Взвейтесь кострами, синие очи!

Корреспондент “МК” сгорел на работе

15 августа 2005 в 00:00, просмотров: 281

Сначала мне повелели надеть хлопчатобумажные штаны и майку.

— Можешь, конечно, остаться в джинсах, но они потом будут пахнуть.

Чем они будут пахнуть — бензином или шашлыком — Костик не уточнил. Я натянул на себя тренировочные штаны (те самые, с пузырями на коленках) и тельняшку. Затем Костик с трудом впихнул меня в толстенный комбинезон с капюшоном. По его словам, этот костюмчик шился по заказу американской кинокомпании в России. Стоит он очень и очень дорого, но температура при трюке на его поверхности может достигать 1500 градусов. Это придало мне дополнительный заряд положительной энергии. Поверх комбинезона на меня напялили еще один костюм, на этот раз потоньше. И уже сверху надели куртку-энцефалитку. Под капюшоном моя голова повязана мокрой банданой, на руки надеваю специальные перчатки. Так как гореть я буду не весь, то ботинки остаются свои.

— Значит так. Экипирован ты хорошо, но, сам понимаешь, от ожогов гарантии все равно нет. Готов? Сейчас тебя мажут напалмом, поджигают, ты идешь вот здесь, а здесь заканчиваешь круг. Можешь даже пробежаться. Если по ощущениям чувствуешь, что невмоготу, ложишься на землю лицом вниз и ждешь, когда тебя потушат. Понял? Главное — не паниковать и не убегать от нас.

Сразу скажу: не пытайтесь делать ЭТО сами. Мне помогали четыре человека с колоссальным опытом за плечами, плюс на мне было специальное очень дорогое снаряжение. Иначе вы бы не читали заметку.

А ведь по профессиональным меркам я проделал простейший каскадерский трюк. В Тушине во время прошедшего 13 августа фестиваля каскадеров “Прометей”, с согласия его руководителя Игоря Панина, корреспондент “МК” влез в подпаленную шкуру трюкача.

Но для меня все начиналось с дурных мыслей о предстоящем возгорании, и эти мысли я усиленно прогонял от себя. Что было нелегко, учитывая происходящее на фестивале. Каскадер на мотоцикле, разогнавшись до немыслимой скорости, врезался в автомобиль. Ведущий с шуточками и прибауточками попросил “скорую” побыстрее им заняться. Каскадера вытащили из-под обломков и уложили рядом с площадкой. Все это не обнадеживало. Тем более дело происходило 13-го числа, что оптимизма тоже не прибавляло. Следующий участник на мотоцикле вмазался в машину, перелетел через нее, приземлился на штабель картонных коробок и, встав на ноги, победно воздел руки к небу. Затем сербские каскадеры промчались сквозь огонь напалма (один из них на роликах), потом горящие лошади протащили по асфальту на веревках парочку других “спортсменов”. Было еще лобовое столкновение автомобилей, полет машины чуть ли не в заоблачной выси и все такое прочее. То и дело после очередного трюка ко мне подходил фотокор с “утешительными” известиями.

— Два перелома, причем на одной ноге.

Я немедленно мчался к организаторам за истиной.

— Да нет. У него уже была трещина. Это врачи паникуют.

Наконец каскадеры стали готовиться к гвоздю программы — взрыву автобуса. Петр Акимов, отвечающий за подготовку трюков, упаковывал в защитные костюмы участников. Толпа на трибунах, которую не смог прогнать даже ливень, вовсю скандировала: “Автобус, автобус!”

Тот наконец поехал, перевернулся, но не загорелся. И только через несколько секунд полыхнуло пламя.

Наконец очередь доходит до меня. “Сгореть” я мечтал давно, а дошло до дела — чего скрывать? — коленки затряслись.

Но терпеливо жду, пока меня помажут напалмом. Затем за моей спиной вспыхивает пламя. И я иду потихоньку, как учили. Потом все быстрее. Делаю один круг. Вроде бы ничего.

— Можешь заходить на второй, — советует мне Костя.

Захожу. Чувствую, что-то не в порядке. Как-то неуютно стало. Заканчиваю второй круг и падаю лицом вниз. В спину бьет струя холодного газа из огнетушителя. И все вокруг тонет в тумане. Туман пахнет паленым. Меня поднимают на ноги и начинают срывать куски сгоревшей энцефалитки. Все, я выполнил самый простой трюк. С него начинается обучение всех каскадеров. Разоблачаюсь и благодарю своих наставников. Сбылась мечта идиота.






Партнеры