Последний бросок

Арвидас Сабонис: “Без Гомельского мы все осиротели...”

19 августа 2005 в 00:00, просмотров: 275

Народ шел на последнюю встречу с Александром Яковлевичем Гомельским. На подступах к УСК ЦСКА было ощущение, что армейцы играют очередной матч Евролиги. На стоянке для машин яблоку негде было упасть. Казалось, что здесь собралась вся Москва.

Он лежал в гробу на баскетбольной площадке, точно под кольцом. Над головой корзина, в корзине — мяч.

В ЦСКА собрались все. Не мог не приехать мэр Москвы Юрий Лужков, с которым так крепко они дружили на протяжении многих лет. Люди шли прощаться с Гомельским. И он прощался с ними.

Александр Яковлевич Гомельский. Человек-легенда. Сколько всего можно сказать о нем? Чтобы отразить все его величие, не хватит десятка книг. Он не умел проигрывать. Никогда. Хотя в 1988-м мало кто верил, что сборная СССР сможет завоевать золотые олимпийские медали. Вот что вспоминает о тех Играх великий Арвидас Сабонис: “Только благодаря Гомельскому мне удалось попасть на Олимпиаду. Все в один голос кричали, что Сабонис с такой тяжелой травмой вряд ли может помочь команде. Однако Папа настоял, чтобы меня взяли. Он был блестящим психологом. Каждый день заходил и уверял, что я лучший центровой на свете, а сборная СССР — олимпийский чемпион. Говорил об этом как о свершившемся факте. И тогда подумалось: а почему бы нам не сделать всех и не выиграть? Вот на таком кураже мы и стали лучшими. А ведь в подгруппе СССР едва не проиграл Анголе.

Он всегда относился к нам по-отечески. Спуску никогда не давал. Прекрасно знал, какие у кого грехи. Бывало, рано утром устраивал проверки. Мы удрали как-то ночью и вернулись в гостиницу под утро. Он заловил всех, а на собрании досталось всем, кроме меня. Он стал меня... в пример приводить! Мол, только Сабонис перед подъемом уже одетый в дверях стоит — бодрый и свежий. Не просек он тогда, что я только в номер попал.

Что там говорить? С уходом Гомельского осиротел весь баскетбол. Не только советский и российский. Весь мир говорит о кончине великого человека. Он действительно был для каждого баскетболиста Папой. Он — целая эпоха в баскетболе. Мы все осиротели. Сборные России и Литвы, которые сыграют 20 августа в Вильнюсе первый матч Суперкубка федераций, почтут память Александра Яковлевича”.

“Какие проблемы, Кирюша, сынок?”

Мое личное знакомство с мэтром состоялось в том же 1988 году. В разговоре был очень внимателен. Подробно расспросил, почему я оказался на ПМЖ в Греции. Не упустил ни одной детали. Заверил, что обязательно полюблю российский баскетбол и останусь на всю жизнь в Москве. Видимо, был у него дар что-то предвидеть. Общались с ним до последнего. Попадал и под его плохое настроение. Бывало, что можно было вгорячах услышать: “Ты с кем разговариваешь, сукин сын?! Совсем уважение потерял?! О чем рассуждаешь, что понимаешь в баскетболе?!” Через несколько минут уже спокойно указывал на ошибки.

Ни разу не было, чтобы не пригласил на день рождения. А ведь у него знакомых было... Разве что с Господом Богом не общался. К самым крутым политикам дверь ногой открывал. Не боялся никогда и ничего. Ни врагов, ни соперников.

Вставал он раньше всех, ложился поздно. Твердил, что нужно трудиться 25 часов в сутки. Кто-то заметил: мол, Александр Яковлевич, ошибаетесь — в сутках всего 24 часа. Гомельский парировал: “Тогда нужно вставать на час раньше”. Если была свободная минута — писал. Более десяти книг вышло из-под его пера. И до сих пор по его учебникам учатся молодые баскетболисты и тренеры.

А каким он был внимательным! Знал проблемы каждого игрока. Вот характерный пример. Как-то за нарушение дисциплины меня отчислили из общаги РУДН. Денег на съемную квартиру у студента нет. Что делать? Решил позвонить Папе, хотя был уверен, что пошлет. Но в ответ услышал: “Какие проблемы, Кирюша, сынок? Сейчас все решим”. И тут же, несмотря на поздний час, набирает ректору университета. Проблема решена немедленно. Скольким людям он помог... И все это обязательно зачтется. Он и на небе будет творить хорошие дела и обязательно устроит баскетбольный матч…

Вот что вспоминает известный массажист Владимир Беляков, который был с Папой на Олимпиаде в Сеуле. “Гомельский был прежде всего психологом. Он умел нажать на нужные кнопочки. Потому его все и любили. Хотя и существовали недоброжелатели. Сильных людей никогда не жаловали”.

— Именно он назвал меня Князем, — вспоминает легендарный чемпион мира Анатолий Мышкин. — Подошел ко мне после матча и говорит: “Ну, Толя, ты сегодня как князь сыграл!” С тех пор за мной это прозвище так и закрепилось. Именно благодаря Гомельскому в ЦСКА я раскрылся как игрок.

Папа обладал огромным чувством юмора. В Америке с нами случилась очень веселая история. Нас привезли в Голливуд. Известная компания “Парамаунт пикчерз”. Проводим экскурсию, осматриваем павильоны. Подходит один из служащих и спрашивает: мол, переводчик нужен? Гомельский отрицательно кивает головой. Сам берет на себя эти функции. Сопровождающий ему что-то трещит. Он нам объясняет, что сейчас идем на съемки сериала, потом боевика и на закуску — секс-фильм. Мы в шоке. Неужели порнушку покажут?.. Ждем с огромным нетерпением. А оказывается, что слова “шесть” — “six” — Гомельский не расслышал и перевел как “секс”. Оказалось, что это шестая картина об истории НБА. Так что вместо “клубнички” нас опять загрузили баскетболом. Представляете, какое разочарование?!

“Просто так я не сдамся...”

Он должен был быть консультантом сборной России на предстоящем в Сербии чемпионате Европы. Молодые тренеры и игроки сами попросили его об этом. Неудержимый Гомельский согласился, несмотря на болезнь, которую обнаружили еще в 1998-м. Московские доктора нашли “горошину” под мышкой. Израильский профессор Бен Басад определил, что она злокачественная. После трех сеансов химиотерапии вроде все нормализовалось, но вернулось, увы, в 2004-м.

На “Финале четырех” Евролиги УЛЕБ в Тель-Авиве Гомельскому вдруг стало больно глотать. Снова поехал к Басаду. Снова химия. Осенью боль вернулась. И уже не отпускала. Врачи тогда сказали супруге, что жить ему осталось не больше недели. Он не поверил и стал бороться. Уехал на лечение в Америку.

— С днем рождения, Александр Яковлевич! — звоню ему в Штаты. — Как здоровье?

— Спасибо, Кирилл. Если честно, то хреново мне. Но я еще покажу, что Гомельский силен. Просто так не сдамся. И в сборной передай, чтобы получше тренировались: я сделаю еще их чемпионами Европы…

Как искренне верил в это! Перед финальными играми Кубка России, на пресс-конференции, пресс-атташе РФБ дал слово первому не ему, а брату Евгению. Тот принимал турнир на правах президента “Динамо”. Александр Яковлевич так был возмущен, что покинул “прессуху” раньше времени. Он везде и всегда хотел быть первым. На том же Кубке России обещал, что поправится на 15 килограммов, обязательно опять начнет бегать по утрам. Все говорил о младшем сыне Виталике. Он у него четвертый. Шутка ли: четыре сына! Только Гомельский мог справиться и родить последнего в 70 лет. Ну чем не железный человек?

— Для нас это неоценимая утрата, — скажет в день смерти Гомельского президент РФБ Сергей Чернов. — Он был выдающимся человеком. Мы общались с ним практически каждый день. Александра Яковлевича интересовали все проблемы. И клубов, и сборных, и федераций. В четверг мы прощались с Величием. Гомельский был всенародным любимцем. Вечная память ему!

На заре тренерской карьеры его ругали за чрезмерное, по мнению эстетов, пристрастие к сверхвысоким игрокам. Тогда ведь центровой ростом в два метра уже считался гигантом, а Гомельский выудил из маленького латышского городка Цесис 218-сантиметрового неуклюжего лесника Круминьша и сначала уговорил его выйти на площадку, потом тренировал (в 24 года!), а затем построил под него всю игру рижского СКА. Итог известен: СКА трижды выигрывал Кубок чемпионов, Круминьш стал основным центровым сборной, а недавно был признан лучшим баскетболистом Латвии всех времен. Этим все и сказано.

Андрей Кириленко: “Папа — великий человек”

— Великий человек умер, — сказал форвард “Юты Джаз” и сборной России Андрей Кириленко. — От нас ушла целая эпоха. Александр Яковлевич был велик во всем. Как организатору ему просто не было равных. Как тренер я считаю, что рядом может быть только Кондрашин. Наконец, Папа был велик просто как человек. Сильный, требовательный и в то же время терпеливый. Властный и добрый. Одним словом — личность.

Злые языки приписывали ему диктаторские замашки, жесткий характер, неприязненные отношения с тем же Кондрашиным и многое-многое другое. Но у одаренных сильных людей никогда не бывает легкого характера.

В последние месяцы мы много беседовали. Договорились на интервью. Гомельский обещал прокомментировать итоги последнего чемпионата России. Но злосчастная болезнь все больше брала свое. Папа отправился в Израиль. Договорились увидеться на молодежном чемпионате Европы. Приехать он не смог. Наши ребята бились в Чехове не только за себя. Выиграв впервые в истории золотые медали в мужском баскетболе, они отдали дань великому мэтру. Как же важна была для Гомельского эта победа!

Мы скорбим о Вас, дорогой Александр Яковлевич. Пусть земля Вам будет пухом. И нет человека, который бы не скорбел сегодня. Мы всегда будем помнить о Вас...




Партнеры