Немецкое похмелье

Известный немецкий политолог Александр РАР комментирует итоги выборов в бундестаг в интервью “МК”

20 сентября 2005 в 00:00, просмотров: 173

Выборы в бундестаг стали одой европейской демократии. Борьба шла за каждый голос — никакого заранее предрешенного финала. По официальным предварительным результатам Христианская демократическая партия набрала 35,2% голосов, что дает “билеты” на 225 мест

в парламенте. Герхард Шредер со своими социал-демократами отстал от нее всего-то на один процент — 34,3%, что эквивалентно 222 креслам

в нижней палате. Ангела Меркель уже поспешила объявить себя будущим канцлером. Но не все так просто.


Во-первых, Партия свободных демократов, союзничающих с Меркель, набрала 9,8%, а две прошредеровские силы — “левая” и “зеленые” — отхватили 8,7% и 8,1% соответственно, что в сумме перевешивает долю оппозиционного фронта. Меркель уже смирилась с необходимостью искать подход к прямым конкурентам, а Шредер уже начал набивать себе цену. Налицо кризис еще не оперившейся власти. К тому же есть еще одно “но”: результаты голосования по Дрездену будут оглашены 2 октября, и лишь после этого можно говорить об окончательной точке в выборах. Заминка вышла из-за смерти одного из кандидатов в парламентарии по округу.

Дать прогноз развития политической ситуации в Германии “МК” попросил известного немецкого политолога Александра Рара.

— Александр, для многих исход выборов стал неожиданностью, для вас тоже?

— Да, для меня стало полной неожиданностью то, что христианские демократы получили всего 35 процентов голосов, хотя ожидалось, что они наберут 41 процент: они находились в оппозиции, предлагали альтернативные политические решения, а прогнозы служб общественного мнения показывали в своих опросах их отрыв от социал-демократов на 12, а одно время даже на 20 процентов. Я думаю, что результат выборов также оказался поражением для служб общественного мнения, которые столь грубо ошиблись.

— На ваш взгляд, чего не хватило фрау Меркель для победы с большим отрывом?

— Психологический настрой в немецком обществе был изменен в пользу Шредера. Вначале было недовольство реформами Шредера, но когда ХДС заявил, что они даже более жестко будут проводить эти же самые реформы, то довольно большому количеству немцев показалось, что в программе христианских демократов полностью отсутствует какой-либо элемент социальной защиты. Часть избирателей переметнулась к Шредеру, остальные решили голосовать за более радикальные партии.

— Многие считают, что личность Шредера выглядит выигрышнее, нежели Ангелы Меркель. Вы с этим тоже согласны?

— Я согласен с тем, что на последнем этапе избирательной кампании часть электората не была уверена, за кого отдать голос. И хотя считается верным, что традиционный немецкий электорат голосует не за лидера, а за предвыборную программу, однако буквально за последние дни избирательной кампании неуверенные или не решившие, за кого голосовать, начали симпатизировать Шредеру, выглядевшему в СМИ более солидно, нежели госпожа Меркель.

— Какая коалиция, на ваш взгляд, сейчас более возможна: “светофора” (“красный” — СДПГ, “зеленый” — партия Фишера, “желтый — Свободно-демократическая партия Германии) или же “большая коалиция” между партиями Шредера и Меркель?

— Сейчас существует множество вариантов, в том числе и вариант большой коалиции. Но Шредер будет выступать против нее, если за ним не сохранится пост канцлера. Есть вариант, что социал-демократы свергнут Шредера, для того чтобы потом войти в большую коалицию с госпожой Меркель, остаться у власти и стабилизировать ситуацию. Есть также вариант, что Шредер, благодаря своим сильным позициям, постарается провести в парламенте голосование за свою персону и впервые в истории ФРГ на выборах канцлера в бундестаге будут соперничать два кандидата. И тогда исход этих выборов непонятен, потому что голосование тайное — могут быть новые сюрпризы. Но в конечном итоге это все может привести к усилению патовой ситуации, а также к тому, что президент Германии будет вынужден вновь распустить новый парламент, и в Германии вновь состоятся перевыборы.

— Нельзя ли назвать результат выборов свидетельством некого раскола в немецком обществе?

— Сейчас мы видим то, что Германия не оправилась, а может, даже зашла в еще более глубокий кризис, связанный с объединением страны. Все, что казалось исторически абсолютно логичным, красивым и комфортабельным, все, что 15 лет назад вызывало эйфорию, теперь является причиной тяжелого похмелья. Действительно, нация расколота, на востоке голосуют иначе, чем на юге, экономические проблемы углубляются, а не решаются. Сегодня Германия является больным организмом Европы и своей нестабильностью способна заразить и другие страны. Например, Францию, где выборы при похожих экономических показателях будут происходить в 2007 году.

Созданная после Второй мировой войны система государства социального благоденствия сейчас заменяется чем-то иным. Сегодня мы находимся в очень сложном переходном периоде, способном привести или к выходу из этого кризиса, или к еще большему его углублению.

— Кандидат от какой партии, на ваш взгляд, более выгоден России?

— Я думаю, что для России выгоден Шредер, один из немногих европейских политиков, осознавших, какую важную роль Россия играет для будущего Европы в плане безопасности, в плане энергоснабжения, в плане экономического сотрудничества. Шредер поверил в то, что с Россией, как и с Америкой, можно совместно решать глобальные вопросы. Я думаю, что при Меркель подобный вариант исключен. Она будет стараться исправить отношения с США. Для нее стабильность Германии может существовать только в теснейшем союзе с Америкой, даже в роли младшего партнера. Но я думаю, что первые года два она бы посвятила спасению политического союза ЕС, попыталась бы достичь консенсус с Польшей, Венгрией, Чехией, Италией, теми странами, с которыми за семь лет правления Шредера у Германии тоже возникли раздоры.




Партнеры