Ни пуха, ни хрена

Ветеринар прокукарекал о птичьем гриппе и утвердил свои тарифы

14 сентября 2005 в 00:00, просмотров: 468

В Каширском районе Подмосковья то понос, то золотуха. Сначала город чуть не захватили бешеные лисы, потом одолели бешеные псы. Нынче новая напасть, без всяких шуток: в районе объявлена чрезвычайная ситуация по причине птичьего гриппа. Того самого, от которого, по оценкам экспертов ВОЗ, в ближайшее время могут погибнуть семь миллионов человек, и только в России, в случае наступления пандемии, 700 тысяч за полгода. Все эти напасти регулярно придумывает... местный ветнадзор!


Пока на востоке нашей необъятной родины массово сжигали тушки несчастных птиц, попавших под подозрение на вирус H5N1, в Кашире устроили настоящую охоту на... куриный пух и перо. Остановлены производства, фактически парализована торговля с соседними областями, но людей в белых халатах это ничуть не смущает: они лучше разнесут все в пух и перья, чем допустят проклятую бациллу в родное Подмосковье. Глядя на судорожные действия наших ветеринарных служб, Европа вслед за курятиной ввела запрет на ввоз российского пуха и пера. Скоро, похоже, и у нас приличную подушку и пуховое одеяло можно будет найти лишь в бабушкином сундуке. И дело тут совсем не в нашумевшем птичьем гриппе...

“1776-я, 1800-я, 1815-я...” — повторяет вслух, чтобы не сбиться, дама в белых одеждах. До конца еще далеко: только из одной партии пера нужно взять почти три тысячи проб! Потом завязать их в пакеты и сложить... куда подальше.

В помещениях завода по изготовлению подушек тишь да благодать, рабочие сидят без дела на лавочках, не гудят сушильные аппараты. Что поделаешь, надо выполнять распоряжение главного каширского борца с заграничной напастью, а по совместительству главного ветврача района г-на Попова. Взятые пробы, в том числе на птичий грипп, за свой счет нужно сдать на проверку в гослабораторию, где и вынесут перышкам окончательный приговор. Тут, правда, какая-то неувязочка вышла: дело в том, что “в соответствии с действующей нормативной документацией лабораторные исследования на грипп птиц пуха или пухоперьевого сырья не предусмотрены”. Именно такой ответ дают птицеводам в Центральной научно-методической ветеринарной лаборатории, во всех остальных просто разводят руками, ибо такой методики не существует.

Специалисты Европейской перопуховой ассоциации прислали в Каширу собственное заключение, из которого следует, что табу на ввоз российского пера должно быть отменено, поскольку мясо — отдельно, а пух — отдельно и никакой опасности заражения смертельным вирусом через перья нет. Мол, было дело — перестраховались, но сейчас все в порядке, разобрались.

— Можно понять, почему был наложен запрет на импорт птицы, — пишет профессор медицинского факультета института микробиологии и гигиены д-р Сухарит Бхакди из немецкого Майнца. — Но запрет на импорт перьев — это полное безумие и не подкрепляется никакими научными доказательствами. Перья были вымыты, высушены и провели в дороге несколько недель, прежде чем прибыть в Европу. Это непостижимо, чтобы вирус, окруженный липидами (т.е. жирными телами), мог пережить все эти процедуры.

Такого же мнения придерживаются и российские специалисты.

— В нашей стране о птичьем гриппе больше говорят, чем он опасен на самом деле, — считает заслуженный ветврач России Николай Кожемяка. — В научном плане это действительно серьезная проблема, но доказательств того, что и в практическом смысле он так же ужасен, нет. Конечно, меры усиления и контроля должны быть всегда, но их нельзя доводить до абсурда: пух и перо всегда обрабатываются при очень высокой температуре, от которой гибнет даже сибирская язва. При существующих технологиях у птичьего гриппа нет никаких шансов выжить и уж тем более заразить человека.

Все это прекрасно знают и каширские ветврачи, но покинуть пуховый блокпост можно, только расставшись с работой. Вот все и сидят. Г-ну Попову, впрочем, до чужого мнения никакого дела нет: пока не будет результатов проб, не будет и ветсправки на продукцию. А хотите по-хорошему — подпишите договор на проведение мероприятий по контролю. Прайс-лист прилагается. Надо заметить, что тарифы на ветуслуги утверждены давно и подписаны лично Громовым. Один нюанс: “громовские” от “поповских” отличаются даже не в десятки, а в сотни раз. К примеру, выдача регистрационного удостоверения (оно нужно, чтобы попасть в реестр предприятий) стоит 36 рублей 90 копеек. А по поповскому договору — четыре с половиной тысячи рублей. Или, будьте любезны, подпишите другой договор — с фирмой, у которой нужно покупать ветпрепараты. Цены соответствующие. А не хотите — не получите справку.

— У нас на рынке все точки держат одни и те же люди, остальные ушли, потому что их ветинспекция заела, — говорит бывший директор Каширского рынка Михаил Мельников. — Проверяют только тех, кто не хочет платить. У них и плохие смывы, и всевозможные болезни. А значит, туша идет на уничтожение или сдается за бесценок на мясокомбинат, а молоко просто выливается.

— Когда я отказался подписывать договор, Попов у моих коров нашел лейкоз. Пришлось сдать их на сосиски, — рассказывает один из владельцев скота. — Потом мы сдали анализы в независимую лабораторию — диагноз не подтвердился.

Впрочем, крупных хозяйств в районе по пальцам пересчитать, еле концы с концами сводят. Юристов у них нет, ссориться с человеком, от которого зависит их благосостояние, себе дороже: забракуют подряд несколько тонн молока, любой договор подпишешь.

— Мы с мужем хотели начать в Кашире свое дело — разводить баранов, чтобы поставлять свежее мясо в рестораны. Естественно, поговорили с Поповым, какие документы нужны, что да как. Он сказал: “Привозите ваших баранов, все будет нормально, — рассказывает Татьяна Лясина. — Сняли ферму, завезли баранов, начали работать. И нескольких дней не прошло — вокруг милиция, прокуратура, Попов: “Нарушения ветеринарного законодательства! Всех закрыть!” И тоже договор принес. Почитали мы его, посчитали — и получилось, что на баранах мы не то что не заработаем, еще и должны останемся”.

Впрочем, г-н Попов заботится не только о своем кармане (как показали проверки, в нарушение бюджетного кодекса “договорные” частенько шли на премии себе, любимому), но и о благе всех жителей Каширы. Добился, например, того, что зараженную скотину уничтожают теперь прямо в центре города, там же, где и продают, — на рынке. Хотя как главный радетель за чистоту обязан был знать, что по санитарным нормам это категорически запрещено. Или вот борется с бездомными животными: чуть что — в районе объявляется бешенство. То собаки, понимаешь, взбесились, то лисы.

— Поступило предписание от Попова: отловить в Ожерелье бродячих собак. Бешенство, карантин, всех усыпить. Наши ловцы туда приехали, а их чуть камнями не закидали: люди против негуманного отношения к животным. А Попов снова бумагу шлет: доложите, сколько собак уничтожили? Что значит уничтожили — разве 245-ю статью УК (жестокое обращение с животными) кто-то отменял? А он тут же штраф нам выписывает и в суд подает, только успеваем от его бумажек отмахиваться, — говорит начальник правового отдела МУП ЖКХ Каширского района Ирина Сахарова. — И ведь прекрасно знает, что существуют специальные документы, по которым должен происходить отлов. Должны быть пункты передержки животных, а их нет. Мы его спрашиваем: ну отловим, а куда девать, что дальше с ними делать? Ноль реакции, никаких предложений.

Главный ветеринарный государственный инспектор и начальник станции по борьбе с болезнями животных — Вячеслав Михайлович Попов — един в двух лицах. Его сын одновременно и директор рынка, и ветеринарный контролер. Сноха — отвечает за анализы. Дочь — ветеринар. И даже живет семейство Поповых в доме, где раньше была ветлечебница, приватизированная за копейки.

— А что мы можем поделать? — разводят руками в Каширской прокуратуре. — Ветнадзор — исполнительный орган, получает деньги из бюджета. С другой стороны, лечение животных — коммерческая лавочка. Но Закон о ветеринарии допускает совмещение этих двух должностей. А в связи с административной реформой кто там и за что отвечает в Госветнадзоре, до сих пор не ясно, четкого разграничения обязанностей у них пока нет.

То собачье бешенство, то птичий грипп… И за что так Бог прогневался на Каширу? Главное — прокукарекать, а под видом борьбы глаза на многое закроют. Шутка ли, чрезвычайное положение!




Партнеры