Наш крест — красный

Почему мы живем на 15 лет меньше американцев

8 сентября 2005 в 00:00, просмотров: 218

Первое после летних каникул заседание Госдумы депутаты посвятили здравоохранению. Мрачный и многозначительный — в полном соответствии с обсуждаемой темой — министр Михаил Зурабов сразу предупредил: он пришел говорить не о реформе, как думали многие, а о решении “текущих проблем”.

“Комплексный план модернизации системы” Зурабов будет готов предложить лишь через 2—3 года, когда удастся получить максимальный эффект “от того, что есть”. Любопытно, что слова “реформа” чиновник тщательно избегал — в полном соответствии с указанием президента, как-то попросившего лишний раз не пугать граждан.

Мало добрых слов нашел министр, рассказывая о медобслуживании населения. Особенно плоха ситуация с первичной помощью — в поликлиниках, амбулаториях и диспансерах, а это, между прочим, 80% всех лечебных учреждений страны. Укомплектованность врачами там — 56%, износ оборудования — 65%, средний возраст специалистов — 52 года, причем более трети из них последние 4—5 лет не проходили переподготовку и потому не владеют новыми методами лечения. При этом основные средства идут на оказание медпомощи в больницах, куда значительная часть больных попадает, уже когда лечить и дорого, и поздно.

Результат — в первой половине 2005 года число умерших в России в 1,7 раза превысило число родившихся, а по ожидаемой продолжительности жизни Россия отстает от США, Франции и Японии у мужчин — на 15—19 лет, у женщин — на 7—13 лет. (40 лет назад было 2—3 года и 2 года соответственно.) А с тяжелыми хроническими заболеваниями, признал министр с горечью в голосе, на Западе люди живут в среднем 15—16 лет, в России — 5—6…

Министр дал понять, что этому аховому положению сильно поспособствовали и принятые в последние годы законы, поделившие все медучреждения страны на те, которые финансирует центр, те, которые финансируют субъекты Федерации, и те, которые финансируют муниципалитеты. Причем федеральный бюджет обеспечивает лишь 9,6% всех расходов, остальное — регионы, а злосчастное первичное звено полностью лежит на хилых плечах муниципальных бюджетов. Требовать от них резкого увеличения расходов на здравоохранение не реально. Поэтому, видимо, придется корректировать принятые решения и давать поликлиникам и диспансерам деньги из федерального бюджета. Как? Пока не ясно. “Предстоит выстроить механизм”, — туманно объяснил министр.

“Предстоит выстроить механизм” претворения в жизнь и еще одной заявленной властью цели: резкого повышения зарплат труженикам районных поликлиник и сельских амбулаторий до 15—20 тыс. рублей в месяц. Ведь сколько им платить, определяют регионы, и просто приказать из центра поднять зарплату в разы не получится.

P.S. Когда министр еще общался с депутатами, в Думе вдруг появились юноши в доспехах и с мечами (они изображали древнерусских витязей) и девушки в кокошниках и сарафанах. По коридору поплыл запах свежих пряников, а потом заиграли гусли и балалайки. Гости, оказывается, приехали из Тулы на открытие фотовыставки, посвященной 625-летию Куликовской битвы. По поводу славной даты вице-спикер Владимир Катренко (“ЕР”) сказал, что “это побоище явилось началом земли русской”.



Партнеры