнет намного раньше, чем предполагают самые большие оптимисты.

— Грузинская оппозиция обвиняет Саакашвили в диктаторских замашках и в том, что он разоряет страну. Вы согласны?

— Да. Посмотрите, с чего он начал. “Я верну Осетию”, “Я верну Аджарию”... “Я”. Все диктаторы начинают с “я”. “Я арестую всех воров”... Помните эти картинки с масками-шоу? Людей задерживали, избивали. И — ни суда, ни следствия. Человека сажают, он требует: предъявите обвинение. А ему отвечают: какое тебе обвинение, ты денег наворовал. Но ведь есть определенные демократические процедуры! А то, что происходит сейчас в Грузии, — это дойка, причем отнятое переходит не государству, а просто оседает в других карманах. Нынешняя власть готовит себе отход: прикупает виллы за границей и переводит деньги в западные банки.

Около десятка оппозиционных газет попросту закрыты. А кто, как не диктатор, мог сделать то, что Саакашвили сделал в Южной Осетии? Блицкриг, да и только. Да еще с фашистскими призывами. Конфликт, развязанный Грузией против своих граждан другой национальности, он вознамерился “разрулить” таким вот кавалерийским наскоком. И что мы получили? И Южная Осетия, и Абхазия отъехали еще дальше, чем при Шеварднадзе.

— Ну хорошо. А страну-то он как разоряет?

— Вот пример. Саакашвили заявил: всех пенсионеров я обеспечу пенсиями. Действительно, в Тбилиси пенсионеры их получили, а на окраинах эти пенсии так никто и не увидел. Еще заявил: я вам увеличу зарплату. Да, увеличил. Но инфляция растет так стремительно, что на 10 лари, которые человек получал от Шеварднадзе, он мог (условно) купить 10 буханок хлеба, а сегодня на 30 лари от Саакашвили — не больше 7.

В социальной сфере — удар за ударом. Сначала около 18 тысяч милиционеров одномоментно оказались на улице. Вслед за ними — 800 профессоров и преподавателей Тбилисского университета. Это было проделано особенно унизительно. В день зарплаты уже уволенный, но еще не знающий этого профессор подходил к кассе, чтобы получить свои ежемесячные 37 долларов, а ему говорили: “Вам не положено, вы здесь больше не работаете”... Естественно, люди воспринимают это как разорение, причем не только экономическое, но и духовное.

— Вы упомянули о проблеме Южной Осетии и Абхазии? Как, по-вашему, ее нужно решать?

— Давайте сначала дождемся смены власти. Я надеюсь, что удастся создать объединенную демократическую оппозицию, и тогда мы озвучим поэтапную программу. Сегодня можно лишь обозначить штрихи.

Саакашвили никогда не сможет договориться ни с Абхазией, ни с Южной Осетией. Прежде всего потому, что он и его сторонники хотят вернуть не людей, а территории. А это в корне неверно. Именно людей нужно возвращать в лоно Грузии.

И второе. Нужно быть политическим дегенератом, чтобы не понимать: конфликтуя с Россией, население Абхазии и Южной Осетии на свою сторону не склонить. А сейчас происходит вот что: Саакашвили размахивает кулаком в сторону России и при этом заявляет — мы, мол, будем мирно решать абхазскую и южноосетинскую проблему. А риторика-то какая — обратили внимание? Говорит: “Мы будем проводить мирную политику агрессивно”.

— Существует еще проблема Панкисского ущелья. У нее есть решение?

— Сначала необходимо навести порядок в верхушке правоохранительных органов. Проблема Панкиси — не только и не столько в присутствии там чеченских боевиков. Через ущелье идет транзит оружия и наркотиков, который контролируется высшими чинами правоохранительных органов Грузии. Там срослись интересы боевиков, наркодилеров и власти. Это началось еще при Шеварднадзе. Около 70% переносных зенитно-ракетных установок, из которых чеченские боевики стреляют по российским вертолетам, завезены через Панкиси. Те, кто “курировал” эти вопросы при Шеварднадзе, остались на своих местах.

* * *

— После покушения на Шеварднадзе в августе 1995 года вас, что называется, в одночасье освободили от должности руководителя Службы безопасности Грузии. Какова была ваша реакция?

— Я сказал Шеварднадзе: у вас не было хлопот с моим назначением, и сейчас хлопот тоже не будет. На следующий день я собрал пресс-конференцию, после чего вылетел в Москву. Оставаться в той атмосфере, которая создалась в Грузии, я не мог.

— А какая, собственно, была атмосфера? Что вас не устраивало?

— Меня? Это его не устраивало. Шеварднадзе не нужен был сильный министр безопасности, который владел информацией — в том числе и вокруг его семьи, на которой так или иначе замыкались все мафиозные дела в Грузии.

Кстати. В 1993-м меня принимал руководитель ЦРУ Джеймс Вулси. Он попросил меня передать Шеварднадзе: руководство США обеспокоено тем, что в Грузии выстраивается мафиозное государство.

— Передали?

— Слово в слово.

— И что?

— А пошел твой Вулси, ответил Шеварднадзе, к такой-то маме. Пусть он вспомнит, кто строил Америку. Мол, строили ее бандиты, преступники и мафиози, а их внуки учились в Кембриджах и ходили в белых воротничках.

Естественно, если начинаешь работу со слов о том, что президент выстраивает мафиозное государство, — пусть даже передавая чужое мнение, — натянутые отношения неизбежны.

— Вы почувствовали эту натянутость?

— Не сразу. Шеварднадзе — мастер многоходовых интриг, он постоянно подставлял меня под удары оппозиции. Вот пример.

В 1994 году было совершено покушение на семью Чантурия—Саришвили. Георгий Чантурия — лидер национально-демократической партии Грузии. Шеварднадзе его опасался как конкурента на предстоящих выборах. В Тбилиси средь бела дня семью расстреляли: Чантурия и водитель с охранником погибли, жена получила тяжелое ранение. Около месяца спустя (Грузия гудит, еще бы — убийство громкое, ответственность за него не в последнюю очередь лежит на министерстве безопасности) Шеварднадзе объявляет о присвоении мне звания генерал-лейтенанта.

Представляете, какой вой подняла оппозиция? Дескать, убийца — Георгадзе, он хорошо выполнил задание, за это и получил генерала.

— А вы не имели отношения к этому убийству?

— Не имел. В июне этого года в Грузии прошел съезд Партии справедливости, на котором выступила его жена. Тогда, в 94-м, Ирина Саришвили-Чантурия едва выжила и по горячим следам называла меня убийцей мужа. Сейчас она принесла мне публичные извинения, заказчиком убийства назвала Шеварднадзе, а исполнителями — членов военизированной полуподпольной организации “Мхедриони”, игравшей на стороне Шеварднадзе.

— Как случилось, что вас обвинили в причастности к покушению на Шеварднадзе?

— Как только меня освободили от должности, начались аресты всех, кто мог представлять угрозу выборам в ноябре 1995 года. В этот конвейер попали и четверо моих подчиненных. Надеть пластиковый мешок на голову или кое-что прищемить дверью — для нашей полиции плевое дело. Кстати, такой “способ” получения в Грузии признательных показаний отмечен и международными организациями, причем уже при Саакашвили.

Короче говоря, первые показания арестованных, полученные под пытками, были такие: да, это Георгадзе нам поручил.


СПРАВКА "МК"

29 августа 1995 года было совершено первое покушение на Шеварднадзе. Около здания парламента у его автомобиля была взорвана одна из машин. Шеварднадзе получил несколько легких ранений осколками стекла.

Второе покушение — 9 февраля 1998 года, неподалеку от здания президентской резиденции. Группа террористов открыла огонь по кортежу президента из автоматов и ручного противотанкового гранатомета. Погибли сотрудник личной охраны и офицер спецназа, четыре человека были ранены. Шеварднадзе не пострадал.


— Вы тоже были одним из обвиняемых?

— Согласно обвинительному заключению, я вступил в преступный сговор с ныне покойным Джабой Иоселиани с целью убийства Шеварднадзе. К этому мы якобы привлекли сотрудников спецподразделений — “Альфы” (их, как водится, готовили в Москве) и “Омеги” (проходили подготовку в Штатах). Суд длится полтора года, именуется “процессом века”. Перед судом проходят 538 человек: подсудимые, потерпевшие, свидетели.

Так вот, из всех допрошенных ни один не назвал мою фамилию. А финал таков: Джабу Иоселиани, который вместе со мной якобы был организатором покушения, осудили на семь лет за... хранение наркотиков и оружия. Парень из “Омеги”, которого поначалу обвиняли в том, что он привел в действие взрывное устройство, получил четыре года за... грабеж. Комментарии требуются?

— Но обвинение против вас так и не сняли, и, как я понимаю, для грузинских властей вы по-прежнему “невъездной”?

— Все осужденные при Шеварднадзе были новой властью или реабилитированы, или прощены и выпущены на свободу. Только я остаюсь персоной нон грата.

Мне передали слова Саакашвили: возвращение Георгадзе в Грузию — вопрос не юридический, а политический. И он его решать не намерен.

* * *

— Судя по сообщениям СМИ, в Грузии вновь набирает силу оппозиция. Как вы оцениваете ее перспективы?

— Перспективы значительные. Они усиливаются общей атмосферой в стране. Грядущий неурожай, закрытые дороги, черта бедности, за которой находится основная масса населения, криминализация общества, вседозволенность властей... Видя шаткое положение Саакашвили, люди Сороса создают новую оппозицию. Однако есть и настоящая, не фальшивая оппозиция. В том числе — Партия справедливости, к которой я имею непосредственное отношение. За короткий срок она стала мощной политической силой в Грузии.

— Предположим, что Сорос предлагает вам поддержку в восхождении на политический Олимп Грузии. Вы согласитесь?

— Подсев на поддержку Сороса, невозможно проводить политику укрепления государственности, восстановления территориальной и многонациональной целостности Грузии. Все это г-ну Соросу безразлично, ему нужны марионетки.

— Вы поддерживаете связь с вашими бывшими подчиненными по службе безопасности?

— Конечно. И хочу заметить: сотрудники спецслужб не бывают “бывшими”. Правда, почти все, кто когда-либо соприкасался со мной по работе, попали еще под первую волну репрессий — при Шеварднадзе. Саакашвили эту “линию” успешно продолжил. Но кое-чего Саакашвили и его люди не учитывают. Я и мои коллеги — и “бывшие”, и настоящие — владеем информацией. Мы, как говорится, в курсе. У нас есть источники в самом близком окружении сегодняшней грузинской власти. Кроме того, не забывайте еще об одном. Грузия — маленькая и очень специфическая страна с точки зрения информационного поля. Можно чихнуть в Тбилиси и услышать “Будь здоров!” в Кахетии.

— Но вы-то уже десять лет – вне Грузии...

— Ну, если Грузией считать только проспект Руставели... Да, на проспекте Руставели я не был давно.




    Партнеры